Чтение онлайн

Снова пытаюсь осмотреться. Медленно поворачиваю голову, пытаясь понять, где я. Голова кружится и меня даже тошнит. Но я пересиливаю эту отвратительную слабость и пытаюсь вглядеться в полумрак комнаты. Комната небольшая, кроме кровати на которой я сижу, есть еще табурет, стоящий у противоположной стены, лампочка, болтающаяся на тонком шнуре под потолком. И частично забитое деревяшками окно. Чрез щели между ними пробиваются лучи вечернего солнца, служащие единственным освещением в моей темнице.

Как я здесь оказалась? Не помню. Ни чего почти не помню. Помню, как переписывалась в чате по работе. Помню звонок в дверь, как испугалась. А дальше? Кто был за дверью? От попыток вести умственную деятельность голова начинает болеть еще сильнее. Но я собираю силы в кулак и пытаюсь копаться в памяти дальше. Я открыла дверь? Если я здесь значит открыла. А кому могла открыть? Напрягаюсь и пытаюсь вспомнить. Егор… Приехал Егор сказал, что нужно ехать к Денису. А потом? Не помню. Если я здесь, то где мой охранник? Неужели они его… Ничего не помню. Всё как в тумане. Хочется пить. В горле пересохло. Может попытаться позвать на помощь? А вдруг если начну кричать, то явятся эти люди, которые привезли меня сюда? Не знаю, что делать дальше. Разум немного проясняется и начинает накатывать страх.

Слышу шаги. Они приближаются. Щелкает замок и дверь с неприятным скрипом открывается. Я вжимаюсь в стену и смотрю на вошедшего. Егор.

— Егор! — радуюсь я. С ним всё хорошо. Сейчас он меня спасёт. Но мужчина входит в комнату не спешно, как будто решил ночью до холодильника прогуляться. Не похоже, что он с таким видом торопится меня спасать.

— Дина Игоревна. Пить хотите? — он потряхивает бутылкой минералки, и я ощущаю, что у меня во рту сухо, как в пустыне. Но мне не до воды. Нужно бежать пока похитители не вернулись. Почему он так не торопится?

— Егор отстегни меня. Нужно уходить пока они не вернулись. Ты связался с Денисом?

Мой телохранитель всё так же не спешно открывает бутылку минералки. На его лице промелькивает тень улыбки, но вот он снова так же без эмоционально спокоен.

— Кто они? — спрашивает, поднося горлышко бутылки к моим губам. Господи! Что он медлит. Разве не ясно кто?! Похитители! Похитители… Похититель.

Вместе с первым глотком воды с меня спадает пелена, разум немного очищается от густого тумана, и я начинаю понимать. Отстраняюсь от бутылки и смотрю на мужчину. В его взгляде нет ненависти или злобы. Он смотрит на меня, как на маленькую глупую девочку, которая считает, что ветер дует потому, что деревья качаются.

— Пейте, пейте. Вам легче станет, — и он снова подносит бутылку к моим губам. Первая реакция отстраниться. Я же гордая из рук врага и капли воды не приму. Но жажда даёт о себе знать, и я делаю еще несколько жадных глотков.

— Вот и молодец, — он закрывает бутылку и кладет на кровать рядом со мной, — не против если я с вами посижу. На улице как-то ветрено, а ваш собеседник задерживается.

— Кто задерживается?

— Ваш собеседник. С братом он с вашим договориться не смог, теперь надеется на ваше благоразумие. Вы же его проявите Дина Игоревна?

Егор располагается на табуретке и что-то набирает в телефоне. Он не обращает на меня внимания. Я не чувствую от него прямой угрозы. Поэтому решаю начать диалог.

— Так это ты был?

— Поконкретнее пожалуйста, — он бесстрастно смотрит на экран телефона. С «собеседником» моим переписывается или с женой? Пишет ей, наверное, что на работе задерживается.

— Это ты организовал слив информации? В квартиру в мою проникал? Это ты на том видео… Когда Дима умирал да?

Он поджимает губы и кивает. А я вспоминаю как умер брат. И мой взгляд падает на бутылку с водой, которую я только, что жадно пила. Егор замечает ужас на моём лице.

— Не переживайте вы так. Это просто вода. Я же сказал, что мы надеемся на ваше благоразумие и возможность договориться мирно.

— А если не получится договориться мирно? Вдруг я такая же как Дима? Упёртая? Что тогда? Застрелите, зарежете или пытать будете?

— Ну что вы… Вы… Слушай, давай перейдём на «ты». Сейчас как-то ситуация располагает, да? Дина ты не как твой брат. За то время, что мне удалось понаблюдать за тобой, я точно могу сказать, что ты не такая лицемерная тварь как он. Да и не так помешана на этом ебучем проекте. Жизнь тебе, надеюсь, дороже, чем кучка единичек и ноликов, собранных в причудливые комбинации.

— Мой брат не был лицимером! Он горел своим делом и всегда был готов помочь всем и каждому! Он придумал эту систему, чтобы защищать людей!

— Он придумал эту систему, чтобы срубить большой куш от государства. Да и не совсем он придумал, там больше всего сочинил твой ненаглядный. А он, как неплохой бизнесмен, раскрутил всё. Он не хотел никого спасать и никому помогать. Он строил из себя светлого рыцаря, Робин Гуда всю свою жизнь, а по факту рубил бабло и имел всех, кого мог. В прямом и переносном смысле. Ну не смотри ты на меня так. Не веришь? А ты подумай. Кто рулил всеми деньгами, которые вам двоим, подчеркиваю «двоим», оставили родители? Кто свои амбиции и честолюбие поставил выше родной сестры, дав над ней надругаться?

— Ты не знаешь о чём говоришь! Дима был не причастен! Он не знал, что Артём…

— Что Артём Юсурин, человек спаивающий и трахающих девиц в подворотне, человек напрямую пригрозивший ему забрать у него самое ценное, пойдет к тебе домой? Я тебя умоляю, нельзя быть такой наивной. Он знал. Но почему-то решил, что лучше откупиться тобой, за то, что подставил друга.

Теперь губы поджимаю я. Это бред. Не может быть. Дима всю жизнь винил себя в случившемся. Всю свою жизнь он опекал меня, заботился обо мне. Он тогда в таком бешенстве был, что страшно представить.

— И знаешь, он поступился бы тобой еще раз. Если бы ты понравилась Поклонскому. Знаешь почему письмо-приглашение пришло не Денису, а тебе?

— Знаю, — киваю я. — Николай Станиславович хотел понять похожа ли я на брата, такая ли же я хваткая, как он. Сделать вывод, стоит ли дальше инвестировать наши проекты.

— Почти угадала. Он хотел посмотреть на тебя не ради инвестиций в фирму, а устроишь ли ты его как невеста. Смотрины то запланированы были давно. И если бы твой братец не подох, то еще бы до нового года вас свёл.

— Ерунда. Это твои домыслы. Он бы никогда так не поступил! Он не был таким.

— Не был? А откуда ты знаешь каким он был? Ты разве за все эти дни не заметила сколько всего тебе брат не рассказывал о себе? Про любовницу Эмму, про несостоявшееся отцовство, про слежку и «крысу» в его организации? Знаешь сколько всего он тебе еще не рассказал?

Тут Егор прав. Я не раз задумывалась, что многого не знала о брате. Считала, что мы близки, а выяснилось, что он скрывал от меня столько всего, чем принято делиться у близких людей. Но даже если и так, что мы не были близки, как считала, я всё равно не поверю, что мой брат был готов выдать меня за муж ради своей выгоды. Нет. Это всё ложь.