Чтение онлайн

– Мисс Лорейн, – не успеваю зайти в дом, как сбоку раздается голос нашего конюха.

– Мистер Дрейк? – смотрю, как мужчина идет в моем направлении с мрачным лицом.

– Простите, что беспокою вас, но вы должны знать. Бони стало хуже. Сегодня приезжал ветеринар и сказал, что ей осталось недолго. Ему нужно ваше разрешение на усыпление.

– О боже… – шепчу, почувствовав, как сердце обожгло острой болью. – Я должна увидеть ее.

– Конечно.

Вместе с мистером Дрейком входим в конюшню, и я сразу иду к последнему деннику. Вхожу внутрь и вижу свою Бони, лежащую на боку у стены. Моя бедная девочка вот уже два года боролась с раком, но у нас так ничего не вышло.

– Привет, моя дорогая, – опускаюсь на колени, не обращая внимания, что испачкаюсь и кладу ладонь на шею пони. Она сразу закрывает глазки, будто приветствуя меня. Я вижу, как ей плохо и меня начинает трясти от осознания того, что мне придется отпустить ее. Мое сердце просто разрывается на части. Она последнее живое напоминание о Джареде и от осознания того, что ее не станет, на глаза наворачиваются слезы. Потерять ее, значит оборвать незримую ниточку между нами. – Я знаю, как ты страдаешь, малышка, – шепчу, гладя пони по коричневой гриве. – И я должна отпустить тебя. Мне будет очень не хватать тебя, – чувствую, как по щекам скатываются слезы.

– Так будет лучше для нее, мисс.

– Я знаю, мистер Дрейк, – шмыгаю носом. – Знаю…просто она столько лет была со мной. С ней столько всего связано.

– Я понимаю, – голос конюха полон сочувствия.

– Вы позаботитесь о ней?

– Не переживайте, я все сделаю как нужно.

– Спасибо вам. Прощай, моя маленькая Бони, – целую пони в щеку и поднимаюсь на ноги.

– Во сколько приедет ветеринар?

– В десять утра.

– Меня уже не будет дома. Позвоните мне, когда все закончится.

– Конечно, мисс Мердак. Вам нужно отдохнуть, вы выглядите уставшей.

– Да. Я и правда очень устала, – выхожу из конюшни, ощущая себя не на двадцать два, а на все сорок два.

После душа я буквально сразу отключаюсь, проваливаясь в беспокойные сновидения.

***

Утром с трудом открыв глаза, привожу себя в порядок и спускаюсь в столовую на завтрак. Отец уже сидит на своем привычном месте во главе стола, читая свежую газету.

– Доброе утро. А где мама? – сажусь на стул по правую сторону от отца.

– Твоя мама не будет завтракать с нами, – отец не отрывается от газеты.

– Почему?

– Она не дома, – голос звучит сухо.

– Так рано уехала в салон? Она же не едет раньше одиннадцати утра.

– Она не ночевала сегодня дома.

– А где она ночевала?

– У подруги, – отец отвечает как-то слишком резко и сворачивает газету, взяв чашку кофе в руку.

– Вы что поругались?

– Нет, Лорейн, – берет салфетку со стола и раскладывает себе на колени. – Я хотел тебе напомнить, что в эту субботу мы идем на благотворительный вечер от нашей компании.

– Мне обязательно быть там?

– Тебе обязательно быть на всех таких мероприятиях. Привыкай к этому.

– Я могу позвать с собой Кэрри?

– Можешь. И еще, через неделю ты полетишь в Бостон вместе с Рейденом на три или четыре дня в наш филиал. Нужно провести контроль работы некоторых отделов. Заодно познакомишься с работой филиала.

– Ты решил сразу кинуть меня на амбразуру?

– А ты боишься, что не справишься?

– Нет. Я справлюсь.

– Вот и отлично. Рейден доволен тем, как быстро ты все схватываешь.

– Потому что это наше семейное дело.

– Я рад, что ты относишься к этому с таким энтузиазмом. Именно такой и должна быть наследница Мердоков.

– Папа, а если бы мой брат был жив, ты бы позволил мне заниматься чем-то другим?

– К чему этот вопрос, Лорейн?

– Просто посты президентов компании всегда занимали мужчины, и я уверена, что совет будет не в восторге видеть меня на этом посту хоть когда-нибудь. Каких бы заслуг я ни добилась.

– Ты думаешь не о том, о чем нужно думать. Твоя задача, вникать во все и делать свое дело с профессиональным рвением, – иногда мне кажется, что разговариваю со стеной, а не своим родным отцом.

Кажется, ему все равно, о чем я думаю и переживаю, он никогда не скажет мне слова поддержки. Не понимаю, как можно быть таким черствым со своим единственным ребенком.

Кручусь перед зеркалом в гардеробной, расправляя невидимые складки на вечернем платье, облегающем мою фигуру как перчатка. Я подобрала для сегодняшнего вечера элегантное прямое длинное платье на тонких бретельках серебристого цвета. Лиф с треугольным вырезом сделан так, чтобы выгодно подчеркнуть небольшую грудь. Волосы я оставила распущенными, просто уложив их гелем и сбоку заколола сделанную своими руками заколку из серебра в виде цветка лотоса с вкраплением мелких фианитов. На ногах черные лаковые лодочки и маленькая сумочка в дополнение к образу. Немного макияжа на глаза и прозрачного блеска на губы.

Я довольна тем, как сегодня выгляжу несмотря на то, что совершенно не желаю идти хоть куда-либо. За последнее время я ужасно устаю и больше всего мне хочется в свободное время заниматься тем, что приносит мне настоящее удовольствие. У меня накопилось слишком много заказов от подруг, к которым мне не терпится приступить. Но постоянно что-то мешает или у меня просто не остается на это сил. Во время учебы мне было проще совмещать мое хобби с занятиями. А сейчас все стало совсем по-другому. Иногда воспоминания о том, как я хотела побыстрей повзрослеть, вызывает на лице горькую улыбку. Я думала, что став взрослой я смогу сама выбирать, чем хочу заниматься, но совсем не думала о том, что за меня снова все решат.

Спускаюсь на первый этаж и вижу маму с отцом, разговаривающими о чем-то. Оба уже собраны к вечеру. Отец в идеально сидящем черном смокинге. А мама в темно-синем вечернем платье с открытыми плечами.

– Хочешь сказать, что это не так, Дарэн? – мама обращается к отцу каким-то странным тоном.

– Сейчас не время об этом говорить, Эрика.

– Ты все время так говоришь.

– Эрика…

Ступаю на последнюю ступеньку, и звук от стука моих каблуков отвлекает родителей друг от друга. Мама кидает на меня взгляд, и мрачное выражение лица сразу смягчается.

– Ты прекрасно выглядишь, милая, – мама улыбается теплой улыбкой.

– Спасибо, мама. Ты тоже.

– Нам пора ехать, – отец проходится по мне быстрым взглядом и отворачивается, спеша к выходу.

Садимся в лимузин, и водитель выезжает с участка. Отворачиваюсь к окну, провожая взглядом огни ночного города. В салоне царит напряженная атмосфера, которая давит на меня. Родители молчат, но я ощущаю исходящую от них нервозность.

Когда машина останавливается у банкетного зала, который был специально арендован для сегодняшнего вечера, водитель выходит и открывает дверь. Первым выходит отец, протягивая руку маме, а мне уже помогает выйти водитель.