Чтение онлайн

Конн чуть было не застонал, когда Эйден продолжала уговаривать Кевена.

– Вы уверены, Кевен? Мне неприятна мысль о том, что вы будете жить в каком-нибудь неудобном месте, когда с нами вам было бы очень хорошо.

– Эйден, жизнь в вашем доме была для меня редким удовольствием. Хотя вашему деду и удалось кое-чего достичь, в его доме, как и в большинстве домов в Ирландии, отсутствуют все удобства, которые я видел в Перрок-Ройял и в Королевском Молверне. Это было редкое удовольствие, но чем раньше я вернусь к реальности, тем лучше.
– Он весело засмеялся.
– Ваш дед не поверил бы и половине этого, маленькая Эйден. Все прошедшие годы он горевал о том, что услал свою Бевин в холодное изгнание.

– Я вполне понимаю то, о чем говорит Кевен, - добавил Конн.
– Не забывай, милая, что ты никогда не была в Ирландии, а я, как и кузен, вырос там.

– Я нигде не была до прошлого года, когда отправилась ко двору, посмеиваясь, сказала Эйден.
– Королева любила называть меня своей деревенской мышкой.

– Королева знает вас?
– спросил Кевен. Этой темы они прежде не касались, и это не сулит ничего хорошего, подумал он.

– Конечно, королева знает меня. Я была одной из ее фрейлин. Она лично устроила наш брак с Конном. Он - ее любимец.

Так-то лучше, подумал Кевен. Мнимое участие Конна в заговоре против Елизаветы Тюдор покажется вдвойне предательским в силу того обстоятельства, что он был ее любимцем.

– Когда, - хихикнув продолжала Эйден, - из-за безудержной природной несдержанности Конна его должны были отослать от двора, королева сделала его наказание более приятным, женив его на мне. Она сказала ему, что были и такие, кто вряд ли счел бы ее слишком жестокой, ведь она женила его на богатой наследнице.

Конн засмеялся.

– Кевен, вы слышали, что бывают сопротивляющиеся невесты? Ну, так я был сопротивляющимся женихом.
– Он обнял Эйден.
– Каким же я был глупцом, но откуда мне было тогда знать, что я влюблюсь в эту ведьму?

Эйден с нежностью посмотрела на мужа.

– Другое меня бы не устроило, милорд, - мягко сказала она.

– За что вас отослали от двора?
– спросил Кевен, гадая, могут ли эти сведения помочь ему в его заговоре.

– За то, что он путался со слишком многими дамами сразу, - озорно сказала Эйден.
– С матерью, двумя ее дочерьми и женой посла!

– Со всеми сразу?
– У Кевена захватило дух от удивления и восхищения.

Как бы Конну ни хотелось, чтобы Кевен остался в недоумении по этому поводу, промолчать он не мог.

– В течение нескольких дней, - сказал он, а Эйден хихикнула.

Кевен хмыкнул в ответ, но в уме у него уже почти сложился план действий. Конн раздосадован тем, что Елизавета Тюдор отослала его от двора и заставила насильно жениться. Конн воспитан в лоне святой католической церкви и внезапно понимает, что королева незаконнорожденная. Конн жаждет отмщения за себя и в то же время помогает посадить на трон законную королеву-католичку, Марию Шотландскую. План был великолепен, и единственное, что ему оставалось делать, это сдерживать свое ликование. При таком раскладе испанский заговор не мог не достичь цели.

Лондон находился в нескольких днях пути от Перрок-Ройял, и Кевен Фитцджеральд снова был потрясен всем увиденным. Поля были зелеными и плодородными, города казались процветающими. На своем пути они останавливались на чистых, уютных постоялых дворах, где лорда и леди Блисс и их спутников приветливо принимали. Комнаты, предоставляемые им, были просторными и чистыми, еда была самой лучшей из всего, что могла предложить Англия. Кевен видел, что в стране царят мир и довольство. Это было то, чего он сам не чувствовал ни разу за всю свою жизнь, и внезапно он понял, что завидует Конну. Почему все это досталось одному из О'Малли, а не Фитцджеральду? Почему Эйден оказалась не его женой? Почему ее богатство не стало его богатством?

Неожиданно он совершенно ясно понял, что ему не хочется возвращаться в Ирландию. Он не хотел снова быть поставленным перед необходимостью унижаться перед своим двоюродным братом Тайненом для того, чтобы обеспечить себе просто возможность выживания. Он хотел иметь жену и семью, то, чего долго не мог себе позволить. Он не хотел, чтобы его существование зависело от других. Он хотел быть хозяином самому себе, а имея Эйден в качестве жены, он мог бы позволить себе самостоятельность. Он никогда по-настоящему не понимал политической жизни Ирландии. Он был слишком занят борьбой за выживание, чтобы тратить время на патриотические чувства. Ему было совершенно наплевать на то, что будет с Ирландией и Фитцджеральдами. Он хотел одного - стать самостоятельным человеком с удобной женой.

Конн и Эйден расстались с Кевеном в Гринвуде и проводили его в дальнейший путь, высказав добрые пожелания и помахав руками на прощание. Потом, когда их кареты повернули на подъездную аллею к дому, Конн глубоко вздохнул.

– Слава Господу, что он убрался!
– сказал он с чувством.

– Конн! Он же мой кузен!

– Он ублюдок, прижитый от брата твоего деда, и мне он не нравится, Эйден. Конечно, он был достаточно любезен, но я ни на минуту не поверю, что он оказался в Англии по делам, связанным с управлением поместьем твоего деда! Ты даже не знаешь наверняка, жив ли старик, милая. Все, что у тебя есть, это слова твоего кузена Кевена. Но если он жив и любит твоего кузена, тогда почему старик не прислал тебе личное письмо, которое мог бы написать священник?

– Тогда зачем Кевену нужно утруждать себя и приезжать к нам?
– раздраженно спросила она.

– Кто знает! Возможно, для того, чтобы по крайней мере пожить за наш счет несколько недель. Более серьезных причин не могу себе представить.

– Ты подозрительный человек, Коня, и я никогда не знала этого, - сказала Эйден.

– В Ирландии приходится быть подозрительным, потому что вчерашний друг сегодня может оказаться врагом. Не забывай, что, не считая последних четырех лет, вся моя жизнь прошла в Ирландии. У меня есть нюх на смутьянов, а Кевен Фитцджеральд из таких.
– Наклонившись, он быстро поцеловал ее.
– Не раздражай меня, милая. Мы приехали в Лондон, чтобы увидеть, простила ли меня королева, и чтобы ты могла поважничать перед другими девчонками, жаль, что мы не можем объявить о твоей беременности, но думаю, что теперь ждать осталось недолго.

– Но я беременна, - спокойно сказала Эйден.

– Что?
– Он пересел на противоположное сиденье кареты и посмотрел ей в лицо.
– У тебя будет ребенок? Ты уверена?
– Его глаза загорелись от счастья и даже увлажнились от нахлынувших чувств.

– Сначала сомневалась и хотела подождать, пока буду совершенно уверена. Сейчас я уверена, что понесла в первый день мая. Ребенок родится следующей зимой, Конн.

– Мы немедленно разворачиваемся и уезжаем домой, - объявил Конн.
– Лондон летом ужасен, и я никогда не прощу себе, если вспыхнет чума, и ты заразишься.

Эйден весело засмеялась.

– Не дури, Конн! Для чумы слишком рано, и в июне еще достаточно прохладно. Это великолепная возможность снова обрести благосклонность королевы. Если она согласится встретиться с нами, а я знаю, что она согласится, мы выскажем ей нашу признательность, расскажем, как мы счастливы и что у нас будет ребенок. Ей будет приятно узнать об этом, и мы попросим ее быть крестной матерью нашего ребенка! Если даже она еще таит обиду на тебя, она простит, услышав наши новости. Мы также сообщим ей, что собираемся немедленно вернуться в Перрок-Ройял и что мы приехали в Лондон поделиться с ней новостями. Королева в душе очень чувствительная женщина, Конн, Ты знаешь об этом.