Чтение онлайн

– Пошли, отец, - сказал он, - вечереет, а нам еще надо доехать до дома. Он взял старика за руку и повел к двери.

– Верните мне моих лошадей!
– крикнула им вслед Эйден.

Имон повернулся к ней.

– Мы привели их с собой, но если я отдам их тебе, некоторым моим людям придется идти пешком до Балликойлла.

– Если я могла пешком пройти этот путь, дядюшка, значит, и ваши мужчины смогут сделать это. Оставьте моих лошадей в конюшне лорда Глинна.

– Ты бессердечная женщина, Эйден Сен-Мишель, - сказал он.

– Это у меня от ирландцев, дядюшка, - ответила она и потом бесстрастно смотрела, как он выводит ее деда из Большого зала замка Глиншеннон. Роган Фитцджеральд шел ссутулившись, низко опустив голову.

– Прощай, дедушка!
– крикнула она, но, замешкавшись на минуту, он все же не обернулся и вышел из двери.

Вместе с уходом Фитцджеральдов исчезло напряжение, присутствующее в комнате. Генри Стерминстер, лорд Глинн, улыбнулся своим гостям и сказал:

– Вы все, конечно, переночуете у меня? Они кивнули в знак согласия.

– Повар лорда Глинна - великий мастер, - с воодушевлением сказала Эйден. Я только один раз ела приготовленные им кушанья, но у меня слюнки текут, когда я думаю о следующей трапезе.

– Не понимаю, как вы можете быть голодной после такого обильного завтрака, - восхищенно сказал лорд Глинн.

– У Эйден чудовищный аппетит, - гордо улыбаясь, объявил ее муж, - и она никогда ни на фунт не толстеет.

В зале снова появились слуги. Они суетились, готовя стол для вечерней трапезы. Гостям дали по огромному кубку с вином, и они стоя грелись у камина, потому что летний день был прохладным после прошедшей бури.

– Как удачно получилось, святой отец, что вы знали о том, что священник Беде еще не отлучен от римской церкви, - сказал лорд Глинн.

– Я не знаю этого, - спокойно сказал Майкл О'Малли, и его яркие голубые глаза озорно блеснули на румяном лице.

Лорд Глинн от удивления открыл рот, потом ахнул и произнес:

– Но вы сказали...

– Я отлично помню, что я сказал, и я сам определю себе суровое наказание за свою ложь, можете быть в этом уверены, милорд. Однако мое своевременное утверждение на самом деле помогло разрешить наши трудности, разве это не так? Роган и Имон Фитцджеральды находятся на пути в Балликойлл, и они навсегда исчезнут из жизни моего брата и Эйден. Когда мой брат шесть лет назад вместе с моей сестрой уехал в Англию, он сделал такой шаг, руководствуясь желанием устроить свою жизнь. Он был самым младшим сыном в семье, и в Ирландии ему не на что было надеяться, поэтому я не могу не согласиться с его решением. В настоящее время Елизавета Тюдор является королевой Англии, Ирландии и Уэльса. Конн доказал ей свою преданность и, сделав это, никогда не изменял ей. Он служил в личной гвардии королевы, он согласился взять в жены девушку, выбранную для него королевой. Конн О'Малли, прошу прощения, братец, Конн Сен-Мишель, лорд Блисс, преданный королеве человек, так же как и его жена-англичанка. Их венчание, на котором присутствовала сама королева и которое проводил ее личный капеллан в ее освященной часовне, имеет законную силу и для них, и для всех верноподданных королевы. Потребовались бы месяцы на то, чтобы разрешить это проклятое дело, поэтому я решил принять решение сам. Однако я знаю, что и мать Конна, и я сам были бы очень довольны, если бы мой брат и его жена согласились, чтобы я обвенчал их по обряду церкви, к которой они принадлежали по рождению. В этом случае не возникало бы никаких сомнений, не так ли?

– Но мы уже женаты, Майкл, - упрямо сказал Конн.

– Я знаю это, - ответил его старший брат.
– По всей вероятности, этот брак и в самом деле имеет силу в глазах католической церкви. Но чтобы раз и навсегда исключить все сомнения в законности вашего с Эйден союза, уважь мою просьбу, брат.

– А почему бы и нет, Конн?
– со смехом спросила Эйден.
– В конце концов, разве сейчас мы в каком-то смысле не начинаем все сначала?

– Я считаю законным наш брак во дворце Гринвич, - сказал он.
– И я никогда не думал, что он может считаться недействительным.

– И я так не думала, Конн, любовь моя, но ведь никакого греха не будет, если мы выполним эту просьбу. Он забрал в ладони ее лицо и вгляделся в серые глаза.

– Тебе это будет приятно?

– Это будет приятно твоей матери, - улыбаясь, ответила она.
– И поскольку мы находимся так близко от Иннисфаны, Конн, было бы неловко, если бы мы не показали Валентину ее бабушке. Я хочу, чтобы твоя мать была довольна нами, Конн. Если венчание поможет этому, я согласна. Я не сомневаюсь в том, что наш брак, состоявшийся два с половиной года назад, действителен, но я хочу, чтобы ни один человек не имел права хулить наш союз. От этого зависит будущее наших сыновей.

Он быстро поцеловал ее в губы и, посмотрев на Майкла, сказал:

– Ну ладно, только проводи церемонию здесь, у огня.

– На виду у всех слуг, которые будут любопытничать и сплетничать?
– сказал Майкл О'Малли.
– Не пойдет, Конн. Ты же не хочешь, чтобы обо мне как о священнике плохо думали?

– Идите за мной, - произнес лорд Глинн, прежде чем братья успели сказать еще что-то.

Они пошли за ним до конца широкого коридора. Открыв двойные двери, лорд Глинн ввел их в маленькую часовню.

Они оказались перед резным позолоченным деревянным алтарем, покрытым искусно вышитой полотняной пеленой. Лорд Глинн подошел к алтарю и от горящей лампады зажег тонкие свечи в золотом канделябре. Свечи из пчелиного воска осветили комнату мягким светом, который слился со светом заходящего солнца, проникающего через алые, синие, золотистые, изумрудно-зеленые и аметистовые стекла окон, расположенных по обе стороны от алтаря.

Майкл О'Малли преклонил колени перед алтарем и стал молиться. Потом встал и посмотрел на брата и Эйден. Лорд Глинн был свидетелем бракосочетания. Набрав в легкие побольше воздуха, епископ произнес своим звучным голосом:

– Возлюбленные мои, мы собрались здесь перед лицом Господа и здесь присутствующих, чтобы соединить в святом браке этого мужчину и эту женщину...

Эпилог

Апрель, 1581 год

– Если они не прекратят орать и колотить, я начну визжать, - раздраженно сказала Эйден Сен-Мишель.

– Дом нужно расширять, - сказала Скай, - ни одна из спален не подходит для детской. Валентина в своем годовалом возрасте уже так осмелела, что я все время боюсь, как бы она не свалилась с лестницы. Она постоянно удирает от Нен.

– Только потому, что Нен больше интересуется Херри Билом, - усмехнулась Эйден.
– Я знала, что именно так и будет, даже когда мы еще не уехали с Иннисфаны. Поговаривают, что они собираются пожениться на Михайлов день, если мы разрешим им, и, видит Бог, я очень хочу этого. Нен заслуживает капельку счастья.

– Я люблю, когда мои слуги женятся, - сказала Скай.
– Это заставляет их остепениться.

– Это заставляет остепениться всех нас, - сказала Эйден со смехом, - а некоторых из нас особенно.
– Она погладила свой вздувшийся живот.
– О, Скай, как ты думаешь, успеем мы достроить новое крыло до рождения ребенка?

– У нас есть еще месяц, - успокаивающе сказала Скай.

– Не знаю, - сказала Эйден.
– Посмотри на меня. Я так раздулась: похоже, я в любую минуту могу взорваться. И мне все время неудобно. С Валентиной было не так. Я так радуюсь, что твоя сестра Эйбхлин приехала из Ирландии, чтобы побыть со мной.

– Валентину ты родила легко и без ее помощи, - спокойно сказала Скай.

– На этот раз все по-другому, - твердо сказала Эйден.
– Совершенно по-другому.

– Когда ты носила Валентину, ты была уверена, что родишь девочку, сказала Скай, пытаясь отвлечь невестку от мрачных мыслей.
– Что ты думаешь об этом ребенке?