Чтение онлайн

— Ты со мной развелась, — прокричал мне в лицо Николай.

Я не знаю, чем бить эту карту, в голове пустота: собраться с мыслями мешает, развернувшаяся перед глазами картина, как бывший муж и Ангелина выталкивают меня из окна.

— Развелась, потому что ставлю твоё счастье выше своего. Мне не удалось стать для тебя хорошей женой. Я постоянно тебя огорчала, разочаровывала, заставляла нервничать, и тебе постоянно приходилось меня прощать. Сейчас я понимаю, стоило стараться больше и слушать каждое твоё слово, ты всегда был прав…

— Если купишься на это, то ты ещё больший кретин, чем я думала, — раздался голос Ангелины за спиной Николая.

— Повтори, тварь, что ты сказала? — поворачиваясь к женщине, с неприкрытой угрозой рявкнул Николай.

— Что слышал, придурок, — с насмешкой отозвалась Ангелина, и когда бывший муж чуть отодвинулся в сторону, я заметила в руках женщины пистолет. — За то, что ударил меня, тоже здесь сдохнешь. Но есть и плюс — останетесь вместе навечно, как и мечтали.

Никогда бы не подумала, что направленное на меня оружие, может вызвать столь сильный страх, не желая того, вся сжалась и крепко зажмурилась.

— Ты им хоть пользоваться-то умеешь? — услышала я голос Николая, потом быстрые шаги, возня, женские всхлипы и оглушительный звук выстрела.

Распахнув от ужаса глаза, я увидела лежащую на полу Ангелину; из-под её тела растекалась алым пятном кровь, а безжизненный взгляд был устремлён в потолок.

Нет, нет, нет… Это всё не может происходить на самом деле. Мне просто снится чертовски реалистичный кошмар. Зажмурилась, тряхнула головой и больно прикусила губу. Увы, но, когда открыла глаза, картина вокруг не изменилась. Бывший муж по-прежнему держал в руках пистолет, а на полу лежало неподвижное тело Ангелины.

— Нужно проверить пульс, вдруг она ещё жива, — я сильно сомневалась, что с такими остекленевшими глазами, как у Ангелины, человек может быть жив, но я ни врач и раньше не видела мёртвых, поэтому сочла своим долгом проверить и поспешила к женщине. Однако Николай крепко схватил меня за локоть и остановил.

— Нет, Лера, она мертва, ты ей уже ничем не поможешь, — вынес вердикт бывший муж холодным и безразличным тоном, лишённым всякого сожаления.

— Ты убил человека — прошептала я, только сейчас осознавая, что на моих глазах развернулась непоправимая и лишённая всякого смысла трагедия.

— У меня не было выбора. Это была самооборона. Я защищал не только себя, но и тебя. Лера, прекрати охать и причитать. Соберись. Нам ещё предстоит избавиться от трупа. Обернём тело во что-нибудь, у меня в машине есть плёнка и скотч. Дождёмся темноты, вынесем её отсюда, погрузим в багажник, а потом закопаем или утопим в реке. Если бросать в воду, понадобится груз. А вдруг всё равно всплывёт? Нет, закопать надёжнее, только нужна лопата.

— Она же не какой-то хомяк, — возмутилась я, поражаясь жестокости бывшего мужа. — Николай, закапывать человека где попало — бесчеловечно. К тому же у Ангелины есть сын и муж. Они имеют право знать, что её больше нет, чтобы не мучиться в безызвестности. У них должна быть возможность проститься с ней. Давай позвоним в полицию?! Сам же сказал: это была самооборона. Ты защищался, и я этому свидетель.

Николай бросил на меня полный раздражения взгляд.

— Ты просто не в себе. Раскинь мозгами. Посмотри на ситуацию глазами юриста. Превышение допустимого предела самообороны налицо. Я забрал у неё пистолет и мог уже не стрелять. Какой у неё вес, пятьдесят килограмм, чтобы она сделала против моих девяносто? Так что никаких ментов — они повесят на меня не только убийство, но и твоё похищение.

— С хорошим опытным адвокатом за превышение самообороны тебе дадут два года, да и то условно. Ни дня за решёткой не проведёшь. Не такая уж высокая плата за спокойствие и чистую совесть. А насчёт похищения я дам показания, что организовала его Ангелина, а ты меня спас, — пообещала я, успокаивающе поглаживая Николая по руке, лишь бы убедить его вызвать полицию. Чутьё подсказывает: только в этом случае мне удастся вырваться от бывшего мужа живой и невредимой.

— Лера, — муж положил мне на плечи ладони, крепко сжал и с силой встряхнул. — Не смей со мной спорить. Я сказал, мы никому не будем звонить, значит, не будем. А теперь, ты продемонстрируешь мне свою преданность и докажешь, что не предашь. Возьми пистолет и выстрели в тело Ангелины ещё раз, — Николай протянул мне оружие.

— Что? Нет! — ужаснулась я и дёрнулась в сторону.

— Ты это сделаешь, — бывший муж крепко меня схватил, развернул, прижался ко мне со спины и, вложив пистолет в руку, направил дуло на Ангелину. — Нажимай на курок.

— Нет, — надрывно крикнула я. — Коля, пожалуйста, не заставляй меня. Я не смогу жить с этим.

— Она мертва, ей уже нельзя навредить, — требовательно зарычал над ухом Николай. — Это нужно только для того, чтобы ты не смогла меня предать. Мне необходима гарантия твоей преданности.

— Не могу, — воплю я, паникуя и захлёбываясь в слезах.

— Ещё как можешь. Давай, — уже с угрозой орёт бывший муж.

— Ты больной урод. Я не буду стрелять. Отвали от меня, — взвыла я, ударила локтем по рёбрам Николая, его хватка ослабла, и мне удалось высвободиться.

— Так вот кто я для тебя — больной урод, — бывший муж хищно оскалился и направил оружие на меня. — Лживая дрянь говорила, как сильно меня любишь, лишь бы спасти свою шкуру. Подойди к окну.

— Нет, — мотнула я головой. — Стреляй, но к окну и близко не подойду.

Николай криво усмехнулся и, убрав пистолет за пояс, резко дёрнулся в мою сторону.

Я попыталась убежать, но после укола, из-за которого до сих пор чувствовала головокружение и слабость во всём теле, у меня не было и полшанса спастись от физически крепкого мужчины. Николай быстро меня догнал, грубо схватил за шею и заломил руку так, что я почти касалась головой пола, а затем в таком положении повёл к окну.

Сквозь мои стоны и рычание Николая я услышала где-то в отдалении топот и, не задумываясь правильно ли поступаю, закричала:

— Помогите, я здесь!

— Заткнись, — рявкнул Николай, и чтобы я немедленно замолчала, заставил меня выпрямиться и ударил по лицу.

От удара отлетела к стене, перед глазами всё плывёт, скула с правой стороны горит от боли, но сознание я не потеряла и пусть медленно и неуклюже, но ползу подальше от окна к дверному проёму.

Даже если Николай меня пристрелит, а он наверняка так и поступит: терять ему нечего, пуля в любом случае более милосердная смерть, чем падение из окна.

Дальше ситуация развевалась настолько стремительно, что я не поспевала за сменой событий. Видела и воспринимала всё какими-то отдельными короткими кадрами.

В помещение ворвались люди. Среди них я узнала только Тимура и Захара, лица остальных мужчин скрывались под масками. Они были одеты в чёрные костюмы и бронежилеты, на головах — защитные каски, в руках — оружие.

Потом раздался переполненный отчаяньем и злобой рёв Николая:

— Со мной кончено, но и ей не жить.

Тут же заметила, как в мою сторону с какой-то нечеловеческой скоростью ринулся Захар, в следующее мгновение он уже навалился на меня всем телом, и одновременно с этим друг за другом прогремели два выстрела.