Чтение онлайн

Я осмотрелся. Поблизости никого не было. Ещё бы. Сегодня на рынке ажиотаж, прибыли покупатели из крупных городов. Часть дня я провел на рынке, продав большую часть заготовленного улова. Пока меня не сменила старуха Мираль. Даже с больной спиной и ногами она не желала потерять ни монеты, поэтому сама выходила торговать.

Быстро, насколько это было возможно, оттащил лодку на берег и побежал по мелкой гальке к тому месту, где видел мальчишку. Тело не слушалось. Тревога разрасталась. Надеялся, удача улыбнётся, и все обойдется. День же был таким хорошим. Кричать с большого расстояния было бесполезно, слишком сильно шумел ветер, чтобы можно было хоть что-то услышать. Приблизившись, попытался докричаться, но все без толку. Тогда я ступил на истончившийся лёд. Подросток не обращал на меня внимания, а я уже предчувствовал беду. В какой-то момент он, наконец, меня услышал. Но вместо того, чтобы остеречься и пойти навстречу, стал прыгать. Дурак! В мыслях я ругался последними словами.

На всякий случай отломил толстую сухую ветку с погибшего дерева.

— Ты провалишься! — воскликнул я. — Уходи оттуда!

Последнее, что я заметил, было самоуверенное лицо с наглой ухмылкой. На нем отчётливо читалось упрямство, превосходно, надменность. Только всё это в миг сменилось выражением полнейшего ужаса, когда лёд треснул и парень стал проваливаться. Не сразу ушел под воду, а рывками. Словно она ещё раздумывала, а нужен ли ей этот сумасшедший.

***

Дальше пришлось действовать быстро. Я бросился туда, где только что мелькнула светлая макушка. Парень пытался выбраться самостоятельно, но лёд с хрустом обламывался. Я упал на живот, и с безопасного расстояния протянул ветку.

— Хватайся! — крикнул, когда в очередной раз тот вынырнул из черной воды.

Дважды повторять не пришлось. Крепкие руки человека, который любой ценой желает выжить, ухватились за сухую древесину. Оставалось дело за малым. Вытянул на лёд и подал руку. Вывел на берег. Как только парень ощутил под ногами гальку, выражение паники и ужаса сменилось облегчением. Но тут же подоспел истерический смех. А ещё, несколько секунд спустя, его начало трясти.

— Далеко живёшь? — спросил я, когда смех стих и парень обхватил себя руками.

Даже промокший насквозь и едва не погибший, он пытался сохранять надменный вид. А может это уже отпечаток на всю жизнь. Под очередным порывом ледяного ветра его передёрнуло.

— Да, в другой стороне деревни, — сквозь стук зубов произнес он.

— Пойдем, я живу ближе.

Во мне кипела злость. Но я был рад, что всё обошлось.

Подошли к тому месту, где я оставил лодку. Перевернул ее вверх дном, привязал и оттащил подальше. Забрал порвавшуюся сеть, чтобы дома восстановить.

Шли молча. Парень не спешил благодарить. Да и не скажу, что я в этом нуждался. Жив, и ладно. Теперь его здоровье не моя забота. Парень бурчал себе под нос что-то неразборчивое. Изредка удавалось выловить из речи что-то вроде: дурацкий поселок, ужасные каникулы, плохие родители, слишком ледяная вода...

Я терпел. И все же, спустя несколько минут гневного пыхтения, не выдержал.

— Ты чем-то недоволен? Может, тогда к себе сразу пойдешь? Я устал слушать этот бред.

Он даже забыл, что дрожал. Остановился на размытой дороге, оглядел меня с ног до головы. Чему-то хмыкнул. Я пошел вперёд. Времени и настроения на гляделки не было. Признаться, я и сам пока отходил от шока. Не каждый день людей из-под воды вытаскиваешь. Да и замёрз вдобавок, что уж там.

— И это говорит мне деревенщина. Ты хоть знаешь, кто я? — спросил парень, догнав меня.

— Мне всё равно, — ответил я спокойно.

Поднял воротник, поежился. Ещё немного осталось. В доме печь теплая, дровами пахнет, похлёбка горячая. От мыслей о еде свело желудок. Ничего не ел со вчерашнего дня.

Кейн фыркнул, но ничего не ответил. Да и пыхтеть стал чуть тише. Остаток дороги молчали, пока не подошли к покосившемуся деревянному дому. Я предлагал старухе Мираль убрать испорченные бревна, заменить новыми, но она отказалась. "Мне помирать скоро, отведённое время проживу в своем доме" — заявила она на это.

— И ты тут живёшь, — с укором произнес парень.

— Оставайся на улице, — предложил я, открывая большим ключом тяжёлый навесной замок на воротах.

— Надеюсь, там хотя бы тепло.

Мы зашли внутрь, и я с наслаждением вдохнул теплый воздух. Пахло дровами, печью, свежей выпечкой. Значит, старуха напекла хлеба. Хороший день.

Холод, сковавший тело, отступал. Я кивнул на место у печи.

— Иди, грейся. Пока подыщу тебе вещи.

— И что-нибудь горячее, — вдогонку крикнул Кейн, когда я ушел в свою комнатушку.

Я мысленно покачал головой. Достал штаны и рубашку, теплый жилет. Должны подойти, у нас почти одинаковое телосложение. Вернулся в прихожую. Кейн почти касался руками горячей поверхности. Я положил вещи на лавку рядом с ним и ушел на маленькую кухню. Положил рыбной похлёбки, отрезал ещё горячий хлеб. Налил в потемневшие кружки травяной чай. И пусть только попробует возмутиться, отправлю без обеда, решил я.

***

Руки ещё покалывало после холодной воды, но в общем состояние улучшилось. Я сел в угол у окна и принялся за еду. Приглашать выскочку не собирался. Да и не пришлось, через несколько минут в проеме показалась светлая голова.

— А ты не похож на деревенщину, — заметил он и сел напротив.

Вещи на нем сидели свободно. Все же он оказался более худощавым. Впрочем, неудивительно. Мне явно приходилось больше работать.

— С чего такие выводы? — спросил я.

Даже любопытно стало.

— Говоришь и держишься иначе. Я тут не в первый раз, в этой деревне. Знаю, как местные ведут себя.

Я решил ничего не отвечать и продолжил трапезу. Кейн тоже принялся за еду. Надо отдать ему должное, больше он рта не раскрывал. Молча все съел и вновь ушел к печи.

Чтобы не терять времени зря, я убрал посуду и принялся чинить сеть. Где-то через час разбудил задремавшего Кейна и отправил домой.

— Старухе лучше не попадаться на глаза. Чужаков не терпит, — сообщил парню.

— Ещё бы. Совсем одичавшие все в этой дыре, — пробубнил он.— Я возьму твои вещи? Завтра верну.

Я кивнул. Не отправлять же в сырой одежде. Уже уходя, пусть и невнятно, но Кейн всё же поблагодарил за помощь.

Через день на скамейке возле дома я обнаружил свёрток с моими вещами и рядом с ним пару новеньких теплых ботинок. Видимо, благодарность от Кейна. Такая обувь мне была не нужна, поэтому я продал их на рынке парням, что уже бегали на свидания, а вырученные деньги отложил, отдав часть старухе.

Как выяснилось позднее, Кейн всё же слег с воспалением лёгких, и заботливые родители забрали его обратно в столицу. Той весной его я больше не видел.

Глава 18.

— Вот это да. Даже не верится, что ты жил в таком месте. И вся эта история... Это ведь ещё не конец? — озвучила я крутившиеся в голове мысли.

— Это только начало. Жить мне пришлось в разных местах. У Мираль было сносно. Если бы не её скверный характер, жизнь в той деревне можно было бы даже назвать славной.

— Да уж. А этот Кейн не изменился. Я могу лишь позавидовать твоему терпению. И как бы это страшно и неправильно не звучало, мне даже немного жаль, что ты оказался в тот день на берегу. Знаю-знаю, так нельзя говорить, но... Я слишком зла на него.