Любовь на страницах
Шрифт:
Лора вошла в беседку, где ее ждал мужчина. Это маленькое сооружение, уже не раз служило переговорным пунктом. Судя по лицу, Иллио был младше нее. И она непроизвольно оценила его. Художник оказался настоящим красавцем. Свободная рубаха, у которой вместо пуговиц была шнуровка от шеи до груди. Шаровары, судя по всему, были ему велики и подвязаны кожаным ремнем на поясе. А обуви юного маэстро могла бы позавидовать старуха Шапокляк.
— Добрый день…
— Иллио, — подсказал художник.
— Добрый день, Иллио. Так что же такого срочного, что ты прямо-таки требовал моей аудиенции?
— Клара! — кинулся, было, художник с объятиями, но Лора выставила обе руки.
— Не нужно…
Иллио как-то странно посмотрел на нее.
— Да, Кьяра говорила, что ты ведешь себя странно и ничего не помнишь. Если честно, то я надеялся, что ты притворяешься. Ну, чтобы не становиться женой кентавра.
— Вот как? А больше она ничего тебе не говорила? — поинтересовалась Лора.
— Нет, — покачал головой Иллио. — Сказала только, что ты стала другой. И якобы любишь Эрмераха. Это правда?
— Да, — кивнула Лора. — Очень люблю.
— А как же я? Клара! Обо мне ты подумала? Я ждал! Ждал тебя! — перешел он на крик. — Ты сказала, что как только сорвешь церемонию, приедешь ко мне! Но ты так и не появилась. А теперь утверждаешь, что полюбила…этого?!
— Он не «этот»! — разозлилась Лорка. — Его зовут Эрмерах! И он мой муж!
— Муж? Я так просто этого не оставлю…
Широким шагом Иллио преодолел расстояние между ними, прижал Лору к себе и, удерживая крепко за затылок, поцеловал.
Чехова попыталась отстраниться, но несмотря на то, что художник явно кроме кисти с банкой краской ничего тяжелее не держал, оказался сильным. И стоило ему отстраниться, как Лорка отвесила ему смачную оплеуху.
— Охренел?! Со всем башню сорвало! Послушай меня «маляр», только попробуй сделать так еще раз! И я так тебя разукрашу, как ни один холст ты сам не разукрасишь, понял? — она резко развернулась и вышла из беседки. — Да и еще, уезжай. Тебе здесь не место. Уж не знаю, что я наобещала тебе до потери памяти, но пойми, сейчас это не имеет значения…
Эрмерах шел вслед за Кьярой, совершенно не понимая, что на нее нашло. Кентаврийка буквально тащила его к беседке.
— Кьяра, куда ты меня ведешь?
— Сейчас узнаешь. Я хочу показать тебе истинное лицо твоей возлюбленной!
Эрмераху не нравился тон Кьяра, которым она отзывалась о Лоре. И собирался возразить, но слова застряли в горле. Его невесту, прижимая к себе, целовал какой-то мужчина. Чуть позже, когда они с Кьярой были далеко от беседки, она пояснила, что незнакомец является художником. Тем самым художником, о котором ходило много слухов. Впервые Эрмераху стало больно. Так больно, что ему не хотелось больше видеть Избранную. Да, это была не Клариссия, но и Лора тоже попала под чары Иллио.
— Да что в нем особенного?! — стоя на склоне горы, крикнул он в пустоту. — Почему обе женщины, которые похожи внешностью, но различны в характере, влюбились в одного и того же мужчину?
После неприятного разговора с художником Лора вернулась на кухню. Настроение было безвозвратно испорчено, но она не хотела портить романтический настрой Эрмераху. Поставив блюдо с рыбой на стол, Чехова расправила невидимые складки на платье, поправила скатерть, вазу с цветами. И удовлетворенная села на стул.
Лора прождала не один час. Солнце давно скрылось за горизонтом, но Эрмерах так и не пришел. Сначала она не шла за ним, так как не хотела раньше времени показывать свой наряд и прическу. Одевалась специально для него и думала сделать сюрприз. Но, в конце концов, все же вышла во двор. Чехова обошла величественное здание дворца и оказалась на просторном лугу, огражденным деревянным забором. Кое-где расставлены пугало и мишени. Возле одного из соломенного чудовища тренировался парень. Совсем еще юноша.
— Привет, — поприветствовала Лорка.
— Добрый вечер, миледи… — парень поклонился. — Что вас привело на тренировочную площадку?
— А где Эрмерах?
— Сэр Эрмерах ушел с Кьярой. Она что-то собиралась ему показать. Не знаю что, но видимо в беседке действительно творилось что-то. Потому как сэр Эрмерах более к тренировке не вернулся…
Лора побледнела. Значит, Эрмерах видел ее поцелуй с художником. Оправдываться не имело смысла. На смену растерянности пришла злость. Почему Эрмерах не пришел поговорить? Почему просто не на орал? Не устроил сцену ревности, а вот так взял и молча ушел?
Еще одна мысль, которая не давала покоя Лоре, так это то, что Кьяра специально повела его в беседку. А это значит, что она была в курсе того, что собирался сделать Иллио. И вывод напрашивался сам собой; они в сговоре!
Чехова вернулась в обеденный зал. Рыба уже давно остыла, хлеб обветрился. Казалось, что даже цветы в вазе завяли. Лорка плеснула себе вина в бокал и осушила его одним глотком. Мысли в голове были подобны смерчу. Ухватиться за какую-то одну и хорошенько осмыслить ситуацию не получалось. Ясно стало и то, что Эрмерах ушел с Кьярой.
Двери обеденного зала распахнулись, но Лорка не обратила внимания на вошедшего. Чехова стояла спиной и наливала новую порцию алкоголя. Сзади послышались шаги, а потом мужские руки обняли ее за талию.
— Нашла из-за кого страдать, — шепнул у самого уха Иллио. — Он же не человек. Что ты в нем нашла?
Лорка перехватила глиняный кувшин за горлышко и разворачиваясь в кольце рук наглого художника, замахнулась.
— Проваливай! Или я тебе череп проломлю! Как ты мог? Я думала, ты любишь Кла… меня!
— Конечно, люблю. — Подтвердил он, забирая кувшин. — Именно поэтому и поцеловал тебя…
— Я не о поцелуе! — сорвалась она на крик. — А о его жалком исполнении! Ты ведь в сговоре с ней? Это она тебя подослала. И надо же дрянь какая, Эрмераха в нужный момент привела. А я тоже идиотка! Надо было с тобой беседу при всем честном народе вести, а не уединяться…
— Клара… — Иллио подошел чуть ближе.
— Стой, где стоишь! И прекрати звать меня этим дурацким именем! Я-то тебя жалела, думала какой бедненький. Она мерзкая баба бросила его. А ты оказался не менее мерзким, чем Клариссия! Два сапога — пара! — хмыкнула Лорка и направилась к выходу. — Пойдешь за мной, убью…