Чтение онлайн

– Вижу, здоровы и готовы к выполнению, - Попутный соизволил поручкаться с каждым из оперативников. Отдельно поздравил украинского капитана с прибытием, Спирину сообщил, что "без него как без рук работали". Ефрейтору Торчку было рекомендовано "все-таки научиться по-человечески бриться, поскольку Красная Армия выходит к границам Европы, а народец там нервный, будут потом всякие бредни о сибирских неандертальцах выдумывать". Товарищу Землякову указали на то, что времена партизанщины закончились и ношение трофейных пистолетиков есть "манерничанье недостойное звания советского офицера". Наконец, полковник представил личному составу старшего сержанта Мезину:

– ...Принято решение укрепить опергруппу. В связи с вновь открывшимися обстоятельствами. Товарищ Мезина - опытный оперативник, полагаю, сработаетесь. Задача старшего сержанта - на завершающем этапе уточнить у взятых пленных определенные технические детали вредоносной работы "Кукушки". Кроме Мезиной, вопросом никто не владеет, прошу это учитывать и авантюр не допускать. Товарищ старший сержант, встаньте в строй!

Катерина встала на левом фланге. Женька подумал, что она здорово изменилась. Понятно, волосы подлиннее и загар охренительный, но и еще что-то...

Попутный снял фуражку, утер отглаженным платком лоб:

– Да, жарко, товарищи. И будет еще жарче! О значении предстоящей операции напоминать не буду - все в курсе. Но напомню о том, что операция не последняя. Нам еще работать и работать. Из чего логически вытекает, что все вы обязаны остаться живыми и невредимыми. Вводить в оперативные мероприятия новых людей нам некогда. Прошу и требую учесть это обстоятельство. Всем ясно?

Опергруппа ответила "так точно!".

Полковник вздохнул:

– Мне бы вас на месте проконтролировать. Есть в рядах личного состава люди склонные к легкомыслию и позерству, не изжиты и иные недостатки и пережитки. Но у меня самолет "под парами", ждут в столице и еще много где. Порваться на части я не имею права. Так что разгружайте гостинцы и вперед! Мезина, покажите бойцам, что забрать...

Из "виллиса" выгрузили мешки с оружием и формой. Попутный еще переговорил с Коваленко и Поповым, подошел:

– Пора мне, товарищи. Где сувениры?

Женька вытащил из транспортного мешка "импортный" бронежилет. БэЖэ был новенький, со склада, но к немедленной эксплуатации годился ограниченно - металлические пряжки и наконечники ремней сняты в Отделе. Впрочем, основным керамическим бронеэлементам жилета Прыжок повредить не мог.

Полковник поскреб ногтем штамп на подкладке, потом, примерил-приложил "панцирь" к груди, задумчиво пошлепал губами:

– Да-с, нонсенс, однако. Ладно, разберемся. Упаковывай, Евгений, в одном экземпляре. Второй передаем в пользование товарищу Мезиной. В качестве именного личного оружия.

Шведова, стоящая с мешком одежды, изо всех сил старалась не ляпнуть дерзость - аж полосы румянца на скулах запунцевели. Попутный повернулся к ней, назидательно взмахнул пухлым пальцем:

– Вот это правильно, старшина. Сдержанность - вторая мудрость! Для вас, кстати, ношение сей кирасы столь же обязательно, как и для всех оперативников. Дисциплинка у тебя, Шведова, еще та, но узнаю, что манкировала защитой - накажу старшего по команде, и вообще кого попало, подряд и выборочно. А я всё узнаю.

– Так точно, - пробормотала Марина, от злости пламенея уже до ушей.

– С кем работать приходиться, - проворчал полковник.
– Бардак бессознательный. Торчок, ты у меня все помнишь?

– Отож. Как конспект.

– Ладно. Работайте, товарищи, - полковник обернулся к молчавшей Мезиной и сделал невероятную вещь.

Шведова аж задохнулась, Павло Захарович ухмыльнулся, а младший сержант Земляков позавидовал. Нет, конечно, приходилось видеть, как джентльмены-аристократы целуют ручку настоящей леди, но, то преимущественно в кино или на театральной сцене. В быту как-то не помнилось. Но ведь как изящно выглядит - воистину "приложился к руке".

– Екатерина Георгиевна, я вас убедительно прошу...
– Попутный не спешил отпускать пальцы старшего сержанта.

– Не волнуйтесь, Виктор Иванович, постараемся сосредоточиться исключительно на мозговых штурмах.

– Верю, - полковник забрался в машину, барственно укутался в кожаный реглан, кивнул водителю: - Гони, голубчик. А вам, товарищи, - успешного выполнения задания. Евгений, жду открытку.

"Виллис", взревел, запрыгал прочь по колеям от гусениц.

– Еще и открытку?
– процедила Шведова.
– Поздравительно-рапортующую?

– Полагаю, на приглашение на свадьбу намекалось, - объяснил Женька.

– Развели мещанство, курорты с опереттами, - Шведова в упор глянула на камуфляжную, но насквозь обуржуазившуюся красавицу-сержантку.

– Не надо меня жечь огнеметами, - попросила Мезина.
– Это не у меня свадьба. Я вообще человек простой, насквозь не романтичный.

– Я так и поняла, - отрезала старшина.
– Кирасу не забудь напялить, снайперша московская.

Мезина, игнорируя нелестную классификацию, протянула руку ефрейтору:

– Рада видеть, Павло Захарович. Вспоминала. И тебя, и винтовку твою рекордную.

– Да, было дело, - согласился Торчок, степенно пожимая ладонь старой знакомой.
– Повоевали. А чего ж вдруг сержантка? Начудила?

– Не особенно. Для конспирации. Служба, сам понимаешь.

– Отож я и думал, шо уж не меньше капитана, - кивнул Торчок.

– Капитан Немо, - усмехнулся Женька.
– Внезапное всплытие.

– Ага, в некотором роде импровизация, - улыбнулась товарищ старший сержант и так сгребла за шею, что Женька невольно охнул.
– Жив, здоров, и он уже женится! Офигеть можно...

Все-таки приятно обниматься с красивой женщиной, даже из чисто дружеских побуждений...

Спешно переодевались и вооружались. Катрин объяснила, что стволы пристреливали в Москве и весьма тщательно, амуниция и снаряжение проверялось, одежда подобрана по размеру, но обувь, понятно, не привезли - разнашивать времени нет. Подбором снаряжения занимались знающие люди, полковник сказал: "можно доверять". Действительно, всё добротное, ничего не заедает, даже вечно тугие петли подсумков словно на заказ подгонялись.

Кажется, капитана Коваленко появление сержанта-блондинки не особенно шокировало. Посматривал без восторга, настороженно, но без возмущения - что ни говори, рекомендации свою роль играют.

Колонна техники уже выстроилась, жужжала, ревела и плевалась выхлопами, посему было приказано окончательную подгонку снаряжения произвести на марше, а сейчас - "по машинам!".

– ---------------------------------

***

Сиденье было неожиданно удобным, и хотя бронетранспортер потряхивало, процесс шел успешно. Катрин работала финкой, сужая ремни, Женька крепил пряжки. Фурнитуры отсыпали порядочно, и хотя железки не совсем подходили, бронежилет принимал рабочий вид.