Любовь и ненависть между нами
Шрифт:
— Лера, к чему это всё? Ты ведь неоднократно звонила в полицию и вызывала наряд, когда я приходил.
— Вызывать – вызывала, но, заметь, заявление ни разу не написала. Мне надо было, чтобы ты ушёл, а проблем я тебе не желала. Думаешь, мне было легко терпеть твои визиты. Знаешь, как тяжело прогонять человека, которого ты …, — сделала вид, что осеклась, резко умолкла и уповаю на воображение мужа: надеюсь, он сам додумает фразу и закончит её словом «любишь».
— Которого ты что? — повторил за мной Николай, полностью ко мне разворачиваясь.
— Да какая разница, это уже неважно, — прошептала я, опустив голову.
Вот так, с ходу, говорить ему о чувствах нельзя, признание он должен вытянуть из меня клещами, иначе не поверит.
Краем глаза замечаю, как Николай снова приложился к бутылке. Было бы хорошо, если бы выпил до дна. У него мозг уже туго соображает. Буквально физически ощущаю его внутреннюю борьбу: он хочет выдать желаемое за действительное, но пока сопротивляется.
— Согласен, наши чувства друг к другу уже не важны, — выдохнул Николай. — Ты спала с Калининым и одним этим перечеркнула всё хорошее, что у нас было.
Тимур — это очень, ну очень плохая и опасная тема, её нужно срочно менять, а то бывший удавит меня ещё до прихода Ангелины.
— Если Калинин таскался за мной, это ещё не означает, что ему хоть что-нибудь перепало. Коля, я была замужем не за кем-нибудь, а за тобой. После такого мужчины, как ты, я бы и близко не подпустила к себе кого-то вроде Калинина. Ты же знаешь меня, и в работе, и в личной жизни: если я подняла планку высоко, то уже никогда не опущу её ниже, — эмоционально высказалась я и слежу за реакцией.
Надеюсь, палку не перегнула. Ведь, как по мне, ни один человек в здравом уме не поверит, что кто-то может поставить Николая выше Тимура. Но мой бывший, во-первых — мужчина, а мужчины, вне зависимости от внешности и материального положения, часто уверены, что являются неотразимыми принцами, и, во-вторых, Николай — самой высшей пробы «Нарцисс», с раздутым чувством собственной значимости и великолепия.
Зря переживала, что переборщила, Николай после моего увесистого комплимента не только гордо расправил плечи и задрал нос, но и выглядеть стал важнее.
Как же меня тошнит от него, буквально выворачивает наизнанку.
— Не знаю, не знаю. Я видел Калинина под твоими окнами ночью, — всё же возразил Николай.
— А что ещё ему оставалась? Только бродить возле дома, ведь я его не приглашала к себе.
— Лера, все кругом говорили, что у тебя с ним роман, так что хорош заливать.
— Все — это кто? Твоя подружка Ангелина? Ведь так, я права?! Она ради того, чтобы попасть к тебе в постель, и не такое обо мне выдумает. Бессовестная дрянь, липнет тебе и меня не стесняется. Удавить её мало.
Похоже, роль ревнивой бывшей жены мне удалась, никогда ещё не видела Николая настолько счастливым.
— Да брось, чего так разошлась? Не было у нас ничего с Ангелиной. Успокойся, — с этими словами бывший коснулся моего плеча.
Резко дёрнулась в сторону.
— Подружку свою наглаживай, а меня нечего трогать.
— Лерочка, ну что за необоснованные обиды, — Николай притянул меня к себе, обнял и поцеловал в щёку. — Клянусь, я не спал с Гелей. Ты только посмотри, что этот жгут наделал с твоими руками, — заметив багровые борозды на моих запястьях, Николай резко сменил тему. — Давай, ослаблю, что ли. А, может, вообще снять?
— Наверное, лучше снять, — как самая безропотная овца из всех возможных пробормотала я и с самым жалобным видом заглянула Николаю в глаза.
— Да, надо снять, — согласился мой бывший и, похлопав себя по бокам, задумчиво произнёс. — Только чем?
Николай встал, осмотрелся вокруг, подобрал с пола жестяную банку из-под пива, не без усилий разломил её, а отломив от одной половинки узкий и заострённый кусок, он вставил его в застёжку пластикового жгута и освободил мои руки.
Несмотря на боль, растёрла запястья, чтобы разогнать кровь.
— Какого чёрта ты делаешь? — неожиданный женский вопль, заставил меня вздрогнуть.
Как же не вовремя вернулась Ангелина. Не могла эта змея ещё хотя бы десять минут погулять. Тогда, возможно, я бы успела додавить Николая.
— Не смей на меня орать, — взревел на подельницу мой бывший.
— А ты не веди себя как идиот, и орать не придётся, — зашипела в ответ женщина и указала на меня пальцем. — Ты зачем освободил ей руки?
— Если освободил, значит, так было надо. И выйди, мы с Лерой недоговорили.
— Нет уж. Мне и в прошлый раз не стоило оставлять вас одних. Так и знала, что эта потоскушка легко заморочит тебе голову.
— Я тебя предупреждал, чтобы ты Леру не оскорбляла? Предупреждал же. Теперь не обижайся, — Николай стремительно подошёл к Ангелине и наотмашь ударил её по лицу.
Заглушая рвущийся наружу всхлип, зажала рот руками и с ужасом смотрю, как Ангелина, отлетевшая в угол, пытается встать на ноги, но из-за сильного удара её координация нарушена, поэтому пока не может подняться.
— Впредь будешь следить за словами, — выплюнул Николай, мне даже в какой-то момент показалось, что он её сейчас пнёт, но этого не случилось, бывший муж обернулся ко мне и протянул руку. — Вставай, мы договорим в другом месте.
— Ты что, не понимаешь? Её уже нельзя отпускать, — прохрипела Ангелина, едва поднявшись на ноги. — При первой же возможности она на нас настучит. Всё, обратной дороги нет. Хочешь или нет, тебе придётся выбросить её из окна, как мы договаривались. Иначе оба окажемся за решёткой.
Они планировали выбросить меня из окна? От одной этой мысли сердце остановилось, а тело сковал дикий ужас. Я даже догадываюсь, кто решил воплотить в жизнь мой самый жуткий кошмар — Николай. Он знает, как я панически боюсь высоты, поэтому и выбрал именно этот способ убийства, чтобы не только лишить меня жизни, но и максимально помучить в последний раз.
Смотрю Николаю в глаза и вижу: слова Ангелины возымели действия, он над ними серьёзно задумался.
— Не дай ей нас разлучить, — собрав волю в кулак, спокойным тоном произнесла я. — Она ничего о наших чувствах не знает. Ей не понять, что мы друг без друга не сможем. Коля, представь лишь на секунду, что меня больше нет, и спроси себя: ты этого хочешь?