Чтение онлайн

– Тебе хорошо!
– торопливо говорила ему Оленька, - ты все знаешь...

Мишка молчал.

– А я ничего не знаю!.. Ну Мишка... Ну что ты молчишь!..

Крапилин мотнул головой и повторил упрямо:

– Можно, я тебя поцелую?

И они стали молчать вместе.

– Молчание - знак согласия?..
– тихо спросил Крапилин.

И Оленька кивнула в темноте головой. О контрольной было снова забыто.

Дома ее встретили сердито: мало того, что она постоянно забывает свой ключ, так сегодня она унесла и Анин, а домой явиться не соизволила! Аня полтора часа не могла попасть в квартиру...

Оленька слушала, молчала и думала, что, наверно, и мама, и Анька уже догадались по глазам, что она только что целовалась с Мишкой... Или, во всяком случае, догадываются. Недаром Анька, жалуясь маме, как отвратительно вела себя Оленька у нее в классе, как-то странно, исподлобья поглядывает на нее...

– Это ты вела себя отвратительно!
– уточнила Оленька. Надо было что-нибудь говорить - много-много, чтоб отвести подозрения. И Оленька нажаловалась маме на Аньку, которая измывается над малышами, прямо не учительница, а крокодилица какая-то!

– Сама ты!..
– закричала Анька.
– Что ты понимаешь в педагогике, троечница!..

– Можно подумать, что ты в ней много понимаешь!

– Представь себе! А тебе придется дворником работать!

– А тебе - в зоопарке!
– огрызнулась Оленька.
– В вольере для хищников!

– Ольга!
– одернула ее мама.

– Что - Ольга?! Ты на свою любимую Анечку погляди! Человек плачет, а она его прорабатывает! Ее, наверно, весь класс ненавидит!

– Дура!
– сказала сестра и заплакала.

– Господи...
– вздохнула мама.
– Дал бог дочек... Анна, что у тебя сегодня произошло?

– Да что ты ее слушаешь, мама, - всхлипывала сестра.
– Мы с Овечкиным уже помирились... Ты же видела, он даже тетради мне до дома помог донести!..

– А, Овечкин...
– засмеялась мама.
– Это рыжик, что стоял с тобой в подъезде?

– Вот видишь!
– прорыдала Аня.
– Олька-дура вечно испортит мне настроение, а мне еще тетради проверять!
– она шмыгнула носом.
– Мы с ним, если хочешь знать, чай тут пили, и он все осознал, а ты, раз не понимаешь, так и не лезь!

– Конечно!
– дернула плечом Оленька.
– Сначала до слез доведет, а потом тащит чай пить!

– Я его не тащила, он сам пошел, ясно тебе? Чего улыбаешься?..

Оленька улыбалась, потому что вдруг подумала: "Мы сегодня целовались, как странно... И ни о чем они не догадались!"

– А много у тебя тетрадей?
– спросила она, и они принялись проверять тетради вместе, но очень скоро Оленька стала рассеянной: листала тонкие тетрадки и всем ставила пятерки.

– Олька, а ты о чем это мечтаешь?
– спросила вдруг сестра, улыбаясь.

Оленька покраснела, рассердилась и объявила, что это никого не касается!

– Ольга, ты чего это кидаешься?
– удивилась мама.

– Отстаньте вы все от меня!
– крикнула Оленька и ушла спать.

Ей приснился прекрасный сон, и, проснувшись утром, она долго лежала, жмурясь, и вспоминала его. Там было лето и большая медленная река сияла солнцем под высоким зеленым берегом, высоким до неба, а внизу, вдали, лежала какая-то деревушка, и так хотелось Оленьке туда, но было страшно оттолкнуться от высокого своего берега, было страшно полететь. Тепло, ласково, зелено было в этом сне, и счастливо, счастливо, ведь Мишка был рядом...

"Мишка!" - вспомнила все Оленька. Стало стыдно и радостно. И совершенно непонятно, как же они теперь встретятся и посмотрят в глаза друг другу...

– Олька, вставай!
– заглянула сестра.
– Я ушла в библиотеку, проспишь.

– Не просплю.

– Ты всегда так говоришь, а сегодня первым уроком годовая по алгебре!

Хлопнула дверь.

Оленька встала, побродила по пустой квартире и долго стояла у окна, глядя в светлый, весенний простор, еще не загороженный листьями растущего за окном тополя. Часы тикали себе потихоньку, а Оленька не обращала на них внимания, она уже решила отчаянно, что в школу сегодня не пойдет...

Уроки начинались в девять. Именно в это время в дверь позвонили. Оленька испугалась ужасно. Она почему-то подумала, что это Крапилин.

"Ни за что не открою!
– подумала Оленька и на цыпочках подошла к дверям.
– Только посмотрю на него..."

Она подкралась и заглянула в глазок, но там, за дверью, никого не было.

"Неужели ушел?.." - обиделась Оленька и открыла дверь.

На пороге стоял рыжий мальчик, похожий на плюшевого мишку, и смотрел на Оленьку снизу вверх.

– Меня Валерой зовут...
– сказал он.
– Ты вчера спрашивала. Здравствуй!

– Здравствуй, Овечкин...
– ответила Оленька растерянно.
– Это ты звонил?..

– Я, - кивнул Овечкин.

– А больше никого не было?

– Не-а! А тебя как зовут?

– Оля, - сказала Оленька.
– Тебе Аню... Анну Олеговну?

– Не-а!
– сказал Овечкин.
– А я знаю, что тебя Олей зовут.

Они постояли в дверях, помолчали.

– Я в гости пришел...
– пояснил Овечкин.
– К тебе...

– А-а...
– сказала Оленька.
– Ну проходи...

Ей было очень обидно, что это не Крапилин. Она вдруг спросила:

– Овечкин, ты целовался когда-нибудь?

– Угу, - сказал Овечкин, снимая ботинки.

– Не ври!
– удивилась Оленька.
– С кем?

Овечкин шмыгнул носом и прошел в комнату.

– А ты никому не скажешь?

– Никому!
– пообещала Оленька.

Овечкин вздохнул.

– С одной девочкой из нашего класса...

– Ну ты даешь... Ты что, ее любишь?

– Не-а...

– А зачем целовался?

– Тогда любил, - объяснил Овечкин.
– А потом она маме нажаловалась...
– Он снова вздохнул и уточнил: - Своей. А ее мама моей...

– Ну?

Овечкин пожал плечами:

– Налупили.

– За что?

– Ну... за то, что целовался. Мама сказала, что мне целоваться рано и что если она еще про такое узнает, то в колонию меня сдаст...

– Не бойся, - засмеялась Оленька.
– Она пошутила.

– Не-а, - помотал головой Овечкин.
– Ты мою маму не знаешь. Она никогда не шутит. А ты?