Чтение онлайн

И, чем дальше я уходила, пытаясь не подвернуть нечаянно на нервах каблук, тем легче мне становилось это осознать. Уверить себя.

Потому что я все сделала правильно. Лучше для всех. Парни остынут от своей немыслимой блажи. Обратят внимание на однокурсниц. Забудут.

И я тоже.

Забуду и остыну.

— Таня, не отрывайся от коллектива! — Виктория Петровна, моя коллега с соседней кафедры философии, отставила в сторону пустую тарелку и потянулась за кофе.

Я только плечами пожала, уныло ковыряясь в салате, который гордо носил звание "Оливье", но почему-то был без мяса, зато с фасолью. Не особо аппетитно.

Как и происходящий разговор.

День учителя я никогда не отмечала, и, наверно, в самом деле, надо бы, тем более новый коллектив… Но настроения не было. Не тянуло. А Вика пристала, как банный лист к голой заднице.

— И только не надо отговариваться тем, что с тебя фуршета в столовой хватит! Это для пожилых фуршет! И с него надо убегать после первых трех тостов, поверь моему горькому опыту!

— Почему это?

Я, уже заинтересовавшись, повернулась к коллеге.

Вика, закатила глаза, усмехнулась.

— Потому… Ну что ты как маленькая? А то не знаешь, что больше учителей пьют только медики? После третьего тоста здесь начнется вакханалия с песнями и плясками. Думаю, ты вряд ли захочешь видеть, как Виолетта Федоровна стриптиз на столе танцует. Я вот никак это позабыть не могу. Хотя стараюсь.

Я поперхнулась фасолиной и отставила тарелку в сторону. Зря я дала салату шанс. Абсолютно несъедобная дрянь.

— Вот-вот… — Вика похлопала меня по спине, — у меня такая же реакция каждый раз, как вспоминаю. Так что давай, надо получать позитивные эмоции, это положительно сказывается на карме.

Я с подозрением посмотрела на коллегу, на миг пожалев несчастных ее студентов. Надеюсь, им она про карму на лекциях не заливает? А то была у меня одна преподавательница методики, на лекциях биополя присутствующих пыталась считывать. И крутила над нашими головами принесенные специально для этой цели две изогнутые палочки. И все бы ничего, студенты на многое готовы закрыть глаза, но цвет биополя очень влиял на ситуацию в зачетной книжке по ее предмету. Я вот лично не страдала, видно, цвет не подкачал, а многим туго приходилось. По три раза на пересдачу бегали, пока биополе не стабилизируется.

Цирк, короче говоря.

— И какие же позитивные эмоции я могу получить в ночном клубе?

— Как это, какие? — ужасно удивилась Вика, — ты что, не ходишь совсем развлекаться?

— Я не люблю этот вид отдыха. Не мое.

Ну не признаваться же мне, в самом деле, что весь мой опыт развлечений в основном ограничивается только походами в гей-клубы с Юриком? И да, там было весело. Но только потому, что не приставал никто.

Не сказать, что и в обычном клубе меня прямо сильно зажимали, но из двух моих походов, еще до появления Юрки, один закончился плачевно. Моим побегом в одних туфлях зимой по морозцу, и последующей оживленной гонкой по городу. С перепуганным насмерть таксистом, который, наверняка, сто раз пожалел о своем решении остановиться и довезти меня.

Веселые горячие гости с юга, которым я непонятно по какой причине тогда приглянулась, правда, быстро позастревали в наших сугробах низкими пузиками тонированных "приор" и остыли.

А вот я еще долго шарахалась от любых развлекательных заведений нашего города.

— А может, тебя Юрий не пускает? — прищурилась Вика. — Ревнует?

— Да было бы кого…

— Ну тогда я совсем не понимаю. Мы идем в компании, пять человек, просто посидим, поболтаем. Что ты как чужая? Надо же вливаться!

В принципе, да… Надо бы. А то уже больше месяца прошло, как работаю, а все смотрят, сверлят взглядами, оценивают. А так, может, дружеские отношения укреплю с молодыми коллегами.

— Ладно, я подумаю, конечно…

— Вот и договорились, — обрадовалась Вика. — Юру не бери, у нас девичник!

— Хорошо.

Раздумывая, когда это я уже успела договориться, ведь сказала только про подумаю, я попрощалась с чересчур активной коллегой и пошла на пары.

У меня сегодня вечерние лекции у выпускников. Будем говорить про Пастернака.

Я улыбнулась, предвкушая лекцию.

За прошедшие две с половиной недели, мне удалось наладить работу со старшекурсниками. Не знаю, что было тому причиной, я пыталась анализировать, но пока что формулу окончательную не вывела.

Я, конечно, старалась следовать своему принципу и делать занятия интересными, но в то же время понимала, что прыгать без конца, как иллюзионист, показывая все новые и новые фокусы, не буду. Это неправильно и глупо.

Формат работы должен меняться, лекции, семинары, практикумы — все может быть интересным. Как и любой из писателей. Главное, найти ключ.

Как там в старом фильме, который я очень любила когда-то, "Ключ без права передачи". Только там про школьников. Но и к студентам применимо.

Но, я думаю, что больше, чем сам материал, моих студентов привлекала не подача, а искренность. Я любила свой предмет, горела им, и, наверно, этот огонь как-то им передавался. По крайней мере, я с некоторых пор каждый раз радовалась, идя на пары к старшекурсникам.

Хотя, и огорчалась тоже.

Но это уже личное, это уже не имело отношения к работе.

После памятного инцидента в аудитории, когда два моих студента чуть было не подрались, деля меня (брррр… до сих пор в шоке), прошло две недели.

И за это время я не видела ни одного из них.

Шатров уехал на какие-то соревнования, зарабатывать очередное золото для университета. Дзагоев просто не ходил на занятия.

Наверно, я должна сказать, что сразу стало легче и спокойнее дышать, но, черт! Это было не так. Абсолютно не так!

Меня в первую очередь терзали муки совести, потому что, несмотря на то, что, вроде бы, повода не давала, но все равно считала себя виноватой в произошедшем.

Миллион раз я перебирала в памяти события, складывала, как паззлы, раскладывала и ломала, и, в итоге, пришла к выводу, что, скорее всего, я как-то не так себя изначально повела. Позволила. Дала надежду.

Не знаю, правда, чем.

Одевалась скромно, можно сказать, по-старушечьи. Прически носила скучные, волосы не распускала. Лицо не красила. Очки в пол лица… Туфли вот только на высоком каблуке носила, но здесь уж никуда не денешься. Мои сто шестьдесят диктуют условия.

Что могло стать для парней, таких разных, триггером?