Чтение онлайн

Фильм стал шумом на заднем плане, пока продолжались мягкие попытки Орина. По одному крохотному шагу за раз — это всё, что ему когда-либо удавалось, но для него это были огромные шаги.

Он повернул голову к моей груди, утыкаясь носом мне в шею и приподнимая лицо к моему. Прижавшись к его лбу своим, я позволил ему мгновение привыкнуть к этой более близкой связи. Когда он подвинул лицо ближе, я взял на себя инициативу сократить оставшееся расстояние и сжал наши губы вместе. Но затем я снова передал контроль ему.

Я позволил Орину управлять поцелуем. Его губы скользили по моим, оставляя маленькие прикосновения. Крохотные моменты посасывания, когда он затянул мой язык себе в рот. Я следил за каждым его движением, как научился делать. Когда он раскрылся и позволил моему языку сплестись с его, по всему моему телу прошла тёплая дрожь. В моём животе ожили бабочки, будто мне снова было шестнадцать. Орин делал это со мной, и медленный прогресс наших отношений только увеличивал эти чувства.

Его неуверенность исчезла, когда он прильнул ближе и поцеловал меня глубже, покусывая и пробуя всё с большей смелостью, пока шли минуты. Я положил руку ему на затылок и подтолкнул его чуть больше, прижимая его к себе и целуя с большей энергией.

Он повернулся на кровати, становясь на колени рядом со мной. Он обхватил моё лицо руками, заглядывая глубоко мне в глаза. Его нервозность просвечивалась, но его решимость была сильнее. Наши губы разделились всего на мгновение, прежде чем столкнулись снова. Удивив меня, Орин прижался ближе, пытаясь обвить меня руками, но из-за того, как он сидел рядом со мной, это было неловко.

Я разорвал наш поцелуй, стараясь контролировать своё сбившееся дыхание. Я быстро заводился.

— Сядь на меня, — предложил я, подталкивая его в бок.

Его взгляд на мгновение опустился, и он облизнул свои опухшие от поцелуев губы, после чего кивнул. Его дрожь была очевидной, но он перекинул ногу через мои колени и сел. Мы никогда не были так близко. Я отвёл минуту на то, чтобы провести руками по его спине вверх и обратно вниз, прежде чем слегка надавить на его поясницу.

Он понял моё намерение и наклонился ближе. Его колени сжали по бокам мой торс, и его грудь прижалась к моей. Я снова соединил наши губы, всё моё тело гудело от этого нового шага вперёд. Смелость Орина поражала меня.

Наши поцелуи с каждой минутой становились всё жарче. Не осталось никаких колебаний. Поцелуи были голодными и смелыми, доводя мою кровь практически до кипения. Моя возбудимость могла быть не такой, как у Эвана, но я всё равно был мужчиной. Мужчиной, который провёл исключительно много времени без секса. Который сидел с потрясающим мужчиной на коленях, чей язык доставал чуть ли не до горла, и который издал не один тихий стон удовольствия от того, что между нами происходило.

Это было неизбежно.

В тот момент, как мой член начал набухать, я оторвался от губ Орина и попытался отстранить его. Я выдохся, и у меня кружилась голова.

— Орин, — начал я, пытаясь поднять его со своих коленей.

— Я в п-порядке, — заикаясь, произнёс он.

Используя свой вес, он прижал меня обратно к изголовью кровати и соединил наши губы, снова устраиваясь у меня на коленях.

Затем он замер.

Невозможно было отрицать, что он чувствует и почему он застыл. Я потянулся, чтобы взять его лицо в свои руки, готовый его успокоить, но я не зашёл так далеко. Он отлетел от моих губ, как раз когда его рука поднялась и крепко сжала мой подбородок. Его глаза горели, губы раскрылись в оскале, со злостью и отвращением.

Я поднял руки вверх, сдаваясь.

— Рид, — произнёс я сквозь сжатые губы, — я могу объяснить.

Глава 17

Он мгновенно слетел с кровати, отодвигаясь от меня так же быстро, как я от него — только у меня за спиной было изголовье кровати, и моё отступление не удалось.

— Просто успокойся, — сказал я, молча заставляя свой предательский член сейчас же опуститься.

Рид не мог сформулировать слова и ходил из стороны в сторону, запуская руку в волосы и заставляя себя дышать спокойно. Наконец, он остановился и повернулся лицом ко мне, его губы сжались, пока он рычал и громко дышал через нос.

— Это должно прекратиться.

— Не могу не согласиться.

Я слез с кровати и встал, быстро поправляясь, пока Рид качал головой.

— Зачем давить на границы? Почему ты не можешь просто быть счастлив…

— Я ни на что не давил, — огрызнулся я. — Я никогда ни на что не давил. Всё это, — я махнул рукой на кровать, — было инициативой Орина. Прости, что моё тело ответило так, как ответило, но твою мать, я человек.

— Ты… Ты не понимаешь.

— Нет, может быть, это ты не понимаешь. Как я понимаю, Орин исследует что-то, чего хочет, когда чувствует себя комфортно, и каждый чёртов раз, когда это происходит, ты вмешиваешься и всё останавливаешь. Почему бы не дать ему попробовать?

Рид сухо хохотнул и недоверчиво покачал головой.

— Ты так понимаешь, а? Думаешь, я хочу, чтобы меня выбрасывало посреди ваших чёртовых поцелуев, когда к моей заднице прижимается твёрдый член?

— Верно, выбрасывало, конечно.

Лицо Рида помрачнело от злости.

— Да! Выбрасывало, — он ринулся ко мне, и я в тревоге отступил, прижимаясь спиной к стене. Он встал прямо передо мной и почему-то казался в миллион раз больше и более пугающим, чем позволяла фигура Орина. — Я не выбирал этот момент, придурок. Орин ушёл, потому что то, что происходило между вами, было для него слишком. Уровень ужаса был слишком высоким, и он отступил. Когда это происходит, меня выталкивает вперёд, потому что он в опасности, и это моя чёртова работа. Так что пока ты не подумал, что с ним всё было в порядке, а я просто какой-то мудак, поразмысли ещё раз.

Когда я не ответил, он отошёл, позволяя мне дышать. Со стойки с телевизором он взял карту от номера и поднял её, показывая мне.

— Я иду прогуляться. Мне нужен воздух.

Прежде чем он смог уйти, я подскочил вперёд.

— Рид, подожди!

— Что? — не оборачиваясь, спросил он.

— Ты должен знать, что я никогда не давил и никогда не буду давить на него. В последнее время сам Орин был намерен попробовать больше. Ты это знаешь? Ты говорил с ним?

— Конечно, говорил. Но пока он не начнёт по-настоящему доверять тебе, мы будем продолжать так встречаться.

— Хочешь сказать, пока ты не начнёшь по-настоящему мне доверять.

Он развернулся, и его лицо потеряло злость, которая была на нём всего мгновение назад.

— Нет. Пока он не начнёт. Моё доверие полностью зависит от Орина. Мы все равняемся на него.

— Оу.

Он положил руку на дверь, готовый уйти, когда я снова его остановил.

— Рид?

— Что? — произнёс он сквозь сжатые зубы.

— Думаю, тебе захочется одеться. Ты в пижаме.