Любовь начинается с боли
Шрифт:
Все трое, как по команде, повернулись к отцу Иоанну.
– Всеволод.
– Протянув руку, представился Змей.
– Отец Иоанн.
– Окинул взглядом его отец Иоанн, и пожал тому руку.
Наташа переводила взгляд с одного на другого. Но когда Змей сделал шаг в ее сторону, она непроизвольно попятилась и едва не наткнулась спиной на кандил. Змей среагировал мгновенно, схватив девушку за руку и потянув на себя. Но от резкого движения, поясницу пронзила дикая боль и мужчина не удержавшись, буквально повис на стоящей в его объятиях девушке.
Секунда. Вдох. Удар. Тишина. Оба, затаив дыхание, застыли, сбитые с толку произошедшим. Наташа во все глаза смотрела на Змея, боясь пошевелиться. Он же, в свою очередь, наслаждался моментом близости ее тела, моля бога, чтобы он продлился дольше.
– Господи, Наташа. Осторожнее нужно, деточка. Хорошо, что Всеволод успел тебя поймать.
– Покачал головой отец Иоанн, разряжая накалившуюся обстановку. Наташа отступила в сторону и Змею ничего не оставалось, как отпустить ее.
– Я…Простите, отец Иоанн, я пожалуй пойду.
– Промямлила Наташа и почти бегом направилась к выходу.
– Замятина! Бог мой, служба же еще не окончена!
– Попытался остановить ее священник, но девушка не оглядываясь, вышла из храма.
– Извините за все это. Но нам тоже пора.
– Змей смотрел в след удаляющейся Наташе, которая снова убегала от него.
– Но как же…Это ж…Да что же это такое твориться то!
– Нахмурил брови священник. Змей перевел взгляд на дверь, а затем снова посмотрел на дверь, за которой скрылась Наташа. Сжав челюсть, он глубоко вдохнул и еле заметно повел головой.
– Лы…Толя, догони ее. А мы тут с отцом Иоанном обсудим кое-что.
Наташа бежала прочь от церкви, хотя понимала, что это бесполезно. Он все равно найдет ее. Теперь, когда он знает, что она здесь…Ей осталось только смириться с этим. Добежав до калитки дома бабы Кати, она опустилась на скамейку и обняв себя, закрыла глаза. Ее трясло. Не от холода, от ощущений, что вызвало прикосновение Змея.
– Замятина значит?
– Раздалось рядом, и лавка прогнулась под весом мужского тела.
– Он все еще мой муж.
– Не открывая глаз, ответила Наташа.
– Извини, что подумала, что это ты рассказал ему.
– Да ладно.
– Отмахнулся Толян и сняв с себя толстовку, накинул ей на плечи - Замерзла?
Девушка отрицательно покачала головой.
– Зачем он здесь?
– Купил.
– Что купил?
– Все. Здесь все купил.
– В каком смысле?
– Да в прямом. Деревеньку вашу председатель под молоток пустил. Змей и купил.
– Как это? Земля же государственная.
– Наташа в шоке смотрела на Толю, не веря в его слова.
– Натка, ты как с луны упала. Нет в этом мире ничего государственного. Все покупается и продается. Владелец тот, у кого бабки в кармане шелестят.
– А мы…Как же мы?
– А что вы? Все останется как есть.
– Пожал плечами Толян.
– Змей, правда, открыть тут че-то хотел. Ну это так, пока, в планах.
Наташа покачала головой. Надо же, он просто купил ее. Сначала похитил, а теперь вот купил.
– Ты это, зря убежала. Он теперь все равно придет. Этот, инстинкт хищника.
Наташа нервно засмеялась. Хищник. Он хищник, а она его жертва. Как все точно подмечено.
– Ты чего? Ты это брось, нафиг. Я ваши истерики на дух не переношу. Лерка во как достала за последний месяц со своими перепадами настроения.
– Как она?
– Услышав имя подруги, Наташа не смогла сдержать слезы.
– Да не реви ты! Дуреха. Все с котенком чики-пуки. Вот такое пузо. Ходит как пингвиненок, и жует постоянно.
– Толян улыбнулся, видимо представляя Леру.
– Пацан у нас будет.
– УЗИ делали?
– Сквозь слезы, улыбнулась Наташа. Она была рада за подругу и безумно хотела ее увидеть. Ей столько хотелось рассказать Лере. Но еще больше, ей хотелось ее просто обнять и посидеть с ней в тишине. Просто почувствовать, что рядом кто-то, кто тебя любит.
– Не, не делали. Это я так говорю. Лерок то девчонку хочет. Мазюльки какие-то цветочные рисует. Всю комнату завешала уже. У меня уже у самого от этой розово-ванильной херни токсикоз прет. Куда не взглянешь цветочки-лепесточки, слоники и зайчики.
Наташа захохотала, представив комнату Толяна с минимальным количеством мебели, с пола до потолка завешанную рисунками Валерии.
– Она, видите ли, на каком-то форуме прочитала, что живопись благотворно влияет на развитие малыша. А то, что от этих мазюлек у меня крышняк сносит, там ни слова.
Не смотря на всю браваду, голос Толяна был наполнен нежностью к своей жене. На лице была радостная улыбка, а глаза светились счастьем. Наташа откровенно завидовала подруге. Ведь у нее есть любимый мужчина и скоро будет малыш. А вот у нее его уже никогда не будет. Нет, дети, конечно же будут, но того, первого уже никогда.
– Это че енто за хахаль тут с тобой? Батюшки святы, огромный то какой.
– Раздалось за их спинами.
– Баба Кать, это Толя, мой друг из города. Толя, это баба Катя, моя…бабушка.
– Представила их друг другу Наташа.
– Друг? Какой такой друг? Столько времени не было никаких друзей, а тут вдруг на те, возьмите, появился. Пошлите-ка в дом, голубчики, там мне и расскажете, что это за дружба у вас такая. Ты только это, Толя, выдохни, да голову в плечи втяни, а то косяки мне все посшибаешь своими ручищами, кто ж делать то потом будет.
Толян улыбнулся и поднялся со скамейки. Наташа же не спешила, то и дело поглядывая на тропинку.
– Пошли, Натка. Не придет он пока. Не дурак, понимает, что тебе свыкнуться надо.
Наташа кивнула, и медленно поднялась, понимая, что все это время ждала его, своего хищника.
– Это он, городской твой?
– Баба Катя сурово смотрела на входную дверь, за которую только что вышел Толян.
– Нет, это его друг.
– Жалко. Мужик то красивый, большой, сильный. Тебе именно такого и надобно.
Наташа усмехнулась этой мысли, но тут вспомнила про Змея, и улыбка пропала с ее лица.
– Он меня нашел.
– Тихо сказала она, тяжело вздохнув.
– Вот и правильно. Хорошо, что нашел. Давно уже пора вам поговорить. Выяснить, почему он дитятю убил.