Чтение онлайн

Я написала Жене еще по прилету, но он только посоветовал мне перекусить и спросил, как я себя чувствую. О своем вмешательстве босс, конечно, ничего не сказал.

Я закусила губу. Стоит ли звонить ему сейчас и устраивать допрос? Он ведь, скорее всего, даже не ложился спать. Успел ли он закончить наши проекты? Там ведь столько работы, а он ещё провожал меня на рейс.

Так ничего и не решив, я отправилась на регистрацию. Через пару часов самолет приземлился в аэропорту моего родного города, а ещё через час я уже была в областной клинике.

— Доброе утро, где я могу найти пациента Владимира Сазонова?

Медсестра за стойкой, отведя взгляд от экрана монитора, устало посмотрела на меня поверх очков.

— Когда привезли?

— Сегодня ночью.

— Это который по указке, — тихо подсказала моей собеседнице ее коллега, раскладывавшая документы на столе у следующего окна.

— А-а-а… — протянула медсестра и, пожав плечами, ответила. — Так он пока в реанимации.

— Что? Почему?

— Девушка, ну его с предынфарктным привезли. Наблюдают теперь. Кто ж его сразу в стационар-то переведет?

— Ясно… А куда…

— Нюта!

Я обернулась. Перед глазами все поплыло, и я схватилась за стойку.

— Мама…

Мать шла по коридору в белом халате и маске, висящей на одному ухе.

— Девушка, вам плохо?

Я, кажется, продолжала поворачиваться, хотя хотела только шагнуть навстречу матери. Странное ощущение, будто тело не мое и слушаться меня больше не будет, не испугало. По правде, я и испугаться-то не успела. Увидела только край стойки, да яркий свет ламп на потолке. Звуки мгновенно стали далекими и глухими, а потом и вовсе пропали. Как и свет.

— Сейчас возьмем анализы. Это обязательная процедура.

— И зачем ее мучить? Да по ней за версту видно, что она не спит и не ест. Что отец, что дочь — сдохнут, а пахать будут.

— Мда-а-а… Но МРТ я все же буду советовать…

Я открыла глаза и уставилась на доктора, который, обернувшись, сделал знак стоявшей в дверях медсестре.

— Живая? — поинтересовалась мать.

— Вроде, — тихо ответила я. — Мы… Мы где?

— Доча, ты когда последний раз ела?

Я, не получив ответа на свой вопрос, приподнялась на локтях и огляделась.

Трехместная палата, два больших окна, три тумбочки, умывальник и столик у него, а я сама — на вполне себе удобной койке.

Я, кстати, никогда не лежала в больнице.

— Аня, здравствуйте, — доктор строго посмотрел на мою маму, но та только нахмурилась и, пожав плечами, отвернулась. — Вы упали в обморок. С вами такое бывало раньше?

— Нет.

— Можете сказать, почему вам стало плохо? Вы соблюдаете какую-нибудь диету?

— Диету? — я потерла затылок. Было больно. — Нет… Я просто… Последнее время не успеваю есть.

Как минимум три недели я питалась чем попало и когда попало. Протеиновыми батончиками, которые взяла у Марго, например. Или яблоками.

— А как у вас со сном?

Нет, я спала регулярно. Только не помню, когда последний раз.

— Нюта, — мама положила ладонь на мою руку. — Я же тебя предупреждала.

— Мам, хватит. Я сама знаю, как мне работать.

— И вот итог.

— Знаете… — доктор задумчиво посмотрел на мою мать. — Давайте, Аня, я вас осмотрю, поговорим по душам, анализы возьмем кое-какие. И завтра мы вас отпустим, хорошо?

— Хорошо, — зато буду рядом с отцом. — Мам, а папа как?

— Завтра в общую переведут. Вип, между прочим. С меню, как в ресторане, и огромным телевизором. Нам уже показали, — мама, прищурившись, посмотрела на меня. — Мальчик твой, конечно, тебя любит, он добрый и внимательный, но дай ему, пожалуйста, понять, что такую ношу ты не потянешь.

Я вздохнула и ничего не ответила. Доктор многозначительно кашлянул и достал фонарик из кармашка.

— Посмотрите сюда, пожалуйста.

Мама недовольно оглядела его и отступила.

У меня взяли кровь (и не один раз), записали на МРТ. А ещё спросили, не беременна ли я.

— Нет, — ответ прозвучал категорично, хотя где-то в глубине души зародилось подозрение, маленькое и навязчивое, как мечта о чуде. Мы с Женей не предохранялись с тех пор, как он рассказал мне о своем бесплодии. В его словах я, конечно, не сомневалась, и на чудо в этой ситуации старалась не надеяться. Поэтому место подобной мысли в своей больной голове я не оставила — не до этого сейчас было.

Мне принесли обед. Я думала, что в больнице кормят, мягко говоря, не очень, но борщ был вкусный и с мясом, пюре без комков, а котлетка по-киевски прекрасная и сочная. Либо я просто очень проголодалась и соскучилась по обычной, домашней еде, либо в больницах умеют готовить и на мясе не экономят.

После обеда меня начало клонить в сон, но приехал Пашка — привез смену одежды из дома — и разбередил душу.

— Воблешка, прости. Испугал тебя, да? — брат грустно глянул на меня, бросив сумку на соседнюю пустую койку. — Я сам испугался, знаешь, как?

— Ничего, не переживай. Я просто устала.

— Ну да… Бледная, аж синяя.

— Ой, отстань.

— Старшие к тебе хотят, да врач сказал, что тебе спать нужно.

— Нужно, — равнодушно ответила я. — Нужно… Как папа?

— Пытается уйти из реанимации.

Я грустно улыбнулась.

— Значит, все обойдется.

— Ну да… Аня. Береги себя, а?

Я кивнула и потянулась за мобильным.

— Как в Лондоне-то? — не отставал брат.

— Не знаю. Я не выходила из отеля. Работала.

Пашка нахмурился.

— Может, поговорить с твоим мужиком? Какого лешего он на тебя столько повесил?

— Не повесил. Я сама взяла. И ноша по мне, — этот разговор начинал меня раздражать. — Паш, я все понимаю, но не надо за меня все решать. Хорошо?

— Хорошо, — буркнул брат. — Но удивляет меня, раз у него такая любовь, как говорит Марго, чего ж он не замечает, как ты выглядишь.

— Как?

— Как вобла пересушенная.

— Да пошел ты, — беззлобно ответила я и демонстративно отвернулась.

Пашка ещё помялся и, виновато покряхтев, ушел, а я тут же набрала Женин номер.

— Привет, — устало ответил Шершнев.

Я попыталась добавить своему голосу немного бодрости, хотя еле ворочала языком. Получилось неплохо.

— Привет! Как дела? Как конференция? — в меру весело поинтересовалась я.