Чтение онлайн

— Стероиды! — Его голос до краев наполнен яростью. — Богохульство! Кто это придумал для тебя? Ни за что на свете мой мальчик не стал бы обманывать систему и пускать яд себе в вены, чтобы добиться лучшего результата. Ни за что. Нет, как. У тебя плохое семя в этой команде, сынок.

Я закрываю глаза и упираюсь руками в столешницу, чтобы удержаться на ногах. Облегчение от того, что мой отец отказывается даже думать о том, что я выжимаю сок, снимает огромный вес с моего тела и психики. Слезы подступают к моим глазам, и комок эмоций застревает в горле.

— Спасибо, папа, — бормочу я.

— За что? Знать, что мой сын не мошенник? Никогда бы не пришло мне в голову. Ты весь в игре. Это единственная женщина, на которую ты когда— либо претендовал.

Я широко улыбаюсь, беспокойство и страх за несколько мгновений до этого рассеялись с принятием, верой и упоминанием женщины моим отцом.

— Кстати, о женщинах, я кое с кем встречаюсь. — Я улыбаюсь и отхлебываю изрядную порцию своего напитка. Черт, даже клубничный вкус смузи теперь напоминает мне о моей девочке.

Осознание этого бьет меня прямо в солнечное сплетение.

Это первый раз, когда я думаю о женщине, как о своей. И мне это нравится. Очень.

— Правда? Это хорошая новость. Очень хорошие новости. Означает, что однажды я не умру стариком без внуков, которых мог бы назвать своими.

— Папа, тебе пятьдесят два года.

— Я хочу, чтобы вокруг бегали маленькие мини— Искорки, когда я буду достаточно молод, чтобы гоняться за ними!

Он улыбается и подмигивает.

— Чувак, я скучаю по тебе. Как Курт?

— Хорошо, хорошо. Расскажи мне побольше об этой женщине. А еще лучше, как, черт возьми, ты с ней встречаешься сейчас, когда штат закрыт?

— Ты ни за что не поверишь, но она живет в соседней квартире. Мы встретились на балконе. Разговорились. Пошли вместе в продуктовый магазин, поговорили по телефону. Смотрели фильмы одновременно из наших отдельных апартаментов. Мы даже готовим друг другу еду и оставляем ее у дверей друг друга.

— Ши— ит. По— моему, ты за ней ухаживаешь, сын. Для тебя это должно быть впервые.

Я улыбаюсь и потираю подбородок.

— Знаешь что, ты прав. Мы даже не прикоснулись друг к другу, но клянусь, я ближе к ней, чем любой другой женщине в мире. Как будто она выводит меня на другой уровень. И когда она говорит, она такая забавная. Эта женщина заставляет меня смеяться до боли в животе. И папа, она чертовски великолепна.

— О? Сделай старика счастливым и расскажи мне подробности. Нужно о чем— то поговорить с парнями в комнате отдыха.

— О, чувак. Светлые волосы до плеч. Выглядят мягкими. Большие голубые глаза, в которые я хочу смотреть часами. Лукообразный рот купидона, который я не могу дождаться, чтобы поцеловать. — Я улыбаюсь, думая о ее чертах, запомнив их. — У моей Сэди высокие округлые скулы, которые всегда кажутся чуть розовыми, и две маленькие ямочки в уголках рта. Я смотрю вдаль на пустую стену и позволяю ее видению заполнить мой разум. — Она совсем другая, папа. А ее тело… Я свищу и ухмыляюсь. — Не от мира сего.

Мой отец хлопает по столу перед ним.

— Черт, сынок. То, как ты описываешь эту девушку, я чувствую, что она может быть мисс Америка.

— Лучше, потому что она Сэди.

— Я слышал, ты говорил, что она твоя Сэди. Путь то, как ты говоришь о ней заставляет меня поверить, что у тебя есть чувства к этой девушке, которые соответствуют одержимости ее внешностью, да?

— Определенно. Я не уверен, что произойдет или как долго я смогу идти, прежде чем я положу руки на нее. И это убивает меня. Ее можно ждать неделями. Мы уже 8 дней на карантине, и я скучаю по ней.

Отец кивает и поджимает губы.

— Заключи с ней сделку. Как только вы пройдете определенный промежуток времени, вы соберетесь вместе.

Я прикусываю нижнюю губу и думаю о его предложении. — Отличная идея. Ты гений!

Отец смеется, и это наполняет мое сердце радостью. В последнее время я чувствовал себя так тяжело между тем, чтобы сказать Сэди правду, и беспокойством о том, чтобы рассказать отцу, что не понимал, что несу столько эмоционального багажа. Теперь мне кажется, что я стал на сто фунтов легче.

— Ну, сынок, я же не завоевал самую красивую девушку в Индиане из— за того, что стал болваном, не так ли? А твоя Сэди немного похожа на твою маму. Кроме глаз. Глаза твоей мамы были зелеными, как трава в разгар весны.

— Я знаю. Я помню. Спасибо за беседу, папа. Я должен ей позвонить.

— Не берись за это сразу. Никаких эмоциональных бомб. Женщины волнуются, когда ты это делаешь. Успокойся, включи это в разговор. Ты сам во всем разберешься. Мой мальчик умен и сообразителен, когда хочет.

— Научился этому у отца.

— Это ты. Люблю тебя, мальчик.

— Я тоже тебя люблю, папа. Так много. Будь в безопасности и

держи меня в курсе. Если через пару дней от тебя не будет вестей, я позвоню.

— И я буду с нетерпением ждать этого звонка. Пока.

— Пока. — Я нажимаю кнопку, которая отключает скайп и думаю обо всем, что сказал папа.

Если я хочу, чтобы моя девушка согласилась впустить меня в свой мир физически, мне придется обратиться ее логической стороне. Она невероятно проницательна и воинственна по своей природе. Она наверняка будет бороться.

Хотя это война, которую я намерен выиграть.

И Сэди, она приз.

ЭВАН

— ДОБРОЕ УТРО, СОЛНЫШКО.

Я улыбаюсь, когда я выхожу на балкон, прижимая телефон к уху. Светит солнце, и ветерок не слишком холодный. Идеальная погода для того, чтобы болтать на улице с моей девушкой.

— Сегодня доброе утро. Я говорила с папой, он уже чувствует себя намного лучше.

— Детка, это здорово! Приятно слышать. Я разговаривал с отцом тоже.

— Правда? Как все прошло?

— Выйди на балкон в своем костюме для йоги. Принеси свой коврик, и я расскажу тебе.

Сэди громко стонет.

— Я уже в штанах для йоги и майке, но сегодня планировала бездельничать. Муза — это вредительство и плохая игра с другими. Другие имели в виду меня. Она избегает меня, капризная девка.

— Ой, прости, детка. Она вернется. Может быть, тебе просто нужно немного солнечного света. На улице так красиво. Пока мы разговариваем, солнце светит мне в лицо.