Чтение онлайн

1 ?? (jinghong) встревоженный лебедь (обр. о грации красавицы).

— Лицо твоего третьего брата всегда отличалось правильными чертами. Симпатичные люди, вероятно, все очень похожи друг на друга, не нужно суетиться. — Помолчав, Ли Юнь добавил. — Ну, ладно, только не говори об этом старшему брату. Он может рассердиться на тебя.

Лужа небрежно согласилась, но мысли ее были далеко. Она бесстыдно решила: «Этот парень кажется довольно симпатичным, я определенно должна узнать его получше».

Подумав об этом, она вдруг почему-то почувствовала нетерпение. Девушка расправила свои крылья и взмыла в воздух, тут же пожаловавшись:

— Почему старший брат еще не вернулся? Неужели он хочет стать зятем в этой долине Минмин?

Даже без своей чудовищной Ци, Лужа родилась со зрением, отличным от человеческого, и, естественно, могла видеть на тысячи ли вперед. Бросив лишь один случайный взгляд, она могла рассмотреть животных, бегущих далеко внизу. Бесцельно оглядевшись по сторонам, она вдруг заметила вдалеке сверкающий, как лед, меч, устремившийся прямо в небо. Следуя за блеском меча, Лужа, наконец, разглядела и кровавую ауру, окутавшую все это место.

Блеск клинка2 принес с собой ледяной покров. Он накатывал волнами, сметая кровавую ауру. Вскоре густой черный туман рассеялся, будто спасаясь бегством. В мгновение ока он расползся во все стороны и исчез.

2 ?? (jianqi) блеск меча (обр. в знач.: воинственный дух).

Лужа была ошеломлена.

В ее памяти вспыхнуло воспоминание. Отрезанное от нее беспощадным потоком времени, оно казалось слишком свежим. Тогда, поздней осенью в маленьком дворике на морском острове появился молодой человек. Он был очень спокоен. Он улыбнулся ей и сказал:

— Младшая сестра, позволь мне показать тебе, что такое фехтование прилива.

Перед глазами возник неясный образ.

Сердце барышни забилось быстрее.

Она резко взмахнула крыльями и, не обращая внимания на крики Ли Юня, полетела в сторону ауры меча.

Что же касалось происхождения этой ауры, то это был Чэн Цянь, преследовавший призрачную тень, вышедшую из тела одной из жертв. Он своими глазами видел великого темного совершенствующегося Цзян Пэна и провел много лет с Тан Чжэнем, избежавшим плена Поглощающей души лампы. Ему была хорошо знакома зловещая атмосфера, характерная лишь для этой вещи, поэтому, когда тень только появилась, он сразу же почувствовал ее.

В то же время он был сильно озадачен. Призрачные тени из Поглощающей души лампы обычно были полностью сформированными душами или изначальными духами. Какой дух захочет выглядеть как кусок тряпки?

Пролетев более десяти миль, «тряпичная» тень нырнула в пещеру.

Чэн Цянь опустился рядом со входом и сразу же учуял запах крови, доносившийся изнутри. Он не стал торопиться, только расширил часть своего сознания. Если заклинатель совершенствовал изначальный дух, то, стоило ему сделать это, и в пределах ста ли больше ничто не могло ускользнуть от его взгляда.

Но эта пещера, казалось, была окутана каким-то густым туманом. Чэн Цянь мог лишь отчасти различить, что в глубине нее что-то есть. Как раз в тот момент, когда он осторожно обходил вход, он вдруг отчетливо услышал позади себя чьи-то голоса. Это Нянь Дада орал во всю глотку.

— Младший брат, ты говоришь, что раньше трупы были здесь?

— Да, мы все видели здесь белую тень, — ответил ему другой голос, помоложе.

Чэн Цяня нахмурился. Он тут же спрятался, наблюдая, как эти двое подошли к пещере. Он уже видел Люлана раньше, и у него сложилось впечатление, что юноша не слишком-то умел скрывать свои чувства. Но в данный момент, пока он вел Нянь Дада, лицо Люлана оставалось бесстрастным. Приглядевшись повнимательнее, Чэн Цянь почувствовал, что взгляд юноши поблек, а зрачки словно заволокло туманом. Когда они приблизились ко входу в пещеру, темнота внутри стала еще гуще.

Увидев, что этот дурень Нянь Дада ничего не заметил и беспечно последовал за Люланом внутрь, Чэн Цянь остановился в нерешительности. Он немедленно скрыл свое присутствие и поспешил за ними. Его тело было сформировано из камня сосредоточения души, поэтому он был очень искусен в сокрытии своей ауры. Теперь сделать это было намного проще, чем с обычным телом из плоти и крови. Он даже мог притвориться мертвым.

Пока они шли, Нянь Дада произнес:

— Не нужно ничего говорить. Эта пещера действительно выглядит так, будто раньше в ней умирали люди, здесь какой-то отвратительный запах.

Услышав это, Чэн Цянь вдруг почувствовал себя бессильным.

Люлан не ответил, продолжая смотреть прямо перед собой. Ритм, отбиваемый шагами юноши, не изменился ни на йоту.

— Младший брат?

Не дождавшись ответа, Нянь Дада, наконец, почувствовал, что что-то не так. Вскинув голову, он храбро крикнул:

— Дядя! Дядя Чэн! Дядя Чэн, ты здесь?

Но вдруг, голос юноши резко оборвался, будто у него вырвали язык. Он застыл в оцепенении. Узкая тропинка перед ними закончилась, и Люлан, шедший впереди, безмолвно рухнул на землю. Взгляду Нянь Дада открылась странная картина.

Впереди находился какой-то предмет. Он был размером с человека, похожий на масляную лампу с открытым длинным горлышком. Под горлышком виднелись изящные, плотно начертанные заклинания, тянувшиеся до самой земли. Кроваво-красные символы заполнили все пространство в нескольких чжанах от лампы.

На первый взгляд, в этих заклинаниях не было ничего ужасного. Но, даже если бы это было не так, глупые глаза Нянь Дада не смогли бы понять, в чем дело. Его испугало то, что жидкость в лампе оказалась не маслом, а кровью, что бурлила сама по себе. Внутри плавали бесчисленные останки. Вся пещера была окутана темной аурой.

Тихо следовавший за ним Чэн Цянь, нахмурился. Он с первого взгляда понял, что это была Поглощающая души лампа.

Более того, она казалась той же самой, что уничтожил тогда Господин Бэймин.

Как раз в тот момент, когда он внимательно изучал начертанные на земле заклинания, из лампы внезапно вырвалась белая тень и без предупреждения погрузилась в тело Люлана.

Юноша скорчился в странной неестественной позе и резко вскочил. Его ногти в одно мгновение выросли на три цуня, и он безжалостно сжал шею Нянь Дада. Нянь Дада был заклинателем с мечом в руках, он должен был блокировать эту атаку, но, когда он увидел молодое лицо Люлана, в нем взыграла жалость. Он подумал: «Этот парень всего лишь человек, если я ударю его мечом, он может и не выжить».

С минуту поколебавшись, Нянь Дада упустил последний шанс, и злой дух окончательно укоренился в теле Люлана. Светлая чистая кожа на лице юноши начала трескаться, а кости его рук извивались, как змеи. Из-за огромного давления, оказываемого аурой злого духа, одна сторона его тела удлинилась, а другая наоборот стала короче. Его пальцы деформировались, и суставы выступили наружу, указывая прямо на точку меж бровей Нянь Дада. Хриплый голос промурлыкал: «Собери тени преисподней, смешай в своем теле кровь тысяч людей, преврати десять тысяч духов в одного, путь призраков — единственный путь...»