Любовь и ненависть между нами
Шрифт:
Надо подниматься и пусть медленно, но двигаться дальше, по моим подсчётам я уже где-то поблизости от «Золотого руна». Только как осилить хотя бы один-единственный шаг, если завывания ветра в буквальном смысле сбивают с ног, а из-за темноты и ливня стеной ничего не видно от слова совсем.
Боже мой, неужели я вот так, прямо здесь, в обнимку с деревом сдохну?!
Среди оглушительного грохота непогоды мне показалось, что где-то раздался человеческий голос. Наверняка почудилось, никто в здравом уме здесь не может бродить и уж тем более кричать.
А что, если это спасатели? Вдруг водитель УАЗа предупредил кого-то из «Золотого руна», что я к ним направляюсь пешком, а этот кто-то так и не дождавшись меня, поднял тревогу? Разумеется, этот кто-то, кто угодно, но только не Тимур, если бы он меня не дождался, то не то что тревогу не поднял, он бы ещё и двери в гостиницу наглухо замкнул, чтобы я, даже если доползла до укрытия, в него точно не попала и на крыльце окочурилась. Сволочь.
— Помогите, — прохрипела я, как ни старалась, крикнуть не получилось.
Как ни странно, но на мой стон отозвались, причём даже показалось как будто выкрикнули моё имя.
— Я здесь! — осознание того, что неподалёку есть живая душа, готовая помочь, придало сил, и на этот раз я заорала уже во всё горло.
— Лера! — откуда донёсся голос, так и не поняла, но человек явно приблизился, ведь тут я уже отчётливо услышала своё имя.
— Помогите, — вновь взмолилась я, а когда сквозь темноту прорвался луч фонаря, даже нашла в себе силы подняться с колен и замахала рукой. — Я здесь, здесь…
Через несколько мгновений высокая фигура в плаще с фонарём продралась ко мне сквозь заросли и почему-то обняла.
— Ты как?
— Очень холодно, — промямлила я и, прижавшись к тёплому телу, заплакала. — Спасибо, что меня нашли, я думала, что всё, здесь и умру.
Мужчина, чтобы согреть, обнял меня ещё крепче и к себе прижал ещё теснее, но сразу после этого зло проворчал:
— Прибить тебя мало. Если бы Арсен не позвонил и не сказал, что ты попёрлась пешком, завтра спасатели упаковывали бы твоё тело в пластиковый пакет. У тебя кроме амбиций и дури в голове ещё хоть что-нибудь есть?!
До этого момента личность моего спасителя была для меня чем-то абстрактным, ливень бил в глаза и ничегошеньки не разглядишь, ураган гремел и некоторые слова приходилось по смыслу угадывать, но сейчас я не только расслышала фразу, но и голос узнала.
Тимур!
Тот, по чьей милости и замыслу я здесь оказалась.
Аж раздирает, как хочется выдать Калинину с десяток лещей, да таких щедрых, чтобы отпечатки моих ладоней с его щёк недели две не сходили, но увы и ах — не судьба. Во-первых, я сейчас от этого подлого гада в полной зависимости, кто ему помешает оскорбиться, бросить меня здесь и уйти, а во-вторых, чтобы дать пощёчину, надо как следует замахнуться, а я от окоченения практически не чувствую рук.
— А чего ты рычишь? — вынужденно прижимаясь к груди Калинина, огрызнулась я. — Сам же придумал для меня этот квест и успешно воплотил в жизнь. По идее должен радостно прыгать, а ты скалишь зубы. Или расстроился, что с поисками поторопился, я сдохнуть тут не успела?
— Я бы на твоём месте язык-то прикусил, а то сейчас наговоришь на новый квест, — пригрозил Тимур, достал откуда-то, наверное, из кармана второй плащ, натянул на меня и скомандовал. — Поднимаемся и в темпе, пока дорогу окончательно не размыло.
Хоть Калинин и старался двигаться не по дороге, а по менее скользкой траве, каждые десять шагов я пыталась упасть, если бы Тимур не страховал, раз за разом успевая поймать меня и удержать на ногах, наверняка всё бы уже себе переломала.
— Ты это специально делаешь или как? — рявкнул мужчина, когда я опять наступила на особо жидкую глину и моя нога снова поехала в сторону.
— Конечно, специально, ведь смысл моей жизни в том, чтобы тебе насолить и плевать, что при этом я рискую на пузе скатиться с этой весёлой горочки.
Калинин что-то прорычал, что конкретно не расслышала, но оно и к лучшему, нутром чую, он меня не хвалил, потом одним слитным движением перекинул меня через плечо и дальше он пошёл, а я поехала вниз головой.
Необъятного размера капюшон, упавший на глаза, не позволял видеть обстановку вокруг, но когда, вместо чавкающих звуков, под ногами Тимура заскрипели доски и ливень резко перестал барабанной дробью колотить по макушке, я от предвкушения теплоты застонала, ведь мы со стопроцентной гарантией добрались до гостиницы.
— Приехали, — ворчливо сообщил Калинин, сгрузил меня на ноги и толкнул входную дверь. — Прошу, и не забывай, что ты в гостях.
Переступив порог, щурясь от яркого света, первым делом огляделась. Калинин привёл меня не в саму гостиницу, дом для неё слишком мал, это наверняка один из нескольких коттеджей, предназначенных для гостей, которые даже в таком отдалённом месте предпочитают максимальную изоляцию, а сейчас, пока гостиница ещё не достроена и не функционирует, его использует персонал.
— И что ты встала?! — Тимур возмущённо сверкнул глазами. — Снимай плащ, бегом на второй этаж, третья дверь налево и сразу дуй в ванную греться.
— Угу, — почему-то в тёплом помещении от озноба трясло куда сильней, поэтому очень медленно стянула с себя плащ, с трудом освободилась от небольшой сумки, что всё это время была перекинута через плечо и болталась сбоку и так, как будто мне сто пятьдесят лет, вся согнувшись и шаркая по полу ногами, поковыляла в сторону лестницы.
— За какие такие грехи мне вот всё это?! — раздражённо выдохнул Тимур за спиной, опять подхватил меня на руки, но уже, как говорится, по нормальному, я не свисала мокрой мочалкой с его плеча вниз головой, быстро поднялся по лестнице, сначала с пинка открыл одну дверь, затем вторую, потом прямо в одежде и обуви поставил меня в ванну, и через секунду мне на голову полилась горячая вода.
— Может, уже хватит пялиться, и пора выйти, — чувствуя себя ужасно глупо и в то же время наслаждаясь горячей водой, высказалась я. — Я тут как-нибудь сама без посторонней помощи справлюсь.
— Ну вот и хорошо, что сама справишься, — хмыкнул Калинин, развернулся и пошагал в сторону выхода. — Набери полную ванну и сиди в воде, пока в прямом смысле не превратишься в варёного рака. Заболеешь иначе. А когда прогреешься и обсохнешь, я приду и тебя придушу.
На угрозу убийства только скорчила Калинину рожицу, да и ту он не увидел. Нечего без особой нужды дёргать тигра за усы и ругаться, тем более если ты застряла с ним чёрт-те где, а вокруг не одной живой души, по крайней мере, мне именно так показалось.