Чтение онлайн

— Так откуда он у тебя, Рысь?

— Подцепила на задании, — сказала я почти правду.

— И как же можно подцепить фамильяра?

— Достаточно заинтересовать его, и фамильяр прицепится сам. Да так, что не оторвешь!

— Любопытный экземпляр, — задумчиво произнес элитный, рассматривая мелкого. — Я читал о драконах и видел их изображения в старых свитках. У меня вопросы относительно его размеров.

— Все с моими ласмелами нолмально! — обиженно возмутился Ифрит, слегка чавкая. — Я плосто в детстве много болел!

— А твои сородичи? Они тоже такие маленькие?

— Не помню, — смущенно отозвался дракон, опуская мордочку к земле. — Я осень давно их не видел. Но больссе нисего не скажу! Нелься!

— Хорошо, про родню можешь не рассказывать. Сейчас меня куда больше интересует, как ты смог переместиться к нам. Нашел нужный оазис?

— Оасис? — недоуменно переспросил фамильяр, покосившись сначала на господина Исафиля, а потом на меня. — Нет, ис гнесда плыгнул сласу к хосяйке.

— Ты хотел сказать, к тому месту, где мы вывалились из портала? А потом добирался до нас? — дотошно уточнил Дамир.

— Да нет же. Сласу как посюствовал, так попытался плыгнуть. Не с пелвого ласа, но смог. Хотел к ней на луски, но наткнулся на бальел.

— Интересно, — задумчиво протянул маг.

Меня одолевали схожие мысли.

— Получается, время в этом и нашем мирах течет по-разному. Сколько мы шли, прежде чем остановиться на привал?

— Часов пять, не больше.

— Разница существенная. Это хорошо или плохо?

— Для нас — абсолютно не имеет значения. Сейчас главное понять, как твой фамильяр смог выстроить путь между мирами и переместиться. Возможно, это ключ к нашему с тобой спасению.

Мы с магом одновременно плотоядно посмотрели на Ифрита, так что мелкий даже перестал жевать и попятился. Потом опомнился и снова вернулся к еде. Почавкал немного, подергал хвостиком и выдал:

— В отлисие от магов, длагонам не нужны фолмулы и лассеты, стобы путессествовать между милами. Нам достатосно одной тоски выхода: либо снакомого места, либо суссества-пливяски. У меня как лас втолой слусай. Настлоивссись на хосяйку, я влил в свясь энелгию и плыгнул. Пелеход, кстати, полусился легким. Такое оссуссение, что я когда-то уже посессал этот мил. Но не могу вспомнить, когда и с кем.

— Спасибо, — кивнул Дамир, допивая свой отвар.

Больше разговоров не вели. Элитный погрузился в размышления, а я после завтрака и обычных утренних процедур, принялась пытать дракончика. Меня интересовало, как обстояли дела дома после нашего с Надирой исчезновения. Ифрит не без гордости сообщил, что сразу после моего похищения, побежал к главному и обо всем рассказал. Но догнать нас с Филином родные уже не смогли — предатель затерялся в подземных ходах, а затем воспользовался порталом, переносясь сразу на закрытую территорию Реймоса.

Пока наставник искал обходные пути и поднимал всех знакомых и незнакомых шишек, дракончик сидел в нашей комнате. Что происходило за ее пределами, он уже не знал, но все гнездо гудело — искали и других возможных перебежчиков. А уже гораздо позже мелкий переместился ко мне.

— Хосяйка, мне нлавится этот мил! — доверительно сообщил дракон, устроившись на моих руках, когда мы отправились в дальнейший путь. — Тут так много вкусной магии!

— Да, магии здесь действительно в излишке. Интересно, почему?

— Сколее всего потому, сто это иснасяльно магисеский мил, — важно заявил Ифрит.

— И что это значит?

— Много тысяселетий насад боги сосдали нассу вселенную. У каждой ис планет был свой покловитель. Он населял мил ласными суссествами, меняя стлуктулу планеты под их тлебования. Кому-то для жисни хватало голячего, но неодуссевленного ядла. В таких милах энелгия имела сколее фисисеское понятие, сем магисеское. Длугим же тлебовалось настояссее волссебство. Тогда боги жертвовали кусосек своей дусси, плевлассяя селдссе планеты в живой олганисм. Именно он, наделенный божественной силой, становился неогланисенным истосником магии. Плям как сдесь.

— Почему тогда в нашем мире магии так мало? Старый, и сердце уже не справляется?

— У твоего мила, хосяйка, мелтвое селдссе.

— Но как? — от удивления я даже остановилась. — Мы ведь используем магию. И среди нас живут волшебные существа!

— Не живут, а вымилают, — вздохнул мелкий с грустью. — Магия вассего мила — всего лиссь отголоски энелгии сужих. Они плоникают селес ласлывы, плиносят с собой клуписсы, но их все лавно осень мало. Сильнейссие, как насс элитный, могут собилать эти клохи и аккумулиловать их. Но и ему селес столетия плидется тяжко.

— Никогда не задумывалась об этом. Погоди, тогда получается, что все наши источники силы — порталы в другие миры?

— Либо полталы, либо алтефакты, накопивссие достатосное колисество магии, — закончил рассказ дракончик и задергался. — Хосяйка, пусти полетать.

— Только недалеко, — попросила я, опуская его на песок. — Мы не знаем, какие хищники здесь водятся.

— Холоссо, — покладисто согласился Ифрит и сделал несколько смешных прыжков, отталкиваясь толстой попой от земли.

Миг, и дракоша взлетел, поднимаясь ввысь, чуть выше головы элитного. Проследив за полетом маленького фамильяра, господин Исафиль раскрыл поисковую сеть. На мгновение спина его напряглась, но затем расслабилась.

— В чем дело?

— Показалось, — качнул головой мужчина, продолжая путь.

Выглянувшее солнце изрядно припекало, что совсем не вязалось с морозной свежестью раннего утра. Действительно морозной — я сполна ее прочувствовала, когда бегала в кустики. Зато сейчас порадовалась наличию защитного костюма, закрывавшего все участки кожи. Горное солнце оказалось столь же коварным, как и пустынное.

Маг выбрал довольно щадящий темп, но я все равно порядком устала за дневной переход. Пару раз мы останавливались на небольшие привалы, но затем снова шли. Казалось, этому лесу не будет конца и края.

В очередной раз немного притормозив, я зачерпнула воды, чтобы умыться и освежить лицо, и в этот момент сработала интуиция. Резко дернувшись в сторону, я откатилась и прижалась к земле. Краем глаза успела заметить неясную тень, а затем раздался громкий «плюх».

Вскочив на ноги, я замерла, разглядывая внушительных размеров голову неизвестной твари. Она беспомощно бултыхалась, пытаясь выгрести на другой берег, но тщетно.