Чтение онлайн

Крик проснувшегося Рема разорвал тишину комнаты и прокатился эхом.

— Мир-а-а-а! Н-е-т!

Николас и его друзья вскочили на ноги, услышав дикий крик Владыки.

— Где она? — Спросил Николас;

— Ушла на кухню;

Николаса прошиб холодный пот.

— Зак!

Друзья, вскочив на ноги, побежали. Картина, открывшаяся перед ними заставила их задохнуться от ужаса.

Ослепнув от ярости, Николас схватил взбешенного друга за горло и отшвырнул в сторону. Сай подхватил обмякшую Миру.

— Что ты творишь, животное? — прорычал Николас, вколачивая Зака в стену. — Там Рем орет от боли своей Госпожи! Всех нас погубить хочешь?

Зак рычит, трясясь как в лихорадке, балансируя на грани истерики, — Эта креландская тварь сделала его своим рабом! Удавить ее… — его вой разносится эхом по коридору…

Мира

К целителю меня отнес Сай. Через полчаса я вернулась к спящему Рему. В дальнем углу темнела чья-то фигура. Это Николас:

— Мира, я…

— Спокойной ночи Николас, — я ни о чем не хотела говорить, никого не хотела видеть, — Рем не узнает об этом прискорбном инциденте, не волнуйся…

Николас кивнул и молча вышел.

Я сделала несколько шагов и, почувствовав дрожь в коленях, ухватилась за стул. Меня тошнило. Казалось, меня вывернет наизнанку. Я попыталась сдержаться. Безуспешно… Стало легче. Легла в огромную кровать рядом с Ремом.

Последней моей мыслью перед тем как отключиться было, — «а ведь я так и не поела».

Я знаю, никакой моей вины

В том, что другие не пришли с войны,

В то, что они — кто старше, кто моложе —

Остались там, и не о том же речь,

Что я их мог, но не сумел сберечь,-

Речь не о том, но все же, все же, все же…

Зак

Он раб! Эта гадина его Госпожа. Руки трясуться от желания ее удавить.

Вспомнил, что почувствовал, когда увидел его, своего друга и господина на скале. Сердце подпрыгнуло от счастья. Рем! Живой! Вырвался! Сбежал!

Тучи разошлись и утреннее солнце весело осветило его ошейник. Сердце застыло. Перед глазами пошли разноцветные круги. В тот момент я ничего больше не видел. Только ошейник. Он раб! РАБ! Свершилось. Дрожащей рукой я нащупал стрелу за спиной. В голове стучал приказ Владыки: «ОСВОБОДИ!»

То, чего я боялся в течение всего этого года свершилось. От чего я не спал, каждую ночь, просыпаясь, крича от кошмаров. Я должен выполнить приказ. Пальцы одеревенели. Слезы текли из глаз — «ОСВОБОДИ».

Выстрел.

Жар у Рема еще больше усилился, он полусидел на высоких подушках, бледный до синевы, сухие, обветренные губы, бессильный.

— Рем, отмени приказ!

— Нет ты мне нужен. Это легкое решение — умереть. Помоги нам отомстить и вернуть Ардор, потом уходи. Приказ остается в силе.

Я стою на коленях около кровати Владыки. Знаю, что сзади стоят наши друзья. Что же мне такое сказать, чтобы убедить его. Рядом с Ремом сидит его отвратительная Госпожа. Недовольно смотрит на всех своими зелеными рептильими глазами, слишком большыми для ее худого лица. Поджала полные губы. Рем под полным ее контролем! Отвратительно! Я размышляю успею ли я прыгнуть на нее и закрыть ей рот до того, как она выкрикнет приказ. Словно почувствовав мои мысли, рыжеволосая вцепилась в руку Рема, я вздрогнул от омерзения, я чувствовал как будто ядовитая, слизкая змея оплетает тело моего лучшего друга, проникает в него своим ядом, ложью, убивает его… Боль в груди была так сильна, что стало трудно дышать. Видеть его рядом с этой…

— Я должен умереть! Прикажи! Проклятье Рем! — Владыка не реагирует на мои крики, невозмутимо смотрит на меня. Рыжеволосая держится за него, я вижу, как дрожат ее пальцы, нервно облизала свои губы, мне показалось я видел как мелькнул ее раздвоенный язык. Жаль не хватило времени прибить ее, вся раса и так погибла.

— Нет.

— Рем я не могу больше, — мой голос дрожит. Я вижу, что эта тварь вылупила на меня глаза, презренно щурит, она упивается ситуацией, моим унижением. — Отпусти… Я не могу больше жить, я должен уйти. За ними, за ней…

Рем печально, абсолютно спокойно смотрит на меня… Я чувствую себя преданным. Передо мной не мой друг, его оболочка, марионетка, под контролем этой твари… Я вскочил, в глазах темнеет.

— Будь ты проклят! — От моего рева дрожат стены. — Отпусти меня! Хоть что-то человеческое в тебе осталось? — Трясясь как в лихорадке, балансируя на грани истерики, я пытаюсь заставить его услышать меня, все напрасно, Владыка утерян.

Его ничего не трогало, это не Рем больше, он покорный раб, Владыка положил руку на дрожащие пальцы твари. И без того мрачное лицо Николаса потемнело еще больше.

Я уже не кричу, я вою, — Жить получеловеком и приучать себя довольствоваться теми крохами, которые остались, безуспешно заполняя трещины тем строительным раствором, который оказался под рукой? На это ты обрекаешь меня?

Неожиданно для всех, я развернулся и с силой ударил кулаком в стенку дубового шкафа, пробив дыру. Это был впечатляющий удар: мебель была очень прочной. Без колебаний саданул по дубовым доскам другим кулаком, словно это было лицо этой твари, его Госпожи. Или мое.

— Ты их всех забыл! Из-за тебя Амелия ушла! Тебе наплевать, одурманенный этой ядовитой тварью, ТЫ РАБ! Ты теперь никто! — Я выплевываю свою душу, — Ты ничтожество..!

Рем замер, лишь грудь его бурно вздымалась, словно ему не хватало воздуху. Несмотря на то, что он был абсолютно обессилен, он выглядел опасным.

Зеленоглазая тварь склонилась к нему, погладила по руке, ненавижу, манипулирует Владыкой Ардора…

— Заткнись гадина! Придержи свой поганый язык! — взревел я, мечтая обрушить удар на ее голову. Глаза мои метали молнии.

— Ты под контролем этой твари! Жаль, гадина, не добил я тебя вчера! — Могучий поток ненависти пронзил все мое тело, прокатился жаром по костям, взорвался в сердце зарядом необыкновенной силы, сейчас я ее прибью…Рем слишком слаб, чтобы помешать мне…

Глаза Рема мгновенно широко распахнулись от потрясения, и он рывком сел в постели, я видел, что это растревожило его рану, он задохнулся от боли.

Рем напрягся, темно-красный взгляд его стал хищным и пронизывающим. В комнате стало холодно. Воздух превратился в живой сгусток энергии. Перегруженный. Наэлектризованный.

Опасный.

Смертельный.

Могущественный.

Владыка смотрел на меня тяжелым взглядом, он был эпицентром бушующей Силы, его руки сжались в кулаки с такой силой, что предплечья дрожали. Я чувствовал, что он с трудом сдерживает себя. Все окружающие упали на колени, склонив низко головы, я заскулил, мои ноги подогнулись.