Чтение онлайн

— Это неправда, — всхлипывает Лейси. Теперь она плачет, и Дейзи тоже. Потом Лейси встает, подходит к сестре, обнимает ее, и они плачут вместе.

Честно говоря, это все, чего я хотел. Мы с Атаранги не всегда ладили, и хотя последнее, что я сказал ей перед смертью, было «удачи», я хотел бы вернуться к тем временам, когда мы ссорились, и все исправить. Никогда понастоящему не осознаешь, что нужно ценить своих братьев и сестер, пока они не уходят и не становится слишком поздно.

Черт, если я буду продолжать смотреть

сентиментальную сцену, то сам расплачусь.

эту

дурацкую

Но странный звук привлекает мое внимание, где-то за ревом ветра и непрекращающимся стуком дождя.

Фред внезапно вскакивает на ноги. Он ковыляет к двери, открывает ее навстречу буре и выбегает наружу.

— Какого черта? — я встаю, мой стул громко скрипит по бетонному полу, и бегу за ним.

Шторм очень сильный. Я снова промокаю в считанные секунды, дождь льет в лицо. Пальмовые листья яростно колышутся, а воздух угольно-серый.

Я оборачиваюсь и вижу Фреда, бегущего к лагуне. Он взбегает на причал, чуть не поскользнувшись, затем отчаянно пытается развязать узел на шлюпке, которая продолжает болтыхаться.

Что он…

Фред останавливается, прижимает ладонь ко рту и кричит в сторону лагуны:

— Уилсо-о-о-он?!

Уилсон?

Сначала я думаю, что Фред уже потерял рассудок, как Том Хэнкс в том фильме, но потом вижу Уилсона в лагуне. Он всего в сотне ярдов, тонет, пытаясь пошевелить ногами, едва держа голову над водой.

Он издает паническое блеяние, звук, который разбивает мне сердце.

— О боже мой! — Дейзи кричит рядом со мной, Лейси и Ричард бегут за ней.

— Я иду, Уилсон! — Фред вскрикивает, но узел не развязывается.

— Прости, что оставил тебя, я хотел вернуться!

— Это что, акулы? — пищит Лейси.

Я оглядываюсь назад. Да, позади Уилсона есть акула или две.

Они не выглядят слишком большими, но они бы с радостью и легкостью разорвали козла на части.

Черт.

Я оглядываюсь на Фреда, чье лицо покраснело, он беспомощно пытается развязать узел, крича каждый раз, когда пальцы соскальзывают. Я видел, как он завязал его слишком туго из-за шторма. Не знаю, плачет ли он или это дождь, все, что я знаю, это то, что он вот-вот потеряет своего лучшего друга.

Если я не помогу.

Я сбрасываю кеды и бегу прямо в лагуну, шлепая по мелководью, прекрасно зная, что, какую бы возню я ни поднял на песке, это создает идеальную среду для нападения акул.

— Что ты делаешь, Тай?! — Дейзи кричит с берега, как будто это самоубийство. — Тай!

Я должен игнорировать ее. Продолжаю идти, пробираясь сквозь воду к Уилсону.

Уилсон смотрит на меня своими странными козлиными глазами, и я вижу, что он сдается. Он слишком устал, чтобы продолжать попытки.

Его голова начинает уходить под воду.

Акулы приближаются.

Я отталкиваюсь от дна и начинаю плыть мощными гребками, не теряя ни секунды. Затем ныряю, ненадолго открывая глаза в песчаной, мутной воде.

Я вижу Уилсона. Хватаю его под передние лапы и вытаскиваю на поверхность.

Он выплевывает воду, издавая печальный булькающий звук, но он жив.

Слава богу.

И эти акулы все еще там, приближаются. Я вижу их тени, потом они либо ныряют глубже, либо скрываются растущими волнами.

Не могу думать об этом. О том, что в любой момент, при такой ограниченной видимости, любая из них может спутать мои ноги с козлиными.

Такое чувство, будто на спине мишень.

Я готов почувствовать, как их рты сомкнутся на моей икре, как зубы впиваются в меня.

Но продолжаю плыть, и вдруг мне становится легче. Изо всех сил я плыву последние несколько ярдов с козлом на руках, а затем почти падаю на землю, Уилсон выпрыгивает из моих рук и спотыкается.

— Уилсон! — кричит Фред, подбегая к козлу. Он рыдает, обнимает козла и плачет от облегчения.

Дейзи делает то же самое со мной.

— Ты засранец! — она бьет меня по руке. — Ты идиот, тебя же могли сожрать!

Потом она бросается на меня, плачет и крепко обнимает. Я глажу ее по голове, переводя дыхание, и смотрю на Лейси и Ричарда.

— Ты поступил очень храбро, капитан, — говорит Ричард.

Лейси просто кивает, вытирая слезы, и смотрит на Фреда и Уилсона.

— Давай больше никогда не будем ссориться, — шепчет Фред Уилсону, который тихо блеет. — Никогда.

Я закрываю глаза и вздыхаю, обнимая Дейзи.

Моя работа здесь закончена.

~

Шторм полностью прошел спустя два дня. Хуже всего было в ту ночь, когда Уилсон чуть не утонул. Ветер даже сорвал крышу с одного из бунгало, и мы нашли лодку в Восточной лагуне, несмотря на крепкий узел Фреда.

Потом ветер утих, но ливень был проливным. Он окрасил лагуны в мутный цвет и никак не мог успокоиться. Все выглядело так, будто шторм просто остановился над атоллом и решил выпустить все на волю. Задал нам всем трепку, просто так, от души.

На третий день выглянуло солнце, и мы вышли из домика, щурясь от света, как новорожденные. Воздух был свежим, солнце ярко светило, вокруг было полно птиц. Мы снова выжили.

И все же, после бури, я знал, что-то еще изменилось. Я

чувствовал это всем своим существом.

Я попросил Дейзи пойти со мной. Мы переправились на лодке через лагуну, а затем пошли вглубь острова вдоль ручья, а затем к нашему старому лагерю.

Произошло то, чего я ожидал.

Там, на рифе… «Атаранги» исчезла.

Я подозревал, что второй шторм сбросит ее с рифа и унесет обратно в море, где она утонет, но мне все равно больно видеть это.

Я падаю на колени в песок, чувствуя себя так, словно из меня вышибли дух.

— Куда она делась? — спрашивает Дейзи, кладя руку мне на плечо.

Я пытаюсь проглотить комок в горле.

— Океан забрал ее с собой. Унес в водянистую могилу.

Она сжимает мое плечо и опускается на колени рядом со мной.

— Ты в порядке? — тихо спрашивает она.