Чтение онлайн

Я зажала рот ладонями, чтобы не закричать.

На кого же мы нарвались?

– На землю. Быстро, - скомандовал Серый, и как только я легла животом на сухие иглы и мох, наемники открыли огонь, автоматные очереди прошили темноту огненными вспышками.

В ответ раздались редкие хлопки, а когда стрельба стихла, протяжное и жалобное:

– Ве-е-е-прь, меня подстрелили. Суки меня подстрелили.

– Бежим, - скомандовал Серый, рывком поднял меня на ноги, и мы помчались сквозь ночной лес, я едва успевала уворачиваться от выныривавших из темноты деревьев. Глаза привыкли к мраку, и я начала различать силуэты в скупом свете звезд и месяца.

В боку закололо, дыхание вырывалось из груди рваными хрипами, но я старалась не отставать от наемников, державшихся рядом. Нас преследовали, за спиной слышался треск ломаемых деревьев.

– Не стрелять, - прорычал сиплый голос за спиной, - в бабу попадешь, нам тогда Бес яйца отрежет. Загоняй из к болоту!

– Направо! – Скомандовал Серый, но справа раздались выстрелы. Наемник выпустил в темноту очередь, но звука падения или стонов не было слышно.

В темноте сверкнул экран планшета.

– Суки, реально к болоту гонят, - проскрежетал Серый.

Снова раздались выстрелы, едва мы взяли чуть вправо, и второй наемник упал, как подкошенный.

– Не останавливайтесь! – Серый схватил меня за локоть и потянул прочь, а его напарник остался лежать на земле, лицом вниз.

На слезы и всхлипы не оставалось ни времени, ни сил. Я побежала дальше, но с каждым шагом все чаще спотыкалась и если бы Серый меня не поддерживал, то давно просто рухнула на землю.

– Блядь! – Проревел он, когда мы оба вбежали в вязко хлюпнувшую под ногами жижу. Едва не стащившую с меня ботинок, пока мы выбирались на твердую землю. Болото, дальше идти – самоубийство.

– Туда! – Скомандовал Серый и мы побежали вдоль болота.

Вокруг начало сереть, наступал рассвет и я различила тропинку огибавшую болото и уходившую дальше в лес. Преследователи не отставали, брали нас в плотное кольцо, все теснее прижимая к трясине, притаившейся под ряской и черной водой.

– Найдите палку и попробуйте перейти, я задержу этих, - Серый остановился, беря на мушку подходивших все ближе мужчин в рубахах-косоворотках, сапогах и лаптях. Они словно сбежали с реконструкции жизни в древней Руси или деревни старообрядцев.

Вот только рожи у всех больше напоминали арестантские. Обветренные, красные в шрамах и волчьим блеском в глазах. Их было человек пятнадцать, не меньше. Даже если Серому удастся убить нескольких, остальные нас схватят.

– Эй, служивый, отвали, нам только баба нужна, к тебе мы без претензий, - вперед вышел тощий мужик в засаленной кепке, - иди, куда хош, но бабу нам отдай.

– Палку, длинную, - напомнил Серый мне, прицеливаясь.

– Зря ты так, паря… - мужик махнул рукой и к нам начали подступать.

– Беги! – Закричал наемник и открыл огонь, выкосив очередью четверых мужчин, перекрывавших тропинку, ведущую от болота.

Я кинулась к ней. Стрельба не смолкала, но теперь отвечали и нападавшие.

Не оборачивалась, бежала, из последних сил, на грани возможностей.

За спиной раздавались тяжелые шаги, меня нагоняли. Еще немного и схватят. Совсем рассвело, солнце вставало на горизонте, окрашивая лес багрянцем.

Сердце забилось чаще, впереди среди деревьев показался просвет.

Дорога!

Если повезет, то не грунтовка, а шоссе. Я всхлипнула и из последних сил рванула к просвету.

Прохрипела:

– Помогите, - конечно, никто меня не услышал, но я повторила уже тише, - помогите.

За спиной снова раздалась стрельба. Я споткнулась от неожиданности и упала, растянулась на скользких иглах.

Стрельба стала плотнее, и я вжалась в землю, молясь, чтобы в меня не попали.

– Инга! Цела?! – Раздался надо мной голос Данте. Он рухнул рядом со мной на колени, рывком притянул к себе и принялся осматривать, нет ли на мне ран, - не задели? Черт, малыш, ответь. Не ранена?

Говорить не могла, рыдания перехватили горло, и я обняла его, вцепилась в плечи и поцеловала. Живой! Пережитый только что ужас разбился об одну единственную мысль.

Живой!

Данте взял меня за плечи и осторожно отстранился. Я не понимала почему, неужели он не рад меня видеть? Но тут я заметила движение вокруг, посмотрела по сторонам. Люди Данте добивали нападавших, а среди них стояли Ромка и Макар. Жених с презрением смотрел, как я тянусь к Данте, обнимаю его. Он видел, как я поцеловала его.

Глава 20

Глава 20

– Рома… Макар… - просто не знала, что еще сказать, поднялась с колен и смотрела на них. Отощавших, грязных, с взлохмаченными волосами, в порванной одежде с пятнами засохшей крови. Они словно через ад прошли, а судя по шальным, глубоко запавшим глазам, так из него и не вышли.

Обнять, быстрее расцеловать в обе щеки и не отпускать, больше никогда не отпускать.

Подбежала к брату, бросилась ему на шею, звонко поцеловала в заросшую бородой щеку, Ромка не обнял в ответ. Пусть, понятно ему очнуться надо, поесть, в себя прийти. Снова живым себя почувствовать. Потянулась к Макару, но он выставил вперед ладонь и покачал головой, ни слова не сказал, обошел меня и пошел к дороге, видневшейся за деревьями.

– Я надеялся, что нас спасут, но знал бы, что ты писькой своей за нашу свободу расплачиваться станешь, лучше бы сдох, - зло процедил Ромка, - вернемся домой, я соберу вещи и съеду, не хочу с шалавой под одной крышей жить.

Брат сплюнул себе под ноги и пошел за Макаром.

Оглянулась украдкой, боясь, что кто-нибудь услышал его. Но все были заняты делом. Наемники складывали тела нападавших у болота, Данте вышел на дорогу и встречал подъезжавшие внедорожники.

Я стояла, как оплеванная. И возразить нечего было, Ромка же правду сказал. Я себя, как шалава повела, оплатила услуги Данте своим телом. И не отмыться теперь от этого, грязь внутри въелась в сердце и душу. Это навсегда со мной останется, и когда Данте наиграется тоже.

Вытерла слезы, закрыла глаза и подставила лицо лесному ветру. Я прекрасно знала на что шла. Теперь придется с этим жить. Пусть ненавидят и презирают. Живы оба – это важно, а я как-нибудь стерплю. Выдержу. Дедушка говорил, что среди Аркадьевых слабаков нет. И я не слабачка. А сердце и душа… не нужны они мне, это девочкам невинным, о любви мечтающим, они важны, а продажным девкам без надобности.

Выдержу. Все выдержу.

Внутри звенящая пустота царила, когда к машинам шла. Надежда оправдалась и тоже меня покинула. Цель достигнута, а новые мне ни к чему.