Чтение онлайн

Отличительная особенность положительных эмоций — это то, что они держат нас в настоящем, а это самое лучшее время потому, что только в нем происходит единение души и тела, тогда как отрицательные эмоции уводят душу в прошлое или в будущее (страх — в будущее, депрессия — в прошлое).

Интересно, что связь любви и отрицательных переживаний закреплена в этимологии слов, обозначающих сильные эмоции. Так, слово «страсть» обозначает во многих языках одновременно и чувство любви, и страдание. Любовь и смерть, любовь и опасность сосуществуют на страницах многих шедевров мировой литературы. Например, любовь Ромео и Джульетты разворачивается в обстановке смертельной опасности, вызванной враждой Монтекки и Капулетти.

Именно недоступность Джульетты, принадлежащей к враждебному клану, многократно увеличивает ее ценность и значимость в глазах Ромео.

Жизненность описанной Шекспиром ситуации была недавно подтверждена зарубежными психологами, которые обнаружили, что противодействие родителей общению молодых людей со своими избранниками является фактором, способствующим романтической любви. Правда, эти же психологи установили и обратную сторону психологического «эффекта Ромео и Джульетты» — через какое-то время (от нескольких недель до нескольких месяцев) инициированные таким «внешним» образом чувства затухают или даже сменяются на противоположные.

Давно известно, что подлинная любовь возникает тогда, когда любить нельзя, и развивается, преодолевая различные препятствия. Вся мировая литература построена на описании этого конфликта — от любви Тристана и Изольды до романа Юрия Живаго с Ларой. Но что есть литература, как не отражение жизни? Любовь свой накал приобретает только в жестокой борьбе с внешними обстоятельствами. Борьбе, на которую отваживаются только самые мужественные. Поэтому именно трагическая любовь оказывается самой страстной, глубокой и сильной. Такова уж психология любви: чем больше препятствий встает на ее пути — тем могущественней ее внутренняя сила, страстная напряженность и безумная тоска от ощущения несбыточности надежд. Легко и счастливо текущая любовь никогда не сравнится по своей напряженности с трагической любовью. Недаром Шекспир восклицал: «Скажите, где, когда была счастливой настоящая любовь?»

Указанную особенность психологии любви прекрасно понимал Фрейд, обращавший внимание в своей работе по психологии сексуальности на то, что «психическая ценность любовной потребности понижается тотчас же, как только удовлетворение становится слишком доступным. Чтобы увеличить возбуждение либидо, необходимо препятствие, и там, где естественные сопротивления удовлетворению оказываются недостаточными, там люди всех времен создавали условные препятствия, чтобы быть в состоянии наслаждаться любовью… Это относится как и к отдельным индивидам, так и к народам. Во времена, когда удовлетворение любви не встречало затруднений, как, например, в период падения античной культуры, любовь была обесценена, жизнь пуста».

Психологи Д. Даттон и А. Арон установили в своем эксперименте, что у испытуемых молодых людей девушка, предлагавшая им ответить на вопросы теста, вызывала больше симпатии, когда они находились на висячем мосту над пропастью, чем когда опросник заполнялся на обычном, железобетонном мосту. Чувство страха, возбуждение, связанное с опасностью, которая могла быть истолкована как смертельная, стимулировали у молодых мужчин романтический или эротический интерес к девушке. Поэтому опытная женщина для того, чтобы вызвать у мужчины повышенное внимание к себе, сама создает искусственные трудности, преодоление которых связано с опасностью. Умоляет спасти, требует штурмовать неприступные вершины, что является обязательным условием завоевания ее сердца (распространенная ситуация: «Ой, я забыла ключ, какой ужас, не заберетесь ли вы по балконам на третий этаж?»).

Об этом хорошо пишет болгарский философ Кирилл Василев: «…при отсутствии в любовной ситуации препятствий, создающих определенную противодействующую силу, их следует нарочно придумать. Таким образом естественное напряжение воли придает большую ценность чувствам, ускоряет их внутреннюю пульсацию, оставляет более глубокий след (воспоминания) в сознании любящих».

Этот закон любви хорошо знал римский поэт Овидий.

А если нет необходимости бороться и нет возможности совершить подвиг? Ну что ж, у мужчины всегда остается много возможностей удивить женщину, поразить ее если не подвигом, то рассказом о подвигах уже совершенных.

Женщины, знайте — позерство и хвастовство у мужчин в крови, вне зависимости от их возраста и интеллекта. Допустим, ваш аспирант прожужжал вам все уши о том, на грани какого великого открытия он находится. Поддержите его, даже если до сих пор не поняли, чем же он все-таки занимается в своей лаборатории. Скажите, что вы всегда верили в его талант, да что там талант — в его гений! Вы ничем не рискуете. Во-первых, будет удовлетворено его самолюбие, во-вторых, он приготовит обед, от которого вы пальчики оближете, в-третьих — чем черт не шутит? — может, он действительно откроет что-то такое, чего еще никто не знал.

А если вы перебьете его на полуслове, вы:

а) испортите ему настроение;

б) испортите настроение себе;

в) обед придется готовить самой и, наконец,

г) подорвете его веру в себя.

Закон комплементарности: мужчине нужна муза, какая ни есть, а своя.

Но если мужчина жаждет, чтобы окружающие восхищались его ловкостью, силой, мужеством и деньгами, которые он зарабатывает, то женщине необходимо, чтобы в ней ценили ее красоту (в сущности, качество обманчивое, как мы уже писали, и преходящее).

Мужчина, которому не лень изо дня в день на протяжении двадцати лет повторять: «Господи, как ты прекрасна!», может чувствовать себя в полной безопасности: его не заставят мыть посуду, сбегать лишний раз в магазин и выложить на стол всю зарплату; напротив, из зарплаты, оказавшейся на столе, ему дополнительно перепадет некая сумма — ведь настоящий мужчина должен быть всегда при деньгах, мало ли что может случиться! А женщина, обделенная вниманием к ее внешности, пусть даже формальным, очень скоро превратится в мегеру: станет ворчать, жаловаться на свои многочисленные болячки, существующие и несуществующие, ныть и, в конце концов, насмерть запилит мужчину.

Всем нам нужны зрители, всем нам нужны слушатели.

Отношение мужчины к женщине в значительной степени определяется желанием «привести в шоковое состояние», удивить, вызвать немой восторг, изумление. Отношение женщины к мужчине в значительной степени определяется желанием не столько восторгаться, сколько восторгать. А если между ней и мужчиной сложились нормальные отношения, она с удовольствием позволит себя удивлять, изумлять, приводить в шок.

Как видим, противоположные полы нуждаются друг в друге, чтобы составить гармоническое целое.

Попробуем установить, обретает ли абстрактное понятие «любовь» какую-нибудь объективную психологическую реальность, отличается ли совокупность связанных с ним чувств и моделей поведения от тех, которые ассоциируются с другими понятиями (с сексом, симпатией, привязанностью, влюбленностью, дружбой), и обладает ли это особое состояние чувств достаточной конкретностью и определенностью.

Каждый из нас, анализируя свои ощущения и внутренние переживания, способен отличить любовь от сексуальных отношений, с одной стороны, и от дружбы — с другой. С любовными переживаниями связаны наши вполне определенные ощущения, принадлежность которых именно к любви обычно ни у кого из их носителей не вызывает сомнений. Так, проанализировав описания 240 опрошенных, психологи супруги Дайон пришли к выводу, что в набор, связанных с любовью переживаний, входят эйфория, депрессивные ощущения, склонность к фантазиям, нарушения сна, общее возбуждение и трудности в концентрации внимания.