Любовь по смете не проходит
Шрифт:
Шершнев вздохнул и отстранился.
— И чем ты так занята? — спросил он, обходя стол.
— Новой заморочкой Маркелова. Уже заканчиваю.
— Давай. Я соскучился, — он выдвинул стул с места Матвея и, оперевшись о стол, как-то очень неуклюже сел.
— Женя…
— Не мешаю, — он вскинул руки. — Молчу и тебя не трогаю.
— Я не об этом. Что с тобой?
Он отмахнулся.
— Ничего. Упал вчера, когда делал систему.
— Какую систему? — не поняла я.
— Упал с лошади, когда скакал через препятствия, — вздохнув, терпеливо разъяснил босс.
Я вытаращила глаза.
— Господи… Сильно?!
— Нет, только ушиб и трещина в ребре. Ничего страшного, сам виноват.
Я молча закрыла программу и выключила комп.
— Чем мне тебе помочь?
Женя тепло улыбнулся.
— Ничем. Все хорошо. Я падаю не первый раз, и это не проблема.
— Поехали домой, — я поднялась и взяла с тумбочки сумку.
— Куда?
— Давай, ко мне. У нас есть, что покушать, а Пашка сегодня собирался ночевать у Марго.
— Кушать тоже готовила Рита?
— Ну да.
— Интересно… Мне она говорила, что ничего не умеет.
Я остановилась в дверях и обернулась.
— А ты когда-нибудь рисовал ее?
— Нет, — поднимаясь со стула, сухо ответил Женя.
— Как вы вообще жили вместе, если совершенно друг друга не любили? Это же… Не знаю, издевательство.
— Я работал, она тоже. Мы в принципе почти не пересекались.
— Кошмар. Хорошо, что не решили завести детей, — отворачиваясь, ответила я. — Такие отношения между родителями свели бы малыша с ума.
Женя молча последовал за мной.
Как оказалось, Пашка и Марго осели у нас. Когда мы приехали, Рита уже накрывала на стол.
— Ой, привет, — она вытерла руки о розовый передник и, улыбаясь, вышла к нам. — А мы думали, вы не приедете сегодня.
— Мы тоже так думали, — я замялась на пороге. Есть хотелось жутко, но пересечений Жени с Марго я старалась не допускать.
— Так заходите! Поужинаем, попьем чая с пирогом.
Я обернулась, Женя равнодушно пожал плечами.
— А брат мой где?
— Вышел за хлебом.
— Чего столпились? Проходим, граждане, проходим, — распихивая нас пакетом, на пороге появился Павел. Что-то очень его разнесло за два месяца знакомства с Ритой. — Да идите уже вперед!
— Легок на помине, — проворчала я, сбрасывая босоножки. Женя отправился в ванную мыть руки, и я, щипанув брата за все хорошее, поспешила за ним.
— Ничего, что мы оста… — я сморгнула и потеряла дар речи. Когда рубашка на спине Жени натягивалась, через белую тонкую ткань был отчетливо виден огромный черный синяк от правой лопатки до поясницы. — Боже, Женя! Это… Это ты так ударился?
— Да.
— Тебя врач смотрел?
— Да. Ань, забудь. Это пройдет.
— Это надо лечить!
Шеф отступил от раковины, освобождая мне место, и потянулся за полотенцем.
— Попью какие-нибудь таблетки.
— Какие? Тебе прописали лечение?
— Да. Кажется, я оставил рецепт в бардачке, — он отмахнулся. — Все, выбрось из головы. Ничего страшного в этом нет.
— Ну да, нет! Просто ты сам этот ужас не видел! — возмущенно отозвалась я, проходя на кухню.
— Какой ужас? — раскладывая на столе приборы, спросила Марго.
— Он упал с лошади, — доложила я.
— Ах, вот оно что, — Рита, прищурившись, посмотрела на бывшего мужа. — С ним это периодически случается. Но если ходит — значит, ничего страшного.
Шершнев, пройдя мимо Маргариты, хмуро глянул на нее.
— Пожалуйста, не нагнетай.
— Молчу-молчу. Паста с лососем и креветками. Кому сколько?
— Когда ты научилась готовить? — спросил Женя, — усаживаясь на стул.
— Когда захотела, — Рита поставила перед ним тарелку. — Приятного.
— А где Паша? — наблюдая за ними, спросила я. Идея остаться тут на обед нравилась мне все меньше.
— Ему кто-то позвонил, — ответила Марго, орудуя над сковородкой. — Саша — ваш старший брат, верно?
— Да, — я тут же поднялась. Старшие звонили редко и только по большому делу. — Сейчас приду.
Пашка сидел в своей комнате, на кровати и, прижав мобильный к уху, кивал.
— Да. Хорошо, давай. Ага. Нет, мы точно.
— Что там? — шепотом спросила я, усаживаясь рядом.
— К родителям на выходные зовут… Да, Анька тут. Сейчас дам.
— Привет, Анюта!!! — заорал в трубку старший. — Куда пропала, бизнескозявка!? Не звонишь, не пишешь.
— Не звоню, потому что обзываешься. Чего тебе надобно, старче?
— К бате приедете в субботу? С ночевой, а? Шашлыков нажарим! И парня своего зови.
Уже знают. Ну отец! Болтун — находка для шпиона.
— В субботу никак, — вздохнув, ответила я. — Еду на объект.
— Ты отдыхаешь хоть?
— Отдыхаю. Стой, — спохватилась я. — А Закатное же недалеко от нас?
— Ага, — хором ответили и Павел, и Сашка.
— Тогда, если успеем, заедем. Объект в Закатном.
— Храм, что ли? — Сашка одобрительно крякнул. — Молодец, воблешка. Полезное дело делаешь… Значит, приедете к нам?
— Постараемся.
Осталось только сказать об этом Жене. Который сейчас сидит на нашей кухне наедине с бывшей женой.
— Блин! — я сунула мобильный опешившему Пашке и выскочила из комнаты. Только в прихожей замедлила шаг, прислушиваясь к тихому разговору.
— Я сам с этим разберусь, — на что-то резко ответил Женя.
— А я было поверила, что ты научился ценить людей, — процедила Маргарита. — Но нет. Как всегда думаешь только о себе. Какой ты один бедный-несчастный.
Я свернула за угол. Женя сидел на стуле, отвернувшись к окну, Маргарита, поджав губы, резала хлеб.
— А где Паша? — она обернулась. — Все нормально?
— Да, — я села на свое место. Женя не оборачивался. — Вы что, поссорились?
— Не сошлись во мнениях, — вздохнув, ответила Марго. — Ешьте. Сейчас Павла позову.
Женя, наконец, обернулся и, в тон бывшей жене вздохнув, взял вилку.