Любовь и ненависть
Шрифт:
В комнате послышался грохот, надвигалось что-то страшное…Грохот нарастал до рева, рев до рычания, рычание до грома, до высокого, свистящего пения воздуха. Рем не шевелился, грохот заглушил все. Воздух содрогался. Дрожала вся комната, потолок, вся скала над нами. Содрогались земля и небо.
— Да, наконец-то, — подумал я. — Покой. Я слышал звук моей уходящей жизни, он становлися все громче и громче, пока я не смог больше слушать. Моя душа требовала вечной тишины.
Возникло ощущение, что на мою грудную клетку упала гранитная плита…
Кто-то очень далеко издал душераздирающий вопль.
— Сто-о-о-п! О-с-т-а-н-о-в-и-с-ь!
Обжигающе холодная Сила привела меня в сознание.
Я лежал ничком на холодном полу. Сердце колотится как бешеное. Я попытался открыть глаза, но либо веки мои не слушались, либо вокруг была полная темень. Сел. Трясу обалдевшей головой.
— Ты будешь жить, это приказ, — раздался рядом металлический голос. — Вон отсюда…
Мира
Я вижу, что Рему больно, он переживает. Бедняга. Он тяжело дышит, бессильно откинулся на подушку.
Я дрожу от холода.
— Слушай, надоест быть Владыкой Ардора, будешь работать охладителем помещений. В жару цены тебе не будет! Глазами моргнул и р-раз, снег идет!
Мой любимый слушает меня, усмехается, заметно расслабляется:
— А что ты еще можешь? Ну кроме этих звуковых эффектов и холода? А еду ты наколдовать можешь?
Я вижу, что он успокаивается. Глажу его по вискам, пальцами ловлю его черные разводы, дернула за ухо, повернув голову, чтобы лучше видно было.
— Надо же какие у тебя проблемы с лицом…
В комнату вошел Ричард с подносом, полным еды:
— Ричард, я люблю тебя! — Весело пискнула я, — Рем нахмурился, оглянулся, кого я там люблю.
Целитель подошел к Владыке, грозно спросил-рявкнул:
— Ну что? Колдуем? Постельный режим нарушаем? — Даже мне стало страшно, не говоря уже о бравом Владыке, — Привяжу засранца! На неделю запру! — Посмотрел гневно на меня:
— А ты куда смотрела! Тоже мне Госпожа!
Я жую, мне некогда оправдываться, могу только глазами вращать и плечами пожимать. Рем виновато молчит. Мне кажется хвостатый трусливо поджал свой крысиный хвост и остроконечные уши.
Ричард еще пошумел, поругался, полечил Рема.
— Ричард, мне надо идти, позови Николаса…
— Да Владыка, сейчас позову…
Коварно улыбаясь, дал ему лекарство, Рем легкомысленно выпил, когда его внезапно осоловевшие глаза стали закрываться, возмущенно посмотрел на торжествующего целителя. Я хихикнула и выпила свою чашку с ароматным чаем. Пусть Рем поспит, а у меня еще столько дел, надо поговорить с Николасом, поспрашивать Сая, сбегать… Ричард поймал мое безвольное тело, уплывая в сон, я почувствовала, что меня положили рядом с Ремом, он обнял меня, мы заснули…
Утро или вечер. Я проснулась. Столкнулась взглядом с самыми прекрасными глазами в мире, утонула в них.
— Я люблю тебя!
— А я тебя, хвостатый. Очень люблю.
— Мира, это правда?
— Да, правда, люблю…
— Нет, я о другом, — он напрягся, — Зак, он, трогал тебя?
— Нет конечно, у меня же куча охранников, он просто хотел разозлить тебя. — Чуть расслабился. Я должна была обмануть его. Мне грустно. Может когда-нибудь расскажу правду…
— Рем, а почему ты держишь Зака? Может надо отпустить его?
Он грустно вздохнул, — я не могу, нас очень мало, большая битва впереди…Может он исцелится, он мой друг…Был…Время лечит ведь?
Я с сомнением поджала губы. Ну кто ж знает. Может.
Помолчали.
— Спасибо, что остановила меня. Я разозлился и увлекся чуть…
Я хмыкнула, ну если только чуть-чуть…
— Ляг на постель! Ты же сейчас свалишься!
Рем свесил ноги с кровати, явно намереваясь встать и идти. Он протянул руку и уцепился за край стола. С заметным усилием он встал-таки на ноги и стоял, раскачиваясь из стороны в сторону. Как ни был он слаб, упрямство сохранилось в нем со всей обычной силой. Он весь побелел и покрылся холодным потом даже от незначительного усилия, необходимого для того, чтобы устоять на месте. Стоит, качается.
— Мира, мне надо, нет времени лежать…
— Николас! Помоги! — Кричу что есть мочи.
Рем попробовал пройти по комнате по направлению к двери, шатается. От этого усилия он скоро побледнел и покрылся потом, остановился, сейчас упадет. Дверь широко распахнулась, в комнату влетел Зак, в его руках кинжал, готов разить всех вокруг. Замер на секунду. Подхватил падающее тело Владыки. Остановил на мне черные, бешенные глаза:
— Что здесь происходит?
— Вот, убегает, — пожаловалась я шокированному Заку на своего раба. Рем закатил глаза. Вбежал запыхавшийся желтоглазый.
— Николас, он не слушается меня! Заберите его отсюда! Он ползет на смертельный бой, ты там корректируй его курс чтобы не свалился с обрыва на своем геройском пути. — Я в бешенстве, если Рем хочет угробить себя, пусть это делает без меня.
— Мира, я просто поговорю с ребятами, — оправдывается Владыка.
— Здоровяк, можешь добить его! Он твой! Я и пальцем не пошевелю, чтобы спасти его, я есть и спать хочу. Брысь все ардорцы! Зак выпучил на меня глаза, он легко держит дрожащего от слабости Рема, который по сравнению с этим медведем выглядит хрупко и элегантно.
— Она сумасшедшая? — Николас задумчиво кивает…Рем похоже тоже с ним согласен — предатель…
— Ребята, отступаем, быстрее, — хрипит Рем. Предатель…
— На себя посмотрите! Сами сумасшедшие! — Кричу им вслед, захлопнула дверь.
Николас
Николасу не нравится, что Рем встал так рано. Но что ж тут поделаешь. Если уж Мира не смогла его остановить. Он усмехнулся, Мира взбешенная, злая от беспокойства выглядела забавно. Владыка, с перевязанными плечами, босиком, в одних брюках, с помощью Зака, с трудом доковылял несколько метров до стула, весь перекособочившись сидит, слушает доклад Зака.
Новости тревожные. Ардор наполняется креландскими войсками. Новые, невиданные по мощи орудия. По крайней мере причина чрезвычайного оживления на Северном тракте и Сорве теперь ясна — искали сбежавшего Владыку и принцессу. Историю побега Миры и Рема мы уже рассказали обалдевшему Заку, так что времени теперь не теряем. Рем стремительно теряет силы.
— Солдаты императора Дарко отменно выполнили свою работу, — докладывает Зак. — Имперцы превратили цветущий край в пустыню и заявили, что установили там мир. Подобный способ умиротворения привел к тому, что Ардор полностью обезлюдел: мужчин перебили, заточили в тюрьмы или отправили в Креландию для получения ошейника подчинения, посевы и дома сожгли, а женщины и дети насилуются, все, кто не убежал и выжил были обращены в рабство.