Любовь напоказ
Шрифт:
– Этого мужчину мягким не назовёшь. У меня не так много вариантов: продолжать барахтаться или смириться.
– Я так понимаю, для тебя второе неприемлемо, – спросил Артемьев, слегка наклонив голову.
– Правильно понимаешь, – улыбнулась ему девушка, глядя в глаза.
Улыбка вышла недоброй. Она сулила много проблем и головной боли, но при этом заражала Артемьева каким-то нездоровым куражом.
– Так для чего эта свадьба? Почему не взбунтоваться разу? – всё ещё не до конца понимал ситуацию Максим.
– У меня сейчас нет всех ресурсов для бунта. Мои связи по-прежнему слишком слабы, слишком неустойчивы. Мне нужен этот год, чтобы окрепнуть. Он мне нужен для того, чтобы у меня появилась хоть крошечная надежда на победу. Я не тешу себя мечтами доказать ему что-то, нет. Я просто хочу, чтобы он оставил меня в покое. Отец намекнул мне, что всё, чем я владею в России и Европе полностью под его контролем. Мои осторожные проверки подтвердили его слова.
– Твою мать, и во что ты меня втянула! – воскликнул парень, бросая салфетку на стол.
Лера задумчиво рисовала узоры на запотевшем стекле большого стакана с коктейлем.
– Не волнуйся, дорогой, твой зад не пострадает, – проговорила она тихо, явно погружённая в свои планы. – Наверное…
– Что значит, наверное? – недовольно переспросил Артемьев.
Лера пожала плечами и ничего не ответила.
– У тебя всё равно нет выбора. Раз уж он избрал тебя в свои новые марионетки, вариантов у тебя нет совсем. Но если я смогу исчезнуть, свалишь всё на меня и останешься чистеньким. Скорее всего, весь праведный гнев будет сконцентрирован на мне.
– Ох, не нравится мне всё это…
Глава 5. Помолвка
– Хм… – протянул Макс, подпирая кулаком подбородок и задумчиво скользя по девушке взглядом.
– Что? – раздражённо спросила она.
– Хм…
– Ты скажешь что-нибудь внятное? Нам спускаться уже надо, – выразила Лера более явно своё недовольство.
– Я думаю, – ответил Артемьев тихо.
– Боже, о чём? Оно отлично подходит, и галстук твой в тон!
– Оно не слишком открытое? – выдал свою гениальную мысль Артемьев.
Девушка повернулась у зеркала, разглядывая красивую фигуру в нежном сиреневом платье. Неглубокий вырез лодочкой, юбка чуть выше колена, если только голые плечи… Но кто сейчас назовёт такой наряд откровенным?
– Чёрт, да это самое скромное платье, которое я когда-либо надевала. Ты издеваешься?
– Твой будущий муж – невинный мужчина, – без тени улыбки ответил Максим.
Лера прыснула, глядя в наглые самодовольные глаза человека, пытавшегося состроить мину великого скромника.
– И? – сквозь сдерживаемый смех, спросила она.
– Значит, и моя невеста должна быть целомудренной.
– С чего вдруг? – удивилась девушка. – Нет уж, это самое скромное платье, на которое я согласна.
– Может…
– Нет, – отрезала Лера, – и хватит строить из себя ханжу. Уж мне-то можно не врать!
Макс появился рядом с ней в отражении, и на мгновение они оба замолчали, пристально вглядываясь в зеркальную поверхность. Лера была права, поверх чёрной рубашки сиреневой змейкой блестел тонкий, изящный галстук, почти того же тона что и платье.
– Всё же, мы отлично смотримся вместе, – самодовольно заявил Артемьев.
– Это да, – протянула девушка задумчиво, – разглядывая широкие плечи, красиво обтянутые мягкой тканью.
Жених зашёл ей за спину и его руки легли на талию так привычно по-хозяйски, что Лера на секунду даже растерялась. В отражении она видела, как мужчина наклоняется к её шее и целует, затем плечо. Места, где кожи касались губы, едва заметно покалывало, а под ложечкой засосало.
– Что ты задумал? – чуть слышно спросила она, чувствуя неладное.
Макс то и дело бросал на неё похотливые взгляды, но так откровенно не действовал.
– Там журналисты, – отозвался он ей на ухо. – Дадим им повод для в меру романтичной статьи?
Лера тоже запоздало заметила едва заметное мельтешение теней у выхода.
– Ты же невинный мужчина, – усмехнулась она, кладя свои руки поверх его.
– Ну, я скажу, что ты меня совратила и всё такое, – невозмутимо пробормотал он, глубоко вдыхая запах её волос. – Мне поверят, абсолютно точно. Можешь даже не сомневаться. Ты та ещё развратница, это у тебя на лбу написано.
– Эй, – шикнула девушка, резко разворачиваясь к нему лицом и ударила ладонью по плечу. – Ты редкостный засранец.
– Не могу с тобой не согласиться, дорогая, – пропел ей Артемьев как раз в тот момент, когда в комнату вошёл кто-то из организаторов.
– Прошу прощения, – смущённо потупив взор, сказал молодой человек, не поднимая глаз на обнимающуюся парочку. – Уже пора спускаться, ведущий готов, и гости ждут.
Максим, смерив его недовольным взглядом, махнул рукой, давая понять, что тот может быть свободен. Он снова посмотрел на невесту уже без мутной пелены, но с чуткостью, которой могли позавидовать многие психологи.
– Ну вот нам и пора, – проговорил Артемьев совсем тихо и, отстранившись, подставил ей локоть.
Девушка, молча, взяла жениха под руку и, глубоко вдохнув, сделал шаг к дверям.
– Не стоит так нервничать, ведь я же рядом, – сказал мужчина ободряюще.
– Вот поэтому я и нервничаю, – отозвалась она. – Как бы ты чего не учудил.
– С чего такая подозрительность? – обиженно протянул Максим, двигаясь вперёд.
Звук их шагов скрывала мягкая ковровая дорожка, идущая до самой лестницы.
– Ты сегодня себя слишком хорошо вёл, – отозвалась она.
– Может, я хочу подарок на Новый год от Санты, – дёрнул он плечами.
– Это ещё очень нескоро, – отозвалась Лера.
– Значит, у меня ещё уйма времени на хорошие поступки, – продолжал вести странную беседу Артемьев, когда они уже остановились у верхней ступеньки большой парадной лестницы. Засверкали вспышки, защёлкали затворы камер. Внизу действительно собралось очень много народа. Между небольших, круглых столиков, покрытых белыми скатертями, сновали выхолощенные официанты и разодетые гости. Все общались, выпивали, все друг друга знали. Со стороны невесты людей было мало и те, всё больше коллеги. Лера не имела привычки обзаводиться друзьями, слишком часто они разочаровывали её в молодости. Звёзды мешались с репортёрами, причём последние так и норовили взять у кого-нибудь ненароком интервью.