Люби меня всего
Шрифт:
— Прекрати усложнять мои и так сложные отношения. Это не менаж.
Эван хохотнул и опустился обратно на диван.
— Ты согласен, что тебе нужна передышка?
— Может быть. Я просто не могу не переживать за него.
— Потому что ты его любишь. Просто попробуй не брать на себя ответственность за всё, что происходит.
Я ковырял этикетку на бутылке и думал. Это звучало легче, чем было на самом деле. Когда Орин побуждал большую близость, мне отчаянно хотелось пойти с ним на это, но до сих пор последствия были негативными. Так что нам с Орином обоим нужно было договориться обходить эту часть наших отношений, или мне нужно было перестать брать на себя ответственность за результаты этого.
— Я постараюсь, — сказал я, зная, что Эван ждёт ответа.
Мы в тишине пили пиво, и когда я поставил свою пустую бутылку на кофейный столик и посмотрел на Эвана, он усмехнулся.
— Значит, ты наконец трахаешься с девятнадцатилеткой, а я узнаю об этом только сейчас?
Я простонал и закрыл лицо руками.
— Нам обязательно это делать?
— Эй, приятель, ты только что принёс свои проблемы на мой порог, я имею право полюбопытствовать.
Подхватив свою пустую бутылку, я встал и прошёл на кухню.
— Ладно, но мне нужно будет выпить больше твоего пива, раз придётся объясняться.
Эван хохотнул.
— Я никогда не пойму, почему тебе так некомфортно разговаривать про секс.
Остаток вечера мы разговаривали. Что бы я ни рассказывал о наших с Коэном отношениях, Эвану этого никогда не было достаточно. Но я противился и менял тему достаточно раз, чтобы он понял намёк, что я сказал всё, что планировал сказать. Разговоры повернулись к Кристине, а затем к спорту и, в конце концов, к моей работе.
— Я думал, после того, как ты закончишь свою учёбу, ты будешь пытаться перевестись или что-то ещё, — сказал Эван. Он разлёгся на диване и сдвинул меня на кресло.
— Не уверен, что перевод подойдёт. Думаю, мне нужно что-то совсем новое. Мне скучно.
— Я так и знал! Разве я не говорил про это, когда ты упомянул о курсах в колледже?
Это была правда, и тогда я тоже это знал. Мне нужны были перемены.
— Да, я просто буду смотреть в оба и надеяться, что что-то появится.
Поздно вечером, я попрощался и снова отправился домой. Я был более расслабленным и чувствовал себя лучше, излив душу Эвану. Когда я проверил свой телефон, приехав домой, моё сердце окружило грустью, когда я не увидел никаких сообщений от Орина. Я ненавидел мысль о том, что приходится так долго быть без него.
***
Следующее утро было воскресным. Я поздно проснулся после беспокойной ночи, и шёл уже одиннадцатый час, прежде чем я прошёл на кухню. Я проверил свой телефон, ставя вариться кофе. По-прежнему не было никаких сообщений от Орина, так что я написал ему сам, не ожидая ответа.
«Доброе утро! Пожалуйста, позвони мне, если прочитаешь это. Мои родители пригласили нас сегодня на ужин. Никакого давления, просто нужно позвонить ей около полудня и сказать, приедем ли мы».
Я бросил телефон на тумбочку и ждал, пока сварится кофе. С полной чашкой напитка, я прошёл в гостиную и сел на диван, листая каналы по телевизору. Программы воскресным утром шли отстойные. Я остановился на каком-то шоу о домашнем ремонте и мысленно отключился, пока пил кофе. В моих мыслях повторялось всё, что прошлым вечером сказал Эван. Орин взрослый человек, который многие годы справляется со своим ДРЛ. Это я к этому не привык. Я понимал, что меня нельзя винить за его прошлое, но то, что я вот так его провоцировал, прожигало дыру в моём сердце насквозь.
«Перестань себя винить. Это не твоя вина».
Я закрыл глаза и слушал слова Эвана, пытаясь заставить себя поверить в них. Не зная, когда, я задремал и проснулся некоторое время спустя от стука в дверь. Я пришёл в себя и оторвался от дивана, зевая. Звук раздался снова; тихий, мягкий стук. Я проверил свой телефон, пока тащился открывать дверь.
Двенадцать двадцать. Чёрт, прошла половина моего дня, а я ничего не сделал. Я даже не позвонил матери.
Я открыл дверь, неуверенный, кого ожидать — может, Эвана — и замер, когда увидел на другой стороне Орина. Но был ли это он?
— Орин?
Он виновато улыбнулся и покачал головой.
— Тео.
Мои надежды рухнули, и, должно быть, на лице отразилось разочарование, судя по сочувствию, с которым он посмотрел на меня в ответ.
— Можно войти? — спросил он.
Из всех альтеров Орина Тео был больше всего похож на него; сдержанный, тихий, мягкий и добрый. Главной разницей было то, что Тео выражал мало эмоций, так что всех переживаний и беспокойств Орина не было. Ещё он держался со значительно большей уверенностью. Я был благодарен, что Тео не любитель играть в игры, потому что он легко мог бы меня одурачить, если бы захотел.
Я отошёл на шаг назад и позволил ему пройти. Мы мало времени проводили вместе, но я лучше узнавал Тео. Наша дружба была крепкой, и я знал, что так всегда и будет. Не было никакого другого влечения, и, судя по тому, что я узнал о Тео, наверное, и не будет.
— Ты хочешь кофе или что-нибудь ещё? Я могу сварить свежий.
Тот, который я сварил, давным-давно остыл.
— Конечно, спасибо.
Я взял со стола свою остывшую кружку и вернулся на кухню, где вылил кофе в раковину. Тео пошёл за мной и молча стоял, пока я ставил вариться кофе. Чем дольше растягивалась тишина, тем неувереннее я становился. Почему он пришёл?
Казалось, он читал мои не озвученные беспокойства, и как только я развернулся и оперся на тумбочку, дожидаясь, пока сварится кофе, он сказал:
— Орин берёт перерыв. Сейчас в системе всё немного хаотично.
— Сейчас он с тобой в параллельном сознании?
— Нет.
Я кивнул и опустил голову, глядя в пол. Вернулось это чувство вины, и я не мог его проглотить.
— Я пришёл, так что, может быть, помогу тебе лучше понять. Коэн вчера вечером был немного сам не свой, думал, что ты отстраняешься и готов отказаться от нас.
Я резко поднял голову и собирался защититься, когда Тео махнул рукой.
— Коэн иногда глупит. Не обращай внимания. Я его успокоил и посвятил в то, что он упустил.
Я облегчённо выдохнул. Последнее, что я делал, так это отстранялся.
— Вы, ребята, все должны понять, как тяжело находиться снаружи всего этого.
— А тебе нужно понять, как тяжело находиться внутри всего этого.
Я никогда в жизни не смог бы представить.
— Кофе готов, — сказал Тео, указывая на кофеварку. — Давай присядем, и я постараюсь кое-что объяснить.