Чтение онлайн

— Посмотри на меня, Джоли, — сказал Даниель.

У нее сейчас не было ни сил, ни желания сопротивляться, поэтому она покорно встретила взгляд Даниеля и обнаружила в нем нежность. Это ее смутило.

— Нан собирается продать ферму и переехать в город сразу после рождения ребенка, — поспешно сказала Джоли, зная, что Даниель ждет, когда она заговорит.

— Я отправляю тебя домой, — решительно объявил Даниель. — Там ты хорошенько отдохнешь. — Однако несмотря на это заявление, была в Даниеле какая-то отстраненность в отношении Джоли. Он отпустил ее руку и сделал шаг назад. — Собери свои вещи.

— Но мне ведь надо приготовить еду на всех этих людей, — начала было Джоли, никак не понимая, чем теперь она вызвала неудовольствие Даниеля.

Тот отрицательно покачал головой:

— Об этом позаботится Пилар. Я не хочу, чтобы с вами случился удар, миссис Бекэм. И это мое окончательное решение. Собери все, что тебе может понадобиться, и через несколько минут Дотер отвезет тебя домой.

Пилар! Это имя было ей страшно знакомым, хотя Джоли была слишком измучена и издергана, чтобы понять, почему само звучание этого имени внушает ей такое беспокойство. Джоли взяла с собой томик стихов, который безуспешно пыталась прочитать, затем положила в сумку несколько платьев, ночную рубашку, расчески и зубную щетку.

Когда появился в коляске Дотер, Даниель помог Джоли взобраться в экипаж и удобно расположиться на заднем сиденье.

— Не утруждай себя мелкой домашней работой, — тихо приказал Даниель жене. — Только приготовь себе поесть чего-нибудь и сразу же ложись в постель и отдыхай.

Джоли вяло кивнула, а сама невольно отыскала взглядом ту незнакомку, Пилар. Еще полное свежести женское лицо мгновенно обернулось к ней, и Джоли увидела, как полные губы Пилар сложились в ослепительной победоносной улыбке.

Когда Дотер довез Джоли до дома, та даже не хотела идти в пустой дом. Ей захотелось растянуться на прохладной и мягкой траве прямо под тополями, закрыть глаза и ни о чем горьком не думать — долго-долго. Она понуро сидела на земле, скрестив и поджав под себя ноги, когда Дотер принес ей ковшик ледяной колодезной воды.

— Вот увидишь, я не опоздаю на похороны, — сказала Джоли, отпив большой глоток воды. — Миссис Калли очень нужны все ее друзья в такой горестный час.

Дотер взял опустевший ковшик. Его голос звучал низко и тихо, когда он сказал:

— Не надо так сильно расстраиваться, миссис Бекэм. Я пригляжу за вами.

Джоли Маккиббен Бекэм легла в постель абсолютно разбитой, совсем как Ева после того, как была изгнана из рая, и провалилась в тревожный сон.

В тот день Даниель пораньше уехал с полевого стана, чтобы хорошенько смыть с себя несколько слоев пыли и грязи и переодеться, чтобы в достойном виде сказать последнее «прости» своему другу. Он глубоко скорбел по Джо, искренне сочувствовал его молодой, испуганной жене Однако еще кое-что происходило внутри Даниеля, проникая в самые отдаленные уголки его души. Это был страх.

Никто лучше Даниеля не знал, что жизнь опасна, трудна, а временами и откровенно жестока. Аккуратные могилки под тополем на его ферме были ярким тому свидетельством. Вот и сегодня, на закате он увидит, как будет предан земле один из его лучших друзей, которые когда-либо у него были. Еще совсем недавно Джо Калли был жив и здоров, трудился и мечтал. И все это было лишь день назад…

И снова на примере страшного горя Нан Калли, от которого она была на грани помешательства, Даниель получил наглядный урок, какой страшной ценой надо платить за любовь. В полумраке конюшни он покормил и напоил лошадь и внезапно понял, что, несмотря на свою потрясающую физическую выносливость, сил у него больше нет, ведь он провел в седле почти сутки.

Но ведь на месте Джо могла быть Джоли, ведь это ее могла укусить змея, или кого-нибудь из детишек.

Эта мысль настолько ужаснула Даниеля, что он даже схватился за перильца фургона, чтобы не упасть, и простоял так довольно долго. А воображение услужливо рисовало ему картины одна страшнее другой. Даже его рубашка, которая из-за пота и грязи стала словно броня, мгновенно промокла насквозь.

В конце концов это прошло, но в глубине души холодок страха все-таки остался. Даниель рукавом вытер пот со лба и поспешил из конюшни.

И тут он увидел Джоли. Она спала на траве, свернувшись калачиком в тени тополей. Джоли вовсе не была маленькой женщиной, но сейчас она показалась ему такой жалкой и беззащитной, словно кукла, брошенная ребенком. И при виде Джоли у Даниеля заныло сердце.

Ему страшно захотелось броситься к ней, подхватить на руки и осторожно внести в дом, уложить на постель и охранять ее днем и ночью всю ее оставшуюся жизнь, чтобы никто и ничто не могло обидеть ее. Но это было совершенно невозможно, даже если Джоли хоть на миг согласится с этим.

Даниель стоял возле Джоли и рылся в собственной душе, отыскивая среди чувств самое спасительное для себя. И наконец нашел — гнев. И тут ему на ум пришла странная мысль. Неужели же женщинам нравится, когда их бьют, когда заставляют подчиняться грубой силе? Разве не говорила ему Джоли о парочке уголовников, с которыми была какое-то время и которые теперь постоянно сшивались поблизости, так и поджидая случая устроить какую-нибудь каверзу? Как быть с этим?

Даниель уже готов был обхватить Джоли за талию и бесцеремонно поставить ее на ноги, когда услышал звук взводимого курка.

— Не трогай ее, Дан’л, — раздался бесстрастный голос. — По крайней мере до тех пор, пока не придешь в хорошее настроение.

Напротив Даниеля, всего в нескольких футах, на перевернутой фруктовой корзине сидел Дотер, нацелив на Даниеля его же собственный «кольт» 45-го калибра.

— Черт тебя подери, Дотер! — взорвался Даниель свистящим шепотом. — Немедленно брось эту штуку! — Даниель не мог прийти в себя от того, что из всех людей в этом мире самый близкий ему человек — Дотер — бросил ему такой наглый вызов. К тому же защита Джоли Бекэм была его, Даниеля, обязанностью.

Дотер вздохнул и без слов отбросил пистолет в высокую траву.

Разбуженная шумом, Джоли, зевая, села. Даниель сказал, что приехал забрать ее на похороны, и спросил, готова ли она.

— Нам пора уже ехать? — спросила Джоли. Опять то страшное чувство жалости и нежности к ней чуть было не охватило Даниеля, но он отогнал его.

— Приведите себя в порядок, миссис Бекэм, — резко приказал он. — Нас уже ждут в городе.

С этими словами Даниель повернулся и пошел на кухню, чтобы принять ванну.