Любовь (не) зависимость
Шрифт:
Когда вынырнул из полуобморочного тумана, и картинка перед глазами перестала прыгать, прислушался к ощущениям. Боль прошла, оставив после себя усталость. Ещё есть хотелось очень. И я не знал, что делать дальше. Как жить с этим существом в моей голове? Как добраться до столицы, до моего дома? И где найти еду?
— Обо мне не беспокойся, — услышал дракон мои мысли. — В вашем мире мы слабы, поэтому ты редко будешь меня слышать. Также я не могу показываться на глаза посторонним, а ты не должен рассказывать обо мне. Если пойдут слухи, и все будут знать о том, что ты связан с драконом, меня могут отправить обратно, а ты вновь станешь калекой. Или погибнешь.
Также он рассказал, что иногда я должен отпускать его полетать, развеяться. Точнее, не препятствовать этому.
— Так, может, ты тогда и долетишь до моего дома? Зачем мне тратить силы и время, если ты сам можешь это сделать? — спросил я с энтузиазмом.
— К сожалению, я не могу этого сделать. Слишком большое расстояние. Мне придется долго восстанавливаться после. И тогда ты не сможешь ходить.
— Значит, мои раны заживают только благодаря тебе? — спросил я расстроенно.
— Да. Если потрачу слишком много сил, ты вновь перестанешь двигаться, и неизвестно, когда сможешь делать это вновь. Порой, дракону в мире людей для восстановления сил может понадобиться неделя, а то и месяц.
— До чего же всё сложно... И как же мне быть? Что делать?
Дракон снова вздохнул.
— Попробуй снова найти подработку. Возможно, на другом лайнере тебе улыбнется удача.
— Да-да. Или снова сломают рёбра, — проворчал я.
Несмотря на жуткий голод, вскоре меня сморил сон.
После многочисленных попыток, побоев и неудач, я все же смог накопить на поездку. Пришлось перетерпеть многое и потратить почти две недели. Ночевал, где попало, ел очень мало. К тому моменту, как в моих руках оказался долгожданный билет, многое изменилось. Как бы странно это ни звучало, но я повзрослел. Жизнь на улице сделала свое дело. Вот только в своих снах я постоянно видел родителей. Скучал по ним, звал. И с каждым днём всё больше сомневался, что смогу что-то сделать, если вернусь в город. Кому я там нужен? Скорее всего, мой родственник попытается избавиться от меня при первой же возможности.
Поэтому после того, как получилось переплыть море, я стал искать место, где можно будет остаться хотя бы на время. Приходилось скитаться, перебиваться мелкой, но тяжёлой работой. Кочевать из деревушки в деревушку, так как там было проще, чем в крупных городах. Люди будто добрее. А может, это только у меня так было. В итоге, спустя несколько лет такой жизни я попал к той самой старухе. И вскоре встретил Кейна.
Глава 22.
Я слушала мужа внимательно, то и дело задерживая дыхание. Мне хотелось знать о нем все. Даже не помню, когда возникла эта необходимость, но сейчас я была очень рада услышать его рассказ. Какие-то моменты многое проясняли, а другие, напротив, путали ещё сильнее.
Шум за окном становился всё тише, казалось, ещё несколько минут и всё закончится. Я уже окончательно расслабилась, лёжа на боку и подложив ладонь под голову. Однако погода определенно решила поиздеваться! Доказательством тому послужил новый резкий порыв ветра, распахнутое окно на балкон и усилившийся в разы шум дождя и грома, что становился только громче. Я ойкнула и переместилась к стене, забыв о сонливости.
— Только бы эту ночь пережить, — пробормотала я испуганно.
Коул уже закрыл окно, расправил шторы и остановился у кровати.
— Так страшно? — спросил он.
— Очень, — поспешно кивнула я, не пытаясь казаться смелее.
Супруг забрался под одеяло и притянул меня к себе. Сам ведь себе противоречит! Но я промолчала, теснее прижимаясь к нему. Устроила голову у него на груди. Сквозь тонкую ткань рубахи ощущала тепло его тела и быстрое сердцебиение. Такая близость сводила с ума. Мысли против воли двигались совсем не в том направлении, в котором должны мыслить приличные девушки. Хотелось забраться рукой под рубашку, расстегнуть все пуговицы и избавить мужа от этого элемента одежды. Любоваться его телом, касаться, любить...
Коул казался спокойным. Только гулкий стук сердца выдавал его состояние. Даже шум дождя теперь стал всего лишь монотонным фоном.
Моя ладонь скользнула чуть ниже, и я ощутила, как напряглись мышцы живота Коула.
— Эми, давай ещё поговорим, — глухо произнес мужчина. — Я же говорил, нам не стоит сближаться.
— Не знаю, с чем это связано, — произнесла я, присев так, чтобы хорошо видеть лицо мужа. — Но, если я нравлюсь тебе, а ты нравишься мне... — сформулировать не получалось, слишком разволновалась. — Никто не знает, сколько ему отведено. Возможно, мы проживем долгую и спокойную, или напротив, очень насыщенную, но короткую жизнь. Мы не можем знать этого наверняка. Но кое-что всё-таки мы можем контролировать. Мы вместе, и от этого сильнее. А значит, сможем преодолеть трудности. Мы можем не загадывать слишком далеко, а жить этим моментом.
Я совсем не ожидала от себя такого пылкого монолога. Густо покраснела и хотела уже отвернуться, но тут Коул одним движением положил меня на спину, а сам навис сверху. Мои глаза широко распахнулись, а губы приоткрылись. Муж рассматривал меня недолго.
— Ты действительно так считаешь? — спросил он, наклонившись ниже, почти касаясь моих губ, всматриваясь в мои глаза.
— Да, — уверенно произнесла я.
Его губы были так близко, манили. Я не удержалась, кончиком языка быстро провела по своим губам и случайно коснулась его. Это стало последней каплей. Губы Коула накрыли мои, язык настойчиво проник внутрь, соприкоснувшись с моим. Я задохнулась в эмоциях, растворилась в моменте. До чего же сладко! Поцелуй становился глубже, настойчивей. Он прекратился лишь на мгновение, чтобы сделать судорожный глоток воздуха и продолжить начатое. Мои ресницы трепетали. Тело извивалось под горячими ладонями, изучающими моё тело. Я хваталась за его плечи, гладила лицо, зарывалась руками в волосы, сходила с ума от нахлынувших ощущений.
— Эми, — услышала любимый голос мужа, когда он припал к моей шее губами, а его рука стала расстегивать пуговки на передней части платья.
Я потянулась к его рубашке, помогла скорее избавиться от неё.
Платье отправилось следом. И тут же муж вновь поцеловал меня так страстно и в то же время нежно, словно после долгой разлуки. По телу разливалась смесь возбуждения и восторга.
— Моя милая, нежная Эми, — шептал Коул, покрывая поцелуями моё тело.
То совсем нежные и невесомые, то колючие и настойчивые касания создавали невероятный контраст. А дальше я просто растворилась в ощущениях, когда наши тела соединились, и мимолётная боль сменилась наслаждением.
— Коул, — прошептала ему в шею.
"Любимый" — подумала, но не сказала. Потом, все потом. А пока наши тела и сердца двигались в унисон, возносясь к пику блаженства.
***
Остаток ночи мы провели в объятиях друг друга. Коул нежно прижимал меня к себе, шептал ласковые слова. Барьер, что он постоянно пытался возвести между нами — рухнул. Я засыпала счастливой и надеялась, что утро будет не менее хорошим.
Я проснулась в отличном настроении. Теплые лучи солнца проникали сквозь полупрозрачную светлую ткань на окне. Значит, буря миновала. Коул лежал рядом и рассматривал меня. Водил пальцами по лицу, обнаженным плечам. Я смущённо улыбнулась, поворачиваясь к нему и целуя в колючий подбородок.
— Доброе утро, — прошептала ему в шею.
— Доброе утро, Эми, — ответил муж, зарываясь носом в растрепавшиеся волосы. — Как спалось? Проголодалась?
Я положила ладонь ему на плечо, ласково гладила. Прислушалась к ощущениям. Пожалуй, это самое прекрасное утро за очень долгое время.
— Спала сладко. И от завтрака точно не откажусь.
— Тогда пора идти. Слышал, тут подают отличный кофе.
Муж поцеловал меня, вызвав этим волну восторга. Но вскоре отстранился.
— Давай продолжим чуть позже. Сейчас нужно покормить тебя.