Чтение онлайн

Но вот наступила суббота, и настало время для выездной лекции по литературе, в которой я на свою голову согласился быть сопровождающим. Не сказать, чтобы я об этом жалел, но было горько осознавать, что Шейла скорее бы предпочла поездку в обществе Эдмунда, нежели в моем.

Я сложил в портфель недописанную работу по размножению астробел, самопишущее перо и несколько сэндвичей, которых должно было хватить, чтобы я не умер с голоду. Нам уже нужно было выходить, если мы не хотели опоздать на поезд, а Шейла все еще не вышла из своей комнаты. Проспала?

Некоторое время я постоял у ее двери, переминаясь с ноги на ногу. Острый слух подсказал, что внутри есть какое-то небольшое шевеление. Собравшись с духом, я крутанул круглую ручку и зашел внутрь.

— Добро пожаловать, — сказала Шейла, хотя ее взгляд не выражал ничего доброго.

Она сидела на кровати — левая сторона юбки задрана по самые бедра — и натягивала полупрозрачный чулок.

— Вы так и собираетесь пялиться? — спросила она, когда я тут же не ушел. — Или, может, мне вам подарить свой обнаженный портрет?

Я невольно задержался взглядом на голой коже, но моментально одернул себя и закрыл глаза.

— Прошу прощения. Просто уже пора на станцию, а вы еще не завтракали.

— Дайте мне две минуты, и я спущусь.

Закрыв за собой дверь, я почувствовал, как кровь прилила к лицу. Шейла все еще была зла из-за произошедшего в астрологической башне, а я теперь сдерживал себя как мог, потому что мне каким-то образом нужно было начать ухаживать за ней. Проще засунуть голову в пасть огнедышащему дракону, чем это.

Я ждал ее на кухне, прислонившись к столешнице и то и дело поглядывая на часы. Она действительно собралась быстро — правда, не за две минуты, а за четыре с половиной. Но мы еще могли успеть на вокзал вовремя — то есть немного заранее.

— Черт бы вас укусил за ногу, если бы вы сделали мне чашечку кофе? — пробурчала Шейла, и я почувствовал укол совести.

— Даже не подумал, простите.

— Вы вообще когда-нибудь думаете? — в сердцах бросила она.

Шейла прошествовала мимо меня с тяжеленной холщовой сумкой наперевес в белой блузе и пыльно-розовом сарафане сверху. В одном из больших карманов виднелась выпуклость от непухлой книжки или блокнота.

— Давайте, а то опоздаем! — крикнула мне Шейла у входной двери.

На улице я вдохнул полной грудью и надел шляпу. Пустая Квин-сквер, легкий туман — такой безмятежной я эту улицу еще не видел. Редкие лавочники готовили свои магазины к открытию, растаскивая деревянные заслонки, но в остальном Саллем казался совершенно безлюдным.

Благодаря длинным ногам я довольно быстро нагнал Шейлу.

— Простите за кофе. Мне правда и в голову не пришло. Хотите, помогу с сумкой? Что у вас там?

— Не надо, сама справлюсь.

Замечательно, Арден, ты сама обходительность.

— Что мне нужно сделать, чтобы вы простили меня за кофе? У меня с собой есть сэндвич. Хотите?

Шейла бросила на меня косой взгляд, но не сбавила скорости. Она так смешно пыхтела, когда торопилась.

— Хочу. Но не прямо сейчас. И не будьте таким мелочным, профессор. Вам не обязательно искать моего расположения. К счастью, темной магией я не владею и проклясть вас не сумею. А с трубами мы что-нибудь придумаем.

Вчера ей снова пришлось вызывать техника, когда меня не было дома. Об этом я узнал по оставленной у входа расписке. Шейла даже не попросила денег, а оплатила все сама.

— Вы думаете, меня беспокоят только трубы? — Как ни пытался, я не сумел скрыть раздражения. — Замечательного же вы обо мне мнения, если думаете, что этот дом — все, что меня волнует.

— А вы другого мнения о себе и не дали сложить, — возразила она, остановившись у перекрестка.

Надо признать, она была права.

Дилижансов на горизонте не виднелось, но я на всякий случай посмотрел по сторонам, рефлекторно выставив руку перед Шейлой. Я промолчал, давая ей возможность выплеснуть все, что у нее накопилось.

— Я пыталась относиться к вам со всем сердцем, даже купила цветов в первый день! А вы что? Понимаю, вы не ждали соседей и вам не очень приятно, что я достаю вас с антирринумом, но я бы не делала так без причины! Ведите себя как достойный ведьмак, в конце концов. — И она резко замолчала. Похоже, у нее в голове были еще мысли, но она не стала их высказывать.

— Все? — спросил я мягко.

— Все.

Мы свернули на Шарлотт-стрит, с которой было видно двухэтажное здание вокзала, у которого уже собрались люди. Даже издалека можно было сказать, что это студенты: шумные, небрежно одетые, с полупустыми холщевками на плечах. Студентов было больше, чем я предполагал. Разве это была лекция не для одного курса? Тут же было человек сорок, не меньше.

— Сколько человек записалось на выездную лекцию? — спросил я у Шейлы.

Она окинула меня взглядом, явно наслаждаясь моей растерянностью.

— Моих тут шестнадцать, остальные по собственному желанию. Тут и первокурсники, и ребята постарше. Слухи по Хильде расходятся быстро.

— Вы на что-то намекаете?

— Нет, — она перехватила сумку покрепче, — что вы. Совсем нет.

С каждым днем я осознавал, что понимаю женщин все хуже и хуже. Шейлу Уилан я же не понимал совсем.

Нам предстояла всего лишь сорокаминутная поездка до Брэдфорда, но с такой оравой студентов под моей опекой я ощущал серьезную тревогу. Как вернуться домой живыми и никогда не потерять по дороге?

— Профе! — радостно крикнул какой-то темноволосый и широкоплечий парень, которого я не знал.

Мне не понравилось, как он пренебрежительно обращался к Шейле, но, поймав ее предупредительный взгляд, я промолчал.

Мы подошли к студентам, и, словно по мановению волшебной палочки, все они замолчали и обратили свои взоры на преподавательницу. Шейла молча передала мне свою сумку — только тогда я почувствовал ее вес и удивился, как она вообще это дотащила — и вытащила из кармана то, что действительно оказалось записной книжкой в темно-синем переплете, а также коротенькое самопишущее перо ярко-розового цвета. Эл любила такие в средней школе, наверное.