Чтение онлайн

– Дорогие гости! – произнес в микрофон администратор, стоя в центре зала, освещенный столбом прожекторного света.

Но дорогие гости не услышали обращения, потому что вместо слов из динамиков полился чудовищный свист. Зато все перестали жевать и обратили внимание. Администратор показал кулак человеку за пультом, и тот быстро убрал фоновый звук.

– Сегодня у нас особый день и особые гости! – продолжил администратор. – Влюбленная пара решила соединиться семейными узами, и это событие произошло именно в нашем ресторане! Вот они!

Луч прожектора, поплясав по залу, остановился на столике Олега и Леры, которые сидели, сплетя руки вокруг солонки, перечницы и подставки для салфеток. Ослепленные, а до того оглушенные, Олег и Лера не сразу поняли, что происходит. А народ уже вскакивал со стульев, чтобы лучше видеть, улюлюкал, верещал и аплодировал.

Администратор приблизился и ловко открыл шампанское, наполнил фужеры, которые держала на подносе та самая официантка. Олег и Лера невольно встали. Девушка-официантка уже протягивала им поднос.

– Выпьем, друзья! – голосил администратор. – За новую российскую семью! Ура!

«Ура!» – подхватили дорогие гости дружно. Лере и Олегу ничего не оставалось, как взять фужеры и отхлебнуть.

– Горько! – хором скандировал зал.

Олег и Лера поцеловались, чем вызвали продолжительные аплодисменты.

Администратор на этом не угомонился. Снова войдя в центр зала, купаясь в лучах прожектора, от которого Олег и Лера были, наконец, избавлены, администратор вещал:

– Друзья! Каждая пара, которая в нашем ресторане отмечает помолвку, получает бесплатный ужин, а остальные гости – по фужеру шампанского. Шампанское – на столы! – проскандировал он командным голосом популярного телеведущего: «Подарки – в студию!»

Лере и Олегу пришлось еще раз встать и отсалютовать фужерами всем дорогим гостям.

Когда народ угомонился и вернулся к своим блюдам и разговорам, когда к их столику подошла официантка, они испытывали смесь чувств – благодарности и запоздалого ужаса людей, не склонных находиться в центре внимания публики.

– Ребята? – спросила официантка. – На мой вкус? Только скажите, мясное или рыбное? Не пожалеете, накормлю по первому классу.

– Зачем вы устроили это представление? – кипятился Олег.

– Спасибо большое! – перебила жениха Лера. – Но ведь вашей услугой могут воспользоваться недобросовестные люди. Прикинутся молодоженами, чтобы бесплатно поужинать.

– Это обсуждаемо. Зачем? – посмотрела она на Олега. – Я учусь на менеджера по продвижению товаров и услуг. Самое главное – креатив, придумать что-то такое, до чего еще никто не додумался.

– Например, пусть дорогие гости, – язвительно предложил Олег, – пришлют молодоженам по бутылке вина.

– Идея, – согласилась официантка.

– Нет! – Всполошилась Лера. – Он пошутил, нам чужого вина не нужно.

– Ребята! – напомнила официантка. – Рыбное или мясное меню? У меня пять столиков.

– И то и другое, – ответил Олег. – Гулять, так гулять. А у обрученных требуйте справку из ЗАГСа.

– Идея, – повторила креативная официантка, будущий гений менеджмента.

Со щедростью человека, допущенного транжирить чужое добро, официантка уставляла их столик холодными и горячими закусками, приносила блюда с мясом и рыбой, заговорщески подмигивая, подливала в фужеры вино «из подвалов для избранных». Съесть и выпить все было немыслимо. Многие гости, покидая ресторан, подходили к столику Олега и Леры, еще раз поздравляли и желали счастья. Администратор за передвижениями дорогих гостей подглядывал, мотал на ус, расщедрился на трехлитровую бутылку шампанского. Она погрузилась в пятый пакет. В четырех других, упакованные в пластиковые судочки лежали деликатесы, не освоенные Лерой и Олегом. Пришлось брать такси, чтобы доставить Леру со снедью к дому.

Она вошла в квартиру и грохнула на пол пакеты. Мама и папа, смотревшие телевизор, выскочили в прихожую.

– Что это? – спросил папа, с невероятной прозорливостью именно большую бутылку шампанского выудив на свет. – Никогда таких не видел.

Вокруг шныряли, обнюхивали пакеты щенки. Мама, присев на корточки, отгоняя щенков, вскрывала судочки. Еда: мясо, рыба, гарнир…

Папа и мама напоминали блокадных детей, которым фантастический Дед Мороз принес подарки. Хотя папа и мама уже отужинали.

– Что это? – повторила папин вопрос мама. – Кому это?

– Вам, – ответила Лера. – Деликатесы из модного креативного ресторана.

– Креа… в каком смысле? – спросил папа.

– В том смысле, что я выхожу замуж.

Знакомиться с Лерины родителями, по-старинному – свататься, Олег отправился вместе с племянником Васей. Родители и сестра не могли понять, зачем ему такая необычная группа поддержки. Но у Олега была идея. По дороге Васька рассуждал о том, что торт и коробку конфет они купили правильно, коньяк тоже взрослым сгодится, а цветы – напрасно. Пустая трата денег: цветы есть нельзя и они вянут. Никакой радости.

– Поживи с мое, – отвечал Олег, – тогда поймешь, что в женских радостях нет никакой логики.

Замысел Олега удался полностью. Вася, как только увидел щенков, пришел в бурный восторг, играл с ними весь вечер и уходить без дружка не хотел – до слез, а плакал Васька редко. Дядя Олег и дедушка внушили ему, что слезы против женщин – оружие хотя и эффективное, но настоящего мужчины недостойное. У Леры тоже глаза стояли на мокром месте, потому что ради племянника Васи она была готова расстаться со своей Куколкой. Но Олег сказал, что жертв не требуется, берем одного из алиментных.

– Но согласятся ли хозяева Ляльки? – тревожилась Лера, которой уже казалось большим счастьем иметь дома приплод беспородных архаровцев.

– С ними я договорюсь, – многозначительно заверил Олег.

Племяннику он намекнул, что лучше всего брать самого сильного и крепкого – Перваша. Тут их мнения полностью совпали: Вася, естественно, положил глаз на вожака щенячьей стаи. Вася едва не сходил с ума от радости, пребывал в эйфории и возбуждении, которые напрочь отмели мысли о том, как отнесутся мама и бабушка к появлению собаки.

Знакомство-сватовство прошло гладко и приятно для всех сторон. Олег понравился. Интеллигентный, воспитанный, кандидат наук, дюдя, конечно. С другой стороны, хорошие родители предпочтут, чтобы любимая дочь была за дюдей, а не за бандитом, которого рано или поздно прихлопнут. Олег подробно отвечал на вопросы Лериной мамы о своей родне и ловко уходил от вопросов о жилищных перспективах. Туманно говорил, что они в первое время предпочтут снимать отдельную площадь. «Можно ведь дачу в ближнем Подмосковье снять», – тешил себя Олег. После нескольких рюмок коньяка Лериной маме не терпелось задавать вопросы, а папе – самому вещать. Он был потомственным скорняком. Его прапрадед справлял шубы для царского двора. Из поколения в поколение передавались секреты, хотя войны сильно навредили, Первая и Вторая империалистические.

– Отечественные? – невольно уточнил Олег.

– Один хрен! – отмахнулся Лерин папа. – Главное, что? Настоящее! Мы имеем в настоящем дочь Валерию, которая высоко взлетела. Конструктор-технолог, ёшкин корень! Лазерная полировка меха! – с издевкой проговорил будущий тесть. – Черная бриллиантовая норка, продавай ее втридорога остолопам. А на обшлага и манжеты ставят мех, который через полгола вылезает! Вточной карман вообще никто обрабатывать не умеет!

Последнюю фразу Лерин папа проговорил с пафосом, который мог бы присутствовать в речах военного конструктора, чьи ракеты люди в погонах хватают с конвейера и не слышат разумных призывов к длительным испытаниям. Олег понял, что в Лериной семье меховые технологии – постоянный и застарелый предмет споров. По лицу невесты и будущей тещи Олег уяснил, что надо покорно терпеть. Еще две рюмки – и потомственного скорняка жена и дочь отвели в спальню.

Родители Леры очень понравились Олегу. Простые, милые, бесхитростные, открытые люди. Того малого, что имеют, добились исключительно собственным трудом, не воруя, не лукавя, не унижаясь и не идя на сговор с собственной совестью.

Уже без главы семейства они: Лера, ее мама и Олег – пили чай. И Васька, отвлекшись от щенков, прибежал на раздачу торта, коего поглотил, приправляя шоколадными конфетами, изрядно.

«У него же распространенная аллергия, – вспомнил Олег наставления сестры и бабушки, которые, болея сердцем, не давали любимчику сладостей. – И на собачью шерсть у Васьки, кандидата в астматики, может проявиться реакция. Что же я творю?»

Но племяш не высказывал никаких симптомов аллергического приступа, не задыхался. Румянец на щеках Васьки разумнее было бы объяснить нечаянной радостью: «У меня будет собака!»

Прощание в узкой прихожей Лериной квартиры было сумбурным, но сердечным. Лера и ее мама излучали максимум искренней доброжелательности: как хорошо, что вы пришли, и жаль, что уходите. Стеша, главная собака, мать выводка, которую до сих пор никто не подумал выгулять, вертелась и возмущенно поскуливала: «Чем бы вы тут не тешились, а мой режим забывать не следует!» Вася устраивал под своей курточкой Перваша. Оставшийся выводок щенков, присев на задние лапы, чинно и трогательно расположился полукругом. Братья и сестра Перваша, конечно, не понимали, что расстаются с вожаком навеки. Но их мохнатенькие мордочки, повернутые на бок точно в ожидании новой команды, их шоколадные глазки, доставшиеся от мамы-Стеши-ретривера, трогательные лапки палевых медвежат, коралловые язычки высунутые сквозь молочные зубки – все это было настолько умилительно, что вызвало у людей дружный всхлип.

Олег с племянником приехали домой на такси. За порогом их встречали мама Олега и сестра.

Спросили хором:

– Что это у тебя?

Сестра спрашивала сына, у которого что-то топорщилось под курткой. Мама спрашивала Олега, в руках которого был пакет с едой на первое время для Перваша.

Васька аккуратно попустил на пол щенка.

– Что это? – снова хором, но в другой, возмущенной, тональности воскликнули мама и сестра.

– Калым, – ответил Олег. – Мы ездили сватать невесту и взяли калым.

– Мне нравиться Калым, – поднял благодарные глаза на дядю Вася. – Путь он будет Калым, а не Перваш.

– Отличная кличка, – согласился Олег, наблюдая за реакцией мамы, сестры и подтянувшихся папы и бабушки.

Тридцать-сорок минут их реакция колебалась от немого возмущения до яростного протеста. У ребенка аллергия! Сами друг у друга на головах живем, только собаки не хватало! А вдруг у нее блохи? Или другие зооантропонозы? Последнее спросила сестра, которая была врачом и знала, как называются болезни, передающиеся от животного человеку.

Олег только разводил руками: зооантропонозов две сотни, за отсутствие каждого поручиться невозможно, но попробовал бы кто-нибудь намекнуть Лере, что ее щенок заразный. Олег уходил от ответов, предоставив Ваське выкручиваться самому. Твой щенок, ты и выкручивайся. Васька старался изо всех сил: обещал отличную учебу, хорошее поведение, признался, что стянул на жвачки деньги из бабушкиной сумки, но больше так никогда делать не будет и даже открыл существование второго дневника. Первый он подсовывал учителям для хороших отметок, второй, тайный, – для «двоек».

Но не только небывалые откровения мальчика сыграли роль. Сам Калым, по хозяйски обследовавший квартиру, вызывал почтение: такой маленький, славненький, пушистенький, глазки-бусинки – а уже такой нахальный, надул в пяти местах, пометил территорию, как выразился Олег. За Калымом ходили по квартире ручейком: Васька, мама, бабушка, дедушка – наблюдали за поведением пришельца. Чем больше наблюдали, тем больше умилялись. Спустя час в Калыма все безоговорочно влюбились.

«Будет второй Лялька», – подумал Олег.

…На пышных свадьбах Олег смотрел на женихов с сочувствием. Невесты всегда прекрасны, а упакованные в непривычные костюмы женихи выглядят глуповато и старательно маскируют нетерпение: когда, наконец, представление закончится? И естественно, что самому Олегу не хотелось оказаться в положении жениха-терпивца. Поэтому Олег предложил Лере отметить событие скромно: расписались в ЗАГСе, сходили в ресторан, наутро укатили в дом отдыха – пусть не на медовый месяц, а две недели, но тоже медовые.

– Хорошо, – согласилась Лера. – Только давай возьмем в ресторан родителей? А то им будет обидно.

Олег легко бы пережил подобные обиды, а Лера вряд ли. Ладно, пусть будут ее родители и его, бабушку и сестру тоже дома не оставишь. Но Лерины мама и папа сказали, что нужно обязательно пригласить тетю Веру с дядей Петей и тетю Маню с дядей Колей, иначе им стыдно будет родне в глаза смотреть: единственную дочь замуж втихую сплавили. И еще Лерины подружки, школьные и по работе, а так же соседи, с которыми жили душа в душу. Будет нелепо, если сторона жениха, выступит малым составом, не безродный поди. У Олега имелись, конечно, и дядья, и тетушки, и друзья. Хотя отбор был жесточайшим, все-таки набралось сорок человек. Лерин папа сказал, что банкет берут на себя. Олег глупо и благородно отказался. Мама Леры намекнула, что дочка, конечно, мечтает о красивом подвенечном платье, и положено платье это покупать жениху. «Платье, так платье», – обреченно кивнул Олег. Их свадьба состоится в варианте так им презираемым: с цветами, лимузинами, кино-фото съемкой, шумным банкетом и криками «Горько!» Но Лера вся светилась в преддверии замужества, и Олег понял, почему женихи покорно и смиренно идут на испытание свадебным пиром. Для любимой женщины чего не сделаешь? А уж такую мелочь: полдня клоуном разнаряженным выступать – и подавно надо вытерпеть.

Он взял потребительский кредит в банке, который планировал пустить на свадебный отпуск и съем квартиры, но все деньги уплыли на оплату свадебных утех. Лера почему-то не спрашивала, где они будут жить, и ее родители этим не интересовались. Они видели в Олеге уверенного мужчину, твердо стоящего на ногах и все проблемы заранее снявшего. Да и семья Олега боялась задать естественный вопрос, хотя прекрасно знала, что не обладает он ни предпринимательской хваткой, ни ловкостью, ни изворотливостью. Правильно делали, что не спрашивали. Ответа у Олега не было. День бракосочетания неумолимо приближался, а квартирный вопрос оставался открытым.

К Соколовым Олег заявился в воскресенье вечером, не предупредив, без звонка. На лице Олега была гримаса человека, мучающегося изжогой или запором.

– Привет! Что случилось? – спросил Михаил Соколов.

– Олег, у тебя неприятности? – подхватила Ирина Соколова.

– У меня сплошные приятности. Женюсь. Вот вам приглашение на свадьбу, – протянул Олег конверт и бутылку вина.

Если Соколовы и удились тому, что приглашение Олег принес к ним домой, а не вручил на работе, то виду не подали и потащили его на кухню – отмечать.

Разлили вино, выпили.

– Расскажи об избраннице, – потребовал Михаил.

– Лучшая девушка всех времен и народов. Мне страшно повезло, и я влюблен как мальчишка. Налейте еще!

Олег никак не походил на счастливого влюбленного, и Ирина, отличавшаяся наблюдательностью и прозорливостью, спросила:

– Девушка беременная?

– Ни капельки, – помотал головой Олег.

– Имеет отношение к мехам?

Олег удивленно посмотрел на Ирину:

– Откуда ты знаешь?

– Элементарно, Ватсон. В последнее время ты проявляешь удивительную осведомленность в этой области. Где жить будете?

Олег тяжело вздохнул:

– Снимать станем.

Михаил Соколов присвистнул:

– Знаешь, сколько это стоит?

– Знаю, – еще раз вздохнул Олег. – Прорабатываю вариант снять пустующую зимой дачу в Подмосковье.

– А потом?

– Суп с котом, – огрызнулся Олег, которого замучил квартирный вопрос.

– Всем стоять, молчать, не двигаться! – Вдруг скомандовала Ирина.

Она взяла телефон и набрала номер:

– Маришка, привет! С тебя причитается. Я решила твою проблему. Прекрасная молодая семья, он – биолог, кандидат наук. Работает вместе с нами, она – модельер, по меховым изделиям специализируется. – (Тут Олег крякнул. Потому что ни словом не обмолвился о профессии Леры, но Ирина почти точно угадала). – Рыбок они обожают, от птичек без ума. Вам крупно повезло. Когда? Завтра в семь вечера? Отлично! Пока!

Ирина нажала кнопку отбоя и повернулась к Олегу:

– Пляши, жених! Двухкомнатная квартира в Медведково. Хозяева, моя приятельница с мужем уезжают на три года в Австралию по контракту.

– Сколько? – хрипло спросил Олег.

– Только квартплата и кормить рыбок с птичками. У них большой аквариум и три клетки с певчими птицами.

– Некоторые канарейки своим пением жутко изводят, – вставил слово Михаил. – Хочется свернуть им головы.

– Мы не свернем! – быстро заверил Олег. – И аквариум будем чистить хоть каждый день. Ира-а-а! – протянул он благодарственно.

Но при этом лице Олега отражалась не только радость нечаянная, но какое-то смущение.

– Свои люди, сочтемся, – отмахнулась Ирина. – С вас только норковое манто. Или соболиное, я не привередлива. Олег, что не так? Я ведь вижу, тебя колбасит.

– Да, ты мне такую помощь, а я вам собаку подложу.

– Какую собаку?

– Натуральную, щенка.

Соколовы переглянулись.

– С женихами так бывает, их мозги закипают, – сказал Михаил. – Лечится коньяком. Жена, у нас есть лекарственный коньяк?

– Помолчи! – отрезала жена. – Олег?

Он шумно выдохнул и принялся рассказывать:

– Перед вашим отпуском Лялька забрюхател симпатичную собачку породы голден ретривер, Стешу, по паспорту – Стефанию. Стеша родила пятерых щенков. Два с половиной алиментные, ваши, то есть Лялькины.

– Чего-чего? – только и смог произнести Михаил.

– У него не просто закипели мозги, – нахмурилась Ирина, – они полезли наружу и снесли крышу. Олег, ты в своем уме? Какие еще два с половиной щенка?

– Сговорились на двух. Одного я пристроил, взял с помощью племянника в собственную семью. Но один ваш, как ни крути.

– Точно рехнулся! – возмутился Михаил. – Мы что, должны отвечать перед каждой сукой, которую покрыл наш пес?

– Он покрыл Стешу, на хозяйке которой я женюсь. Вы не волнуйтесь, щенок отличный. Рабочая кличка Дюдя, потому что очень интеллигентный.

– Что ты несешь? Какой интеллигентный Дюдя? – повысил голос Михаил.

– Ущипните меня! – сказала Ирина. – Этот бред мне снится.

– Сами спросите у многодетного отца.

– У кого? – хором воскликнули Миша и Ира, испуганно смотревшие на Олега.

– Лялька! – громко позвал Олег.

Вместе с собакой на кухню прибежали девочки Соколовы, чему Олег крайне обрадовался.

– Лялька, давай колоться! – призвал Олег. – Ведь знал, проказник, что после твоих похождений, – тут Олег резко повысил голос, – будут дети!

Умный пес упал на брюхо, сложил лапы на голову и жалобно завыл.

Ошеломленные Ирина и Михаил не нашли слов. Зато их дочери принялись скакать на месте:

– У Ляльки дети! Ура!

Пока родители молча таращились на собаку и переваривали информацию, дети активно ее обсуждали.

– А когда Лялька родил? – спрашивала младшая.

– Дура! – отвечала старшая. – Лялька не может родить, потому что у него писюн, я тебе показывала. А рожают взрослые женские особи, у которых дырка, как у мамы.

– У кого дырка? – взревел Соколов. – Я вам покажу писюн!

– Смелое заявление, – тихо прокомментировал Олег. – Я бы не торопился.

Ирина невольно рассмеялась и решительно взяла контроль над ситуацией:

– Девочки! По словам дяди Олега, наш Льлька немножко женился на другой собачке, а потом у этой собачки родились щенки…

– А потом дяде Олегу, – встрял Михаил, – взбрендило на ней жениться.

– На собачке? – спросила старшая.

– Я тоже хочу жениться! – заявила младшая.

– Замуж выходить, – автоматически поправила дочь Ирина.

– Я хочу выходить замуж за Степку, – топала ножками младшая. – За него хотят все в детском саду.

– Тихий ужас! – простонал Михаил. – Это мои дочери?

– А что ты хотел? – огрызнулась Ирина. – Чтобы они экстракорпоральное оплодотворение изучали? Девочки, не обращайте внимания на папу, папа очень расстроен.

И тут у Ляльки, который понимал, что о нем говорят, в чем-то он провинился, произошел сбой программы, и он выполнил номер «Пьяный папа». Лялька упал на спину и задрыгал конечностями.

В отместку Михаил спросил пса:

– Как наша мама ругается?

Лялька вскочил на лапы, задрал морду и противно заскулил.

– В цирк ходить не надо, – сказал Олег. – Позвольте мне внести ясность? Ситуация предельно проста. У Ляльки было пять детей, то есть щенков.

– Не факт, – перебил Михаил. – Кто знает, скольких он настрогал.

– Майкл! – возмутилась Ирина. – Следи за речью.

– Кого Лялька строгал? – спросила младшенькая.

– Это так называется? – уточнила старшенькая.

– Попросил бы меня не перебивать! – призвал к порядку Олег. – Вопросы к докладчику после выступления.

И он принялся описывать Стешино потомство, вспоминая Лерины рассказы и приписывая от себя недостающие детали. Напирал на забавные проделки щенков. По словам Олега получалось, что Стешины и Лялькины дети были настолько прекрасны, что за ними выстраивалась очередь из желающих.

– Ребята! – подвел итог Олег. – Если Дюдя вам не понравится, то никто не неволит брать его. Пристроим.

– Мамочка! – схватила Ирины руки старшенькая.

– Папочка! – запрыгнула на шею к отцу младшенькая.

– Хорошо! – вынуждена была согласиться Ирина. – Мы посмотрим на этого… Дюдю. Завтра. Нет, завтра дядя Олег идет смотреть свою новую квартиру.

Ирина бросила на Олега взгляд, в котором легко читался упрек. Олег извинительно развел руками, но гнул свое:

– Зачем тянуть? Лера с Дюдей через пять минут будет здесь.

– Кто у нас Лера? – спросил Михаил, которого растопили нежности дочери.

– Моя невеста. Звоню?

Не дожидаясь согласия, принялся быстро набирать номер на сотовом телефоне.

– Чтоб тебе не жениться на девушке без собак? – спросил Михаил, поглаживая спинку прильнувшей к нему дочери.

– Этот голодранец, – Ирина, в свою очередь, пристраивала под бок, обнимала старшую дочь, – ничего не делает просто и по-людски.