Чтение онлайн

Позавтракав, я решил отправиться на небольшую прогулку, надеясь встретить Катю и узнать, что у неё за “планы на потом”, а затем всё же хотел пойти к себе в номер и лечь спать. Я реально чувствовал себя ужасно сонным.

И вот около десяти утра я повернул в аллею, что находилась рядом со спортивным комплексом. Я подумал, что стоит зайти посмотреть на тренажёрный зал, про который мне вчера рассказывала Катя.

Каково же было моё удивление, когда перед спортивным центром я увидел, среди играющих на улице, скорее всего в шахматы или шашки, пожилых людей, Катю. Она сидела ко мне боком, за крайним столом. Подол её тонкого свободного сарафана развевал легкий ветер. Вспомнилось как сегодня увидел её в этом абсолютно не подчеркивающим фигуру элементе одежды, но мне наоборот это показалось очень красивым и завораживающим. Особенно как он подчеркивал её изящные, гладкие, и такие нежные на ощупь плечи, делая акцент на них, как на наиболее открытом участке тела, не считая её стройных ног и прекрасных рук…

Забыв про сон, я бодрым шагом направился к столам. Играли в итоге в шахматы. Я в детстве очень любил эту игру. Мы с папой иногда по-прежнему могли сыграть партию-другую.

Я подошёл к Катиному столу, но она меня не заметила, оценивая свои позиции на поле, которые, к слову сказать, были очень даже неплохими. Сидящий напротив старик нервно хрустел костяшками пальцев и постоянно елозил на стуле. Не знаю, как Катю это не выводило из себя.

– Шах и мат, Алексей Олегович, – сказала она через некоторое время, походив конём, расположение которого я даже не приметил сначала. – Извините меня, пожалуйста! – она смутилась своему успеху, так как её светлое лицо вдруг стало на пару оттенков розовее.

Оппонент внимательно осмотрел поле, рисуя пальцем в воздухе Катин ход.

– Что ты, Катенька! – сказал, как видимо, Алексей Олегович, улыбаясь ровными, но явно вставными зубами. – Это была прекрасная партия! Мне не стыдно проиграть такому достойному противнику!

Они встали и пожали друг другу руки. Тут Катя заметила меня и покраснела ещё больше.

– Привет! – сказала она тихо. – Ты тут давно уже стоишь?

– Достаточно, чтобы насладиться твоей победой. Выигрываешь турнир? – спросил я с улыбкой, приподняв бровь.

Хотя вообще-то я был в восторге узнать, что она ещё и в шахматы играет.

– Нет, что ты! – махнула она рукой, усмехнувшись. А потом заговорщическим шепотом добавила, оглядываясь по сторонам, – Это стол для лузеров. Я вылетела из турнирной таблицы в прошлой партии. Теперь страна не узнает меня в качестве победителя августовского шахматного турнира пансионата "Сосновка" этого года, – сказала она, в шутку смахнув со лба пот и выдохнув.

– Может, мы с тобой сыграем?

– Давай, у нас пока время есть, – ответила она, посмотрев на свои наручные часы.

Я не стал уточнять про "пока есть время". Что-то мне подсказывало, что у неё могли уже быть планы и на "потом-потом", а мне не очень хотелось сейчас об этом узнавать.

– Давай сыграем на… что-нибудь? – спросил я, усаживаясь за стол напротив неё.

– Как, например, на… – медленно проговорила она, с хитринкой во взоре, ожидая моего ответа.

– На поцелуй, например? – я самоуверенно ей улыбнулся.

Но вопреки моим ожиданиям она лишь закатила глаза от невыразимой глупости мною сказанного. Блин, это было неверным предложением.

– Может ты хочешь, чтобы я поцеловала тебя в случае твоей победы, а ты поцеловал меня в случае моей, или наоборот? – она прыснула от смеха.

Я бы не отказался, чего уж там. Но надо было признать, что этот шаг я как следует не продумал.

– Играть надо либо на интерес, либо на выгоду, – продолжила она с видом бывалого игрока-картёжника, не меньше.

Это выглядело очень мило, учитывая то, что она, скорее всего, никогда не играла на деньги.

– А на что ты тогда хочешь играть? – спросил я, всё ещё умиляясь ей.

– Я предпочитаю классику. Только получение максимально возможной личной материальной выгоды безо всякой там сопливой лирики, – серьезно сказала Катя. А я улыбался тому, что это исходило из уст человека, который, видимо, битый час резался в шахматы с пенсионерами, пока я не пришёл. – Если выигрываю я, ты покупаешь мне мороженое. А если ты…

– То мы идём гулять, и я угощаю тебя мороженым, – закончил я за неё.

Она на мгновение замешкалась, а потом, улыбнувшись, сказала:

– Было бы очень нелогично с моей стороны не согласиться. Давай!

Я играл за чёрных, было интересно, какой дебют (начальную стадию шахматной партии) она выберет, чтобы я мог обеспечить себе достойную победу. В итоге у нас была итальянская партия, где я удачно воплотил Берлинскую защиту, и достаточно скоро я вынужден был сказать:

– Шах и мат, милая Катерина. Ты забыла, что у меня был еще слон, которому не терпелось добраться до твоего короля, – сказал я, встав и победно кланяясь, выслушивая воображаемые овации.

Катя сидела с раскрытым ртом, пытаясь осознать, как и что произошло.

– Ты мне мат за пять минут поставил… Как… Где… Почему…– она точно была впечатлена и не знала, что и сказать.

Я протянул ей руку для финального рукопожатия. Пока она вставала и протягивала руку, я добавил:

– Ничего страшного, Катенька, это была отличная партия! Мы все что-нибудь забываем. Ты забыла про слона, а я забыл сказать тебе, что являлся обладателем первого разряда по шахматам, – я широко улыбнулся, а Катя, чья рука уже почти была в моей, шлепнула по моей ладони.

– Такую информацию сообщают перед тем, как играть на спор, – строго сказала она. Но потом засмеялась и всё же пожала мою руку.

Я хотел сразу отправиться на выигранную прогулку, но Катя сказала, что она должна помочь организатору, старичку, который вручил главный приз другому старичку. Потом мы помогли всё сложить и отнести в спортивный центр. В конце все мило друг с другом попрощались, как со старыми друзьями. Катя почти всех знала по имени-отчеству. Я их и по именам бы не запомнил. Наверное, можно было начать подозревать у неё признаки гениальности. Но очевиднее всего было то, что она была очень дружелюбной и вежливой.

Моя бабушка пришла бы от неё в восторг. Мне на мгновение представилось, что мы с Катей поехали бы вместе в Москву знакомиться с ней, и мне стало радостно от одной такой призрачной мысли.

И вот, наконец, мы пошли в сторону пляжа.

– Дим, ты не против, если я забегу в номер за пледом, на котором мы могли бы посидеть на пляже, если все лежаки будут заняты?

– Я только за, отличная идея! – сказал я, вспомнив, что у меня с собой не было денег на мороженое, поэтому мне тоже надо было зайти к себе в номер.