Чтение онлайн

– Кусачки там!
– взмолился Сашка Гавриков, оставляя тщетную попытку зацепить носком кроссовки приоткрытую дверь шкафа.

С Сашкой было все ясно - левая рука прикована к перекладине конторского стола. Наручники, металлический тросик - определенная подвижность у пленника сохраняется, но у дворовой собаки ее побольше...

...Клещи Женьке отчего-то не попались, схватил ножовку по металлу - старинную, еще с деревянной рукоятью.

– Дерзай!

Гавриков, бормоча нехорошее, принялся терзать тросик ржавым полотном.

...Женька поглядывал в окно - в разбитом стекле застряла компьютерная клавиатура, столь удачно воплотившая отвлекающий маневр компьютерного старшего лейтенанта. Дальше виднелась стартовая площадка, погнутое ограждение, неподвижные тела... Еще дальше торчали ангары, рядом угадывалось шевеление. Перестраиваются, засранцы. В лоб на автомат не пойдут, скорее в обход двинут. Позиция неудобная, сзади вплотную могут подобраться... Да кто они вообще такие?

– Ага, сука!
– Гавриков с удовлетворением бросил выполнившую свое предназначение ножовку.
– А хорошее полотно. Умели делать.

Женька положил на стол ПМ и запасной магазин:

– Вооружайся и делаем ноги. Пока забор с тылу не перекрыли. У нас еще немец довеском. Он, засранец, костистый.

– Жив? А ребята? Мне показалось, вас всех как в тире...

– Почти. Их - наповал. А немец спит. Он важный. В смысле, нужный.

– Жека, аппаратуру нельзя оставлять. У этих на нее планы, - старлей-расчетчик показал пистолетом куда-то за спину.

Женька глянул на съежившегося штатского - тот умоляюще поднял руки еще выше. Да что он все своими лапами взмахивает? Кстати, странные они у него...

...Больших пальцев на обеих руках нет. Лишь обрубки дергаются. Ага, вот оно как...

– Знаешь, кто это?
– пробормотал Гавриков.

– Догадываюсь.

Старлей-расчетчик быстро вскинул пистолет и выстрелил во вскрикнувшего человечка. Пробитую голову толкнуло в угол, забрызгало светлый кирпич, человек сразу вытянулся, стал крупнее.

– Их сразу нужно. Без жалости, как бешеных собак, - сказал Гавриков.

– Ладно. Готовь аппаратуру в металлолом, да попробуем прорваться.

Видимо, к переводу стартового комплекса в разряд металлолома опытный расчетчик готовился, поскольку сразу полез под стол и начал вырывать провода. В стекло звякнула пуля, клюнула стену. Бойцы Отдела "К", пригнулись. Обеспокоенный Женька высунулся за дверь, заволок внутрь штурмбанфюрера. Визе открыл глаза, поинтересовался:

– Wer ist das?

– Замри, - посоветовал Женька по-русски.

Догадливый доктор прикрыл глаза.

Раздавливая на полу ценную плату, Гавриков заметил:

– А почему такой хлипкий немец? Он же вроде "о-го-го" должен быть?

– Маскируется. Ты давай, не отвлекайся. Время - деньги.

– Не уйдем мы, Жека. Их тут что юнитов в дурной игрушке. Батальон формируют. Львовская нацгвардия. Оружия маловато, зато энтузиазма - хоть жопой ешь. Я их митингов наслушался...

– Нифига я не понял что вы тут такое заварили, да и ладно. Наша задача ясна, ее и выполняем.

– Кто спорит, - Гавриков, сидя на корточках споро снимал жесткие диски сервера...

По стенам вновь стукнули пули. Это из "мосинки", что ли?

– Я на крышу, - вздохнул Женька.
– Держимся, может из города милиция-полиция какая нагрянет. Или из аэропорта...

– Не подойдут. Тут у них все круто изменилось...

– Я уже догадался. За фрицем следи. Скользкий. Что бы тут не менялось, герр Визе следует в Отдел. Или никуда не следует. Но это, естесно, если до самой жопы досидимся.

– Найн, - прошептал догадливый штурмбанфюрер.
– Найн...

От ангара постреливали, но неубедительно. Видимо, и стволы не те, и не успело осмыслить ситуацию черномордое воинство. Женька, кряхтя, забрался на крышу "стекляшки". Столбы рядом с редутом были сложены, бочки со старой краской: материалы иные, а атмосфера та же - военно-неустойчивая. Будто и не миновало семь десятков лет. Земляков прополз по старому, в кляксах смоляных заплат, рубероиду, занялся наблюдением.

У ангаров продолжали мелькать суетливые фигуры. Стукнул очередной выстрел - вздрогнула прошитая насквозь жесть забора. Да, с этим ограждением неудачно выходит: подберутся вдоль него к редуту, это уж точно. Приглядывая за обстановкой, младший сержант дозарядил "рожок" автомата. Осталось еще четыре лишних патрона - роскошь неимоверная.

Донеслось урчание мотора - мелькнул за ангаром подъехавший микроавтобус, за ним легковушка. Надо полагать, не диетический обед черноголовым оралам привезли. И дождик начал накрапывать. Пустырь за забором крепко запах влажным бурьяном, дикостью первобытной, а дальше во влажной дымке угадывались дома.

– Красивый город, да дуракам достался, - пробурчал Евгений Земляков.

Промокала гимнастерка на спине стрелка, и ждать когда полезут, становилось невмочь. Голова ушибленная болела сильнее, остальные побитые части тела дружно решили о себе напомнить. С левой ногой вообще глупо: пистолетная пуля каблук сапога ковырнула, практически оторвала. Ступать неудобно, контуженую пятку саднит - ну все как обычно у везучего толмача. Да когда ж они полезут, сволочи?!

...Полезли, конечно. Вдоль забора двинулись, оригиналы этакие. Переводчик огня АКСУ стоял на "од", Женька подождал пока смельчак в камуфляже, густо облепленном непонятными нашивками, протиснется сквозь щель между гремучими листами профнастила, и щелкнул героя в грудь. Тот выронил пистолет, повалился. Второго Женька, вовремя сообразив, ранил одиночным в бедро - хлопец вопил, его выволакивали назад, шаткий забор чуть не обрушили. Пройти бы парой очередей по эфемерному прикрытию - двух-трех бандер точно бы задел. Но имелось у младшего сержанта волевое решение стрелять только наверняка и характер тов. Земляков твердо выдержал...

...Палить наугад, сквозь забор пришлось тогда, когда через профнастил полетели самопальные бутылки КС. Две пивных пол-литры безвредно лопнули на бетонных плитах двора, одна разбилась об внешний угол "редута", потекла жиденьким пламенем. Земляков экономно проперфорировал забор, кого-то зацепил - снова орали и непатриотично матерились на клятой кацапьей мове. Один из черномордых неосторожно отбежал из-под забора дальше на пустырь: то ли сдуру, то ли высмотреть стрелка пытался. Женька стукнул любознательного - не особо удачно, на шестидесяти метрах АКСУ свой невеликий снайперский потенциал резко утерял. Хлопец схватился за плечо, кинулся обратно под спасительный забор. Ну, нехай - вряд ли херой активной единицей останется. Из-за забора поспешно зашвырнули еще две бутылки и отошли. Снаряды до полустеклянного "редута" не долетели: одна разбилась на бетоне и вообще не загорелась, другая шлепнулась на бочки-доски, что было хуже...

...Разгоралось пламя, дым в иную сторону шел, но иной раз черные густые клубы и на крышу бросало, и Женька паниковал, считая что рубероид занялся. Что горящая проклятая краска, что разогретая смола примерно одинаково воняли, но крыша пока держалась...

...Паникуй, не паникуй, деваться некуда, значит, сиди и стреляй экономно. Отбил товарищ Земляков лихую фронтальную атаку. Набежали черномордые довольно густо, подбадривая себя стрельбой, но пальба из пистолетов и бандеровских "лупар" несла чисто психологический характер. Имелось на вооружении противников один или два автомата и неопределенная винтовка, но, похоже, с боекомплектом дело обстояло примерно так же, как и у тов. Землякова, и подавить "на-крышную" огневую точку бандеры не могли, да и дым им мешал.