ЖАНРЫ

Любовь и война Майкла Фрейзера. Книга 2. Сад земных наслаждений.
Шрифт:

– Поздравляю!

Майклу принесли гамбо, и честно говоря, тушеные морепродукты его интересовали гораздо больше непонятных жалоб собеседника. А вот Фрибоди раздраженно оттолкнул свою порцию.

– С чем поздравлять? Из-за условий завещания я не могу жениться!

Фрейзер не спеша поддел кусочек курицы, осмотрел его со всех сторон и с наслаждением положил в рот. Наконец-то, нормальная и вкусная еда! Прекрасный вкус мяса привел его в благодушное настроение, и он снисходительно посмотрел на собеседника:

– Чем завещание матушки может тебе помешать жениться?

Фрибоди запыхтел ещё сильнее:

Издеваешься?

– Нет! Действительно не понимаю. Откажись от денег и женись!

Лицо "отчима" приобрело от гнева свекольный оттенок.

– А на что я буду содержать всю свою семью? Тебе не понять, что значит жить без денег, ведь ты родился с серебряной ложкой во рту!

Майкл не спеша глотнул вина. Вот малахольный придурок! Нашел, кому жаловаться!

– Последние пять лет я жил на жалование, выплачиваемое мне Королевскими ВВС. Уверяю, что это были весьма скромные деньги, и всё же, данное обстоятельство не помешало мне жениться на леди Памеле!

Фрибоди так возмущенно засопел, что на них недоуменно оглянулись сидящие неподалеку посетители.

– Я слышал, что леди Памела сама по себе "золотая принцесса"!

"Серебряная ложка", "золотая принцесса"! Надо же, Джеймс научился применять в своей речи и такие обороты - уж не влюбился ли он в любительницу дамских романов?

– Каждый ищет пару по себе!
– он легко перевел дыхание.
– Вряд ли бы ты женился на моей матушке, если бы она мыла полы в метро! Так найди себе ещё одну богатую леди и вновь начни жить жизнью "нормального мужчины"!

– Марджори была отнюдь не мед,- обиженно возразил вдовец,- она пила, как лошадь! Устраивала безобразные скандалы и изменяла мне!

Ах, он ещё и недоволен!

– Она хорошо заплатила тебе за неудобства, оставив своих детей без наследства!

Майкл вернулся к гамбо, ожидая продолжения разговора. Не может быть, чтобы Фрибоди попросил о встрече для глупых жалоб на судьбу. Про себя Фрейзер уже решил поручить адвокатам помочь бывшему отчиму жениться, но ему было интересно, как тот обставит просьбу о помощи в столь деликатном деле.

Но неожиданно миляга Джеймс грозно насупился и стал поразительно похож на разозленного быка на арене корриды. Ну, просто один в один!

– Я,- грозно заявил он,- откажусь от наследства, а вы взамен заплатите мне миллион!

Вот это да! Фрейзер от изумления чуть не подавился креветкой.

– Так как дочери у Фредди по-прежнему нет, то доходы с пакета акций пойдут на учреждение ежегодной премии разведенным дамам, сумевшим доказать, что все мужики "козлы и гады"! С чего ты взял, что я согласен заплатить миллион, чтобы облагодетельствовать этих стерв?

Но Фрибоди оказывается хорошо подготовился к разговору.

– Если ты этого не сделаешь, то я завтра же расскажу газетчикам, что ваш бразильский зять Оливейра всю войну поставлял немцам комплектующие для "Юнкерсов" и "Мессершмитов"!

У Майкла моментально пропал аппетит. Он не знал - правда ли это, но вспоминая о политических пристрастиях зятя, не мог исключить подобного развития событий.

– Если узнают, что ваша компания всю войну поддерживала нацистов, то вы потеряете гораздо больше миллиона! И до конца жизни не отмоетесь!

Майкл холодно смерил взглядом заплывшего жиром наглого жиголо. Интересно, откуда он раздобыл информацию и не понадобится ли ему потом ещё с десяток миллионов - аппетит, как известно, приходит во время еды!

– Сейчас я чек выписать не могу,- мирно пояснил он, разворачивая салфетку,- да и завтра то же! Мне понадобится пара недель, чтобы посоветоваться с советом директоров предприятий - сумма ведь немалая, невозможно её изъять быстро, да ещё незаметно! Только учтите, мистер Фрибоди, следующее - рухнет компания, мы потеряем много, но у нас есть и другие источники доходов, а вот вы отправитесь прямиком на помойку, откуда вас в свое время вытащила матушка!

– Ещё неизвестно, кто попадет на помойку - честный американец или пособники Гитлера!
– мрачно буркнул Фрибоди, для которого только сейчас дошло, что оказывается и он может пострадать от собственного шантажа.

Майкл встал с места.

– Больше мне не звоните и не ищите встреч, с вами свяжется адвокат фирмы!

Теперь резко побледневший Фрибоди так же привстал с места:

– Я-то думал, ты единственный нормальный парень в этой чокнутой семейке!

Но Фрейзер даже не ответил на эту реплику. Зачем? Фрибоди, как человек перестал для него существовать - он превратился в летящий "мессер", который во чтобы то ни стало нужно уничтожить.

Первым делом он позвонил Фреду. Прямо сказать, что случилось, по телефону он не мог, но брат и так прекрасно осознавал, что без толку Майкл его беспокоить не будет.

Дом напоминал стройплощадку - всюду торчали разнокалиберные стремянки, стояли ведра с краской, валялись рулоны обоев и метались во главе с Памелой шальные дизайнеры. Единственно, что привлекало унылого Майкла в бешеной деятельности супруги, это её аппетитно обтянутый спортивными брючками зад. Но стоило ему откровенно проявить свой интерес, как он получил от разгневанной супруги по рукам.

– Сатир!

– Влюбленный мужчина, - возразил Майкл, потирая ушибленное место,- всегда сатир! Да ты бы первая обиделась, если бы я не среагировал на столь прельстительное зрелище!

Но сейчас ему было не до прелестей супруги. Они с Фредди, ругаясь сквозь зубы, с трудом нашли спокойный уголок, где бы не толпились люди в заляпанных краской комбинезонах. Обосновались братья на одной из террас на крыше дома, куда ещё не донеслась лихорадка модернизации и грохот ломаемых перегородок.

Тихо плавали в бассейне самодовольно виляющие хвостами золотые рыбки, и Фредди неожиданно обуяла несвойственная ему сентиментальность:

– Помнишь, как в детстве нас сюда приводила мама?

Увы, упоминание о родительнице сегодня не вызвало у Майкла умиления.

– Вот о ней-то и пойдет речь!

И по-солдатски четко изложил подробности прошедшей встречи.

– Насколько сказанное этим альфонсом соответствует истине?
– прямо спросил он брата.

Фред неловко отвел глаза. У Майкла вспыхнуло гневом лицо, когда он сообразил, что возможно воевал с "мессерами", собранными из комплектующих частей, выпущенных на заводе родственничка. И он сам, идиот, приложил к этому руки, когда помог зятю наладить производство. Правда, в ту пору речь шла о "тандерболтах" и "кертиссах", но разве сейчас ему от этого легче?

Поделиться с друзьями: