Чтение онлайн

Вот же они! Да где же? Прямо напротив меня!

Лежат родимые на стуле в узком бумажном конверте горчичного цвета. Преют и в холеный ус не дуют, а я на дерьмо уже который день по-конченому извожусь и не знаю, как Наташе их без привлечения вот этого хотя бы братца обратно всунуть. Все в целости и сохранности, да и купюры расположены в том же самом порядке, по тем же эксклюзивным номерам, по которым их старательно разложила в этот крафтовый карман рачительная хозяйка, явно сбрендившая от навязчивого желания стать матерью до конца нынешнего календарного года. Сколько там по времени среднестатистическая женщина вынашивает ребенка? Надо бы заметить, что у нее слишком сжатый срок, видимо поэтому она старательно и с большим усилием начинает выкручивать мне яйца, ориентируя на тяжелейшее производство питательного белка, который, возможно, даст новую молодую человеческую жизнь.

На следующее утро подобия нашей совместной первой ночи я проснулся на кожаном гостиничном диване, заботливо прикрытый одеялом. Наташа позаботилась о моем комфорте? Проявила свое женское внимание по отношению ко мне? Пусть будет так. А рядом, на журнальном столике вместе с кованной вазой, заполненной большими розово-зелеными яблоками, разлегся этот самый немного вздувшийся от номинала денежный пакет, сопровождаемый маленькой скупой запиской, в которой до жути корявым почерком с чудным наклоном было выведено одно-единственное вежливое слово и мелким шрифтом добавлено мое имя:

«СПАСИБО, Гриша!».

То есть она уже все решила? За всех нас? А вот эта финансовая благодарность означает, что я типа справился с поставленной задачей, хотя к горизонтальному исполнению своих обязанностей даже и не приступил, не истратив, следовательно, ни одной попытки? Или это взятка, денежная просьба, откуп, подмазывание «папы», тот самый премиальный чек, родительский аванс? Как вообще понять ее странные действия и маниакальную настойчивость в желании иметь ребенка? Перевернув листок с дебильной вежливостью, я обнаружил назначенные дату и место нашей следующей, я так понимаю полноценной, встречи и ее мобильный номер. Это очень мудро и весьма заманчиво! Обычно, чтобы добиться от заинтересовавшей меня барышни такого телефонного внимания, нужно, как минимум, своим остроумием на первом свидании блеснуть, а здесь всего лишь, что по факту было? Непрекращающиеся слезы, вытянутое калеными щипцами откровение, моя внезапная игра с ее бельем, и вот, пожалуйста, на утро у меня в кармане десять хрустящих пятитысячных купюр и одиннадцатизначный номер для быстрого дозвона с этой дергающей перед моим лицом ждущей маткой дамой…

Ах, как Сашка сильно подросла. Вытянулась. Умненькая девчонка — все естественно, закономерно и… Малышка однозначно вышла в мать. Нет! Зверь, конечно, мой закадычный друг и чересчур смышлёный малый, но он такое раньше вытворял, что даже страшно вспоминать, хотя только на его лихих косячествах я мог сколотить огромный и, что немаловажно, стабильный и уверенный капитал, как не вылезающий из зала суда персональный измученный криминальными делами адвокат. То навешанный умышленный поджог с увечьями, то неизвестная природе ДНК ребенка, то долбаная драка на двоих, то:

«А давай к нам в ресторан!».

Внимательно разглядываю дочку Макса и непроизвольно улыбаюсь. Маленькая барышня изощренно крутит кулинарным батей. Он ее сейчас таскает по всей кухне и позволяет всюду совать свой мелкий нос, а она выказывает интерес и поднимает крышки кухонной посуды с детским криком:

«Папа, ух!».

Дети, дети, дети… Твою мать, Наташа! До твоих излияний я об этом даже не задумывался. Да и не нужны мне лишние проблемы, тяготы, переживания, траты, наконец. Но ее просящий взгляд, да эти небольшие за такой «подарок» деньги!

В тот день я так к ним и не притронулся, только прокручивал между пальцев шуршащий маленький листок с покорной благодарностью и задумчиво таращился в панорамное окно, забрызганное мелкими каплями майского дождя. А потом вообще из номера ушел… Закинув пиджак на плечо, с подкатанными рукавами и расстегнутым воротником рубашки, шатался по городу, с каким-то не пойми откуда взявшимся неподдельным интересом заглядывая в такие места, о которых, если честно, вообще не подозревал. Торговые центры, детские развлекательно-спортивные площадки, передвижной зверинец, гастролирующий луна-парк, шкафы-читальни на бульваре, кресла-мешки на парковом ежиком постриженном газоне… И всюду резвящаяся орущая детвора! У нас это все есть, в этом городе все так? Надо же! Никогда не замечал. Здесь есть яркая жизнь и крутые развлечения, а не только долбаная работа и вечерний променад дешевых шмар.

А по возвращении домой неожиданно получил телефонное сообщение менеджера гостиницы о том, что я кое-что — хотя прекрасно знал о чем он речь ведет, — забыл в том номере. Меня дрожащим голосом заверили, что курьер с посылкой будет под моей дверью приблизительно через полчаса. Потом сказали «там большие деньги» и попросили подтвердить, что ничего из того, что изначально было в том конверте сохранено, по чьей-то глупой неосторожности случайно не пропало. Я спокойно прохрипел в трубку:

«Итак, сколько там осталось?»,

а мне волнующимся голосом ответили:

«Григорий Александрович, пятьдесят штук!».

Все точно, четко, как в аптеке! Не обманула стерва! Я с громким выдохом ухмыльнулся и заверил на том конце нервно дергающегося абонента, что все так и есть, а я проявил преступную забывчивость и попросил списать мою оплошность на постоянный современный стресс. Получил в ответ огромное сочувствие, непонятные, не нужные мне абсолютно, извинения, и слезные заверения в том, что «мой платеж» стал на электросамокатные колеса и уже «плывет» ко мне гуськом.

Шевцова, похоже, начала финансово преследовать меня, склоняя к настоящему насилию. Так я получил этот нехороший конверт под расписку о том, что претензий к администратору гостиницы не имею и все в порядке, а я, как постоянный клиент, качеством обслуживания удовлетворен и обслуживающему персоналу полностью доверяю. Наташа, Наташа, Наташа, зачем ты так со мной по-хамски поступаешь?

— Гриш, здорово! — Лешка заваливается на стул, стоящий рядом с тем обжигающим пакетом.

— Привет, Смирнов!

— Вот, держи, как обещал, — протягивает мне бумажку. — Ты ведь точно позвонил туда?

— Да, конечно. Она сказала, что согласна на встречу, проблем не будет. Все в порядке, — вздыхаю и вкладываю его посылку в свой внутренний карман.

— На бумаге точный адрес, но я, хоть убей меня, не догоняю, на хрена это все сейчас? Чего тебе приспичило именно сегодня?

Вышло время на раздумья, Леша! «Именно сегодня» — крайний срок! Надо принимать окончательное решение!

— Хочу с ней поговорить, — откидываясь на спинку стула, спокойно отвечаю другу. — О жизни, о глобальных проблемах мира, например.

— А по телефону этого сделать нельзя? Обязательно надо переться туда и будоражить людям только-только устаканившуюся жизнь?

— Ты что-то имеешь против, Смирнов?

— Не выдумывай. Я предлагаю выигрышные для вас обоих варианты. Может быть, мне поехать с тобой?

— Боишься, а вдруг там будет драка и мне набьют фингал?

— Свои услуги предлагаю в качестве моральной поддержки, — хмыкая, с ехидным смешком мне объясняет и тут же уточняет, — ей, конечно же! Ты не подумай…

— Я, пожалуй, обойдусь, вроде не девчонка, а она отличный профессионал, а значит, с этим точно справится. Ты вот спросил меня про телефон, мол, нельзя ли поговорить интерактивно? Дело в том, что я не люблю вести важные или задушевные разговоры без человеческих глаз. Надо видеть мимику и поведение, а также эмоциональный фон своего визави, чтобы точно понимать, что он в точности имеет в виду. И потом, — осекаюсь, оглядываюсь и посматриваю на смеющегося Макса, — разве это что-то неправильное, противозаконное, Леша? Я разве совершаю преступление? Краду у него ее?