Чтение онлайн

Болото опять затопит. Судя по темным-темным тучам, заполонившим все небо, в доме мы застряли надолго. Хотя, Ванична как-то говорила, что кикимора нигде не утонет: пойти что ли поплавать? Инстинкт самосохранения не позволил. Но вот усесться на чердаке – очень даже разрешил. Наверное, самому любопытно стало.

Стянув плед и построив себе гнездо в лучших традициях вороньего племени, я обосновалась у смотрового окошка, чтобы иметь возможность наблюдать, как крыльцо уходит под воду. Из дома же тем не менее не доносилось никаких звуков воды, словно и не заливало нас вовсе. Вот уже затопило сарай, Жабка довольно выбила створки и принялась скакать вокруг дома. Удивительно, но в сарай тоже не попало ни капли. Вода текла-текла, но огибала и не заполняла постройки кикимориного хозяйства. Хм, это поэтому маг хотел остаться именно здесь? Чтоб не утопнуть случайно в лесу, когда его дорогой коллега продолжит свои фокусы. Но вот же ж злыдень, а о людях он подумал?

Вспомнив, что село располагалось на холмах, я несколько приуныла. О людях-то он подумал, а вот о болотном моем племени – нет! И так обидно, так горько стало мне от этих соображений, что прямо гнев охватил. Чтоб этого мага самого так затапливало! Каждую ночь воду из дома вычерпывать будет.

На небе появилось внезапное прояснение, как ответ на мое недовольство. С четверть часа гроза утихла. Хм, ну ладно, пусть живет – сменила гнев на милость я. Ровно до того момента, как не выпала за порог, неудачно споткнувшись.

Принимайте. Кикимора, в грязи вываленная, – одна штука. Уникальный экземпляр кикиморы болотной. Обмену и возврату не подлежит. Мгновенное застывание обеспечивает плотность конструкции и удобству в эксплуатации: смахните пыль метелочкой и не переживайте – ваша кикимора сохранит свой товарный вид еще долго.

Заползать в дом было сложно. Глина, из-за мгновенно улучшившейся погоды, застывала стремительно, нисколько не жалея бедную маленькую меня. Поищем положительное – грязевые ванны вообще полезны, а вот глиняные маски на лицо… да, это был акт омоложения, а не глупость. Именно так мы всем и скажем.

До ванной-бани доползала как ржавый робот, весело кряхтя и скрипя суставами.

Отмывалась прямо там, в уголочке, где имелся сток. О, как я была рада этому обстоятельству, ибо глина отмывалась неохотно, да и двигаться едва-едва позволяла… В общем, если бы пришлось тащить воду еще куда-то – я бы не донесла. Просто застыла бы по дороге памятником самой себе.

Отмывшись, я обнаружила, что осталась дома одна. Альтар с Георгом куда-то ушли, даже не предупредив меня. Ну что ж, пусть сами страдают. У меня ведь теперь есть деньги, а значит – шопинг можно считать открытым.

Увы, меня ждало глубокое разочарование, стоившее мне к тому же ни много ни мало трех часов времени в пути и еще часа отмывания обуви. Смотреть на подол сарафана мне вообще страшно было. Только одно радовало: к моему приходу уже был готов ужин. Не знаю, почему Альтар так разоряется, но меня тоже покормили. Чего-то хочет? Отлично, посмотрим, сколько он сможет предложить.

Но он не предлагал. Медленно тянулось время моего одиночества, а никаких предложений не поступало. Маг с Георгом каждое утро уходил куда-то на болота, а вечером возвращался и готовил ужин. Опять-таки на всех троих. На последний день, когда Альтар должен был уже уехать, прихватив с собой прохвоста, я не выдержала и пошла с ними, чтобы поиздеваться… чтобы вдохновить их на подвиги!

В качестве моральной поддержки (мне!) была призвана Жабка, которая с радостью вняла роли бравого солдата и гордо вышагивала по тропинке, оставляя на ней огромные следы своих лап и громко квакая от переполнявших ее чувств.

Двух наших кладоискателей мы нашли спустя час спора между кикимориной логикой и жабьим чутьем. Как не прискорбно сообщать, но победила логика кикиморы, отчего Жабка приуныла и начала недовольно сопеть (не знаю, возможно ли такое!) и взбрыкивать, желая поучить манерам интеллигентно усмехающуюся, отчего кусты тряслись, наездницу. И да, я впервые поездила на Жабке. Прикольно! Главное вцепиться покрепче и молиться всем богам, чтоб не слететь в полете, иначе… Нда, проломленный череп никогда не был верхом эстетизма! Впрочем, катание на Жабах тоже нельзя назвать проявлением разума, но оставим грустно в стороне.

Два археолога-кладоискателя стояли посреди болота и с маниакальным упорством пялились в его глубины, словно пытаясь разглядеть там тайны Вселенной. Конечно, если тайны Вселенной и можно разглядеть без особых приспособлений, то никак уж не на болоте. По крайней мере, будь я вселенской тайной, нашла бы место посимпатичнее и потеплее, без лишнего народонаселения и прочих гадов всех мастей. Но вернемся к нашим магам.

Эти два субъекта стояли и пялились в самый центр болота, даже не замечая, как недовольное вмешательством, оно втягивает их в свои недра, желая наказать смутьянов. И все бы у него получилось, если бы, увы, не мое пришествие. Не заметить Жабку смог бы разве что глухо и слепой, да еще и начисто лишенный разума, раз уж полез на болото! Слепыми и глухими маги не были, а потому, услыхав недовольный Жабкин квак, спохватились и начали выбираться на устойчивую землю.

– Как идут поиски? – невзначай поинтересовалась я, слезая с Жабки. Проникнувшись важностью момента, она даже плюхнулась на брюшко, чтобы мне было сподручнее слазить.

Судя по суровым лицам, поиски продвигались не так успешно, как хотелось бы Георгу. Альтару же, казалось, было все равно. Он думал о чем-то своем, что было подозрительно, учитывая его якобы заинтересованность в поисках. А еще он странно смотрел на меня. И кормил пирогом каждый вечер. Заговор?

– Продвигаются! – недовольно бросил Георг, снял ботинки и начал выливать из них вонючую жижу. Бр…

– Продуктивно? – намекая на болотный продукт в его обуви, спросила я.

– Очень, – самодовольно похвалился Георг. – Мы уже обследовали две трети болот. Артефакта нигде не выявлено, что сужает наш круг поисков.

– А если не успеете? – резонно поинтересовалась.

– Значит, вернусь на каникулах, – судя по гримасе, на миг исказившей лицо Георга, возвращаться сюда он больше не хотел ни за какие коврижки, но кто поспорит с начальством – огребет еще больше.

– Наверное, – протянула я, больше внимания уделяя Альтару. Маг не стал жертвой болотный тины. Его сапоги хоть и потеряли несколько товарный вид, оказались слишком высоки, чтобы болото смогло разыграться и пометить путешественника своим фирменным, непередаваемым ароматом тухлой воды. – А ваши поиски как продвигаются?

Альтар дернулся, после успокоился и с прищуром воззрился на меня. Я бы наверное испугалась, но кикиморы ничего не боятся, а такие как Данька, совсем свихнувшиеся то есть, и вовсе тяжелая артиллерия. Маг тем временем на чем-то сосредоточился, пробормотал себе под нос какую-то малопонятную тарабарщину и цепко взглянул на меня. Я взглянула на него, стараясь сделать большие, как в аниме, глаза, показывая всю-всю степень изумления. Такого явного непочтения к своем особе темноволосый не ожидал: подавился и… махнул на меня рукой. Ах, так, ну вот опять! Забил он на меня! А как же пламенные речи, горящие взгляды, патетика и пафос на благо родного болота? Вот никакого понятия нет о том. Как на массы влиять. Хотя пирог он делает вкусный. Мдя.

– Нет, это не можешь быть ты, – себе под нос проговорил маг и помрачнел, едва понял, что ушки кикиморы всегда на макушке и готовы слушать про себя все до мельчайших подробностей. А уж в таком интересном контексте…

– Почему не могу? – возмутилась я, порывисто дыша для большего эффекта. Пусть знает, как сильно я негодую! Хотя если он про портреты с надписью «Их разыскивает городская стража», то неееет, конечно не я, как он мог подумать!

– Слишком привычная к окружающей среде, – недовольно ответил Альтар.