Любовь дьявола
Шрифт:
— Уже иду, Дуглас.
Лучшие друзья Рафаэля Ив и Колин прикрыли его отход.
Разгоряченный сражением Рафаэль не замечал, как кровоточат раны на груди и руке.
Джейк лежал на плаще герцога у королевского шатра, лицо его было мертвенно бледным, глаза прикрыты. Герцог был рядом, Рафаэль встал на колени, нагнувшись к самому лицу графа.
— Джейк, это я Рафаэль, слушаю тебя.
Джейк собрал последние силы и прошептал.
— Я ухожу, Рафаэль. Моя дочь и жена остаются с тобой, никогда не бросай их. Ты будешь моей малышке и брат и отец. Прощай. Маргарет, любовь моя, как я мечтал снова увидеть тебя… — слова застыли на его похолодевших губах.
Дуглас не мог спокойно наблюдать за прощанием Джейка с Рафаэлем. Его черная душа бесновалась, он не привлекая внимания, ускользнул в свою палатку.
— Ну почему? Почему, именно Джейк, а не Рафаэль попал в этот водоворот и погиб? — сокрушался Дуглас.
Глаза его горели в яростной злобе, он метался по палатке и крушил все, что ему попадалось под руки.
— Столь искусно сплетенный мною план, провалился. Ублюдок остался жив! Сколько унижений и труда стоило мне, чтобы склонить этого негодяя Энтони, брата короля, вступить со мной в сговор, теперь он трусливо удирает, считая, что я предал его в последний момент. Идиот, тебе никогда не узнать правды и не уйти живым, я позабочусь об этом.
Дуглас сжал кулаки и расхохотался.
— Зрялелеешь надежду, Энтони, предать меня Рафаэлю. В плен он никого не берет, а мы, его друзья, помогаем ему в этом. Чем меньше разговариваешь с пленными, тем легче их убивать. Спланировать и управлять таким дьяволом, как Рафаэль невозможно, он не предсказуем, меняет все на ходу и выходит сухим из воды. Ну, что же придется с ним повозиться.
Безумные глаза Дугласа горели жаждой убийства.
— Это не мой старший брат Жобер, глупый дурак, явился на свою смерть как овца на заклание. А какие он сделал круглые глаза, когда увидел, что это сделал я.
Дуглас снова раскатисто захохотал.
— Но ему не пришлось напрягать свои куриные мозги вопрос так и застрял в его глотке. Он был моим последним препятствием по мужской линии унаследовать титул герцога Раштона после его смерти, а смерть его было очень легко ускорить. Откуда свалился этот ублюдок на мою голову. С ним гораздо сложнее, но я не отступлюсь, я еще увижу его, как у Жобера, круглые глаза. — Безумный смех огласил палатку.
Тело сопровождали до родового замка Диккенсов старший зять герцога Эверс Крэйгтон и Горден. Под проливным дождем Эверс поскакал в свой замок сообщить Изабелле страшную новость и вернуться вместе с ней на похороны.
Горден и безутешная в своем горе Маргарет, так и не дождались их. И на следующий день Эверс не появился. Нехорошее предчувствие закралось в душу Гордена. Он заверил Маргарет, что все выяснит и помчался в замок Эверса. Дорога была скользкой и размытой. Противный дождь хлестал в глаза. На крутом повороте Горден чуть не сорвался в обрыв, с трудом удержав своего скакуна. Он спешился и заметил сломанный кустарник. Подойдя ближе к обрыву, увидел то, что боялся себе даже представить. Разбитая в пух и прах карета герцога Эверса.
Несколькими днями позже, чем было рассчитано, Горден вернулся в лагерь поздно ночью. Он без труда разыскал Рафаэля. Рафаэль никогда не спал в королевском шатре, все тяготы войны делил со своими воинами, в любую погоду спал с ними на голой земле. А если воины были голодны, можно было не сомневаться, голоден был и он. За такую преданность и отвагу воины любили и уважали его. Друзья ценили его дружбу превыше всего, и он отвечал тем же.
— Рафаэль, — тихо позвал Горден.
— Наконец-то вы вернулись, мы с дедом заждались.
— Вся беда в том, что вернулся я один.
— Почему?
— Герцог Эверс Крэйгтон и его жена разбились, карета сорвалась в обрыв. Господи! Что я скажу вашему деду? — сокрушался Горден.
Рафаэль был ошеломлен услышанным, сердце болезненно заныло.
— Нет. Не может быть, — прошептал он.
— Может и уже случилось, — утверждал Горден, — потерять сразу троих это слишком сильный удар для герцога.
— Я не знаю, — сказал Рафаэль. — Как он это воспримет? Хорошо, что они не взяли с собой Филиппа.
После некоторой паузы Рафаэль проговорил.
— Утром скажем ему. Сейчас, пусть отдохнет после тяжелого дня. Враг отброшен, не многим удалось уйти, но борьба не закончена. Завтра король возвращается с частью войск. Хочу, чтобы и герцог вернулся с ним, дома он нужен больше чем здесь. Там Филипп, Маргарет и малышка Клэр, он им необходим. Я же должен остаться здесь, сформировать отряды и закончить дело. Вернуть королю украденное и сделать так, чтобы никто больше не хотел воевать с нами.
— Это очень опасно, Рафаэль, — волновался Горден.
— Знаю. Разве я жил когда нибудь в безопасности? Это необходимость, раз и навсегда усадить короля на его трон.
— Я все понимаю, — ответил Горден, — король этого от тебя и ждал. Но надо быть осторожным. Ты же лезешь во все опасные места, не зря прозвали тебя «Черным дьяволом».
— Ты хочешь, чтобы я прятался за спины других? — возмутился Рафаэль.
— Я этого не говорил! — огрызнулся Горден.
Горден выглядел таким расстроенным и уставшим, что Рафаэль сразу смягчился.
— Ну, хорошо. Я буду осторожен.
Горден пробурчал себе что-то под нос. Рафаэль улыбнулся.
— Ты устал. Поезжай вместе с герцогом домой, — продолжал разговор Рафаэль.
— Что! — вскричал Горден. — Оставить тебя одного. Никогда. Забудь даже думать об этом.
— Уже забыл и рад, что ты останешься. Светает, пора.
Они прошли в королевский шатер. Рафаэль тихо подошел к походной кровати герцога и тронул его за плечо.
— Я не сплю, мой мальчик, — произнес герцог, — не хватает смелости спросить тебя, зачем пришел.
— Вернулся Горден, — ответил Рафаэль, — вам надо взять себя в руки и выслушать его.
— Не шепчи, Горден, говори вслух, я хочу знать, что случилось. — Произнес король, поднимаясь с кровати.
Рассказ Гордена был страшен. Король обнял своего друга. Герцог был бледен, по щекам катились слезы. Горе навалилось на него как глыба.
— Ты не один, — сказал король, — с тобой твои внуки. Ты должен быть сильным для них.
— Возвращайтесь домой, дедушка, Филипп и Маргарет с дочкой ждут вас.