Любовь под запретом
Шрифт:
Лея смотрела в окно из комнаты, замечая, как по периметру ходят люди, которых раньше не было. Услышав, что вода в душе отключилась, она присела в кресло, чтобы спросить у Эмина, что происходит.
Завтра они возвращаются в Париж и ей не хотелось бы, чтобы здесь кому-то угрожала опасность.
— Доброе утро, — улыбнулся Эмин, замечая ее в кресле. — Ты почему так рано проснулась?
— Эмин? Что-то случилось? Почему в особняке так много людей?
— Просто усилил охрану, — хмурился он, выглядывая в окно. — Тебе не о чем волноваться.
— Ты что-то недоговариваешь, — она встает и тут же оказывается в его объятиях.
— Это точно. Я забыл сказать тебе, как очаровательно ты выглядишь в этой простыни на голое тело, — он целует ее за ушком, заставляя терять разум.
— Ты специально так делаешь, — шепчет она, целуя его в ответ. — Чтобы я не спрашивала.
— Я ответил, любовь моя, — он спускается ниже, ловя губами грудь и издавая стон.
— Эмин…
Полчаса спустя она наблюдает за ним из постели, лениво потягиваясь. Он уже надел костюм и застёгивал запонки, ловя ее улыбку и улыбаясь в ответ.
— У тебя вошло в привычку пропускать завтрак, любовь моя.
— Ты виноват в этом, — краснея ответила Лея. — Но сегодня не смей уходить без меня. Я скоро спущусь.
— У меня есть дела. Мне нужно ненадолго отлучиться и потом я весь твой, — сказал он, подходя к ней и целуя в висок.
— Все равно, дождись меня, пожалуйста? — попросила она и он кивнул, смотря на часы.
— У тебя десять минут на все.
— Тиран!
Его смех вызывал у Леи улыбку и она, приняв быстро душ, накинула белую майку и джинсы, спускаясь вниз.
— Всем доброе утро!
— Соня сегодня вовремя?! — удивился Джамиль, и она посмотрела на Ираду.
— Дочка, доброе утро, — улыбнулся отец и она, подойдя к нему, поцеловала его и госпожу Марьем в щеку.
— Не забудьте, сегодня у нас семейный ужин. Быть всем дома в семь вечера, ясно? — сказала госпожа Марьем, смотря на Эмина и Джамиля.
— Только мы? — просил Эмин.
— Я позвал Хасановых и Машаль, — сказал отец и Лея просияла.
Она так давно не видела дядю Искандера, что уже забыла, как он выглядит.
— Спасибо.
— Вы серьезно? — возмутился Джамиль. — Прошу, только не семейство Машаль?! Мать Наимы вынесла мне весь мозг в прошлый раз.
— Не волнуйся ты теперь женат, — улыбнулась Лея, и он хмыкнул.
— Как будто это ее остановит.
— Не волнуйся, тетя Резеда стала другой, после того как дядю Хазрета посадили. Она теперь очень боится потерять дядю Искандера и остаться одна.
— Ты меня успокоила, — сказал Джамиль. — Но, если что…
— Не волнуйся милый, я буду рядом, — улыбнулась Ирада, поцеловав его.
— И я, — кивнула Лея. — Вместе с Ирадой мы спасем твою бедную задницу.
— Вот же…
— Не смей! — поднял глаза Эмин, не собираясь терпеть неуважения в адрес жены.
— Да я даже ничего не сказал? — возмутился Джамиль.
— И не стоит.
— Ешь сынок, — усмехнулся отец, похлопав его по руке.
Джамиль поднял палец пригрозив Леи, и она послала ему воздушный поцелуй. Ирада с Эмином закатили глаза, смотря на их дурачества.
Выйдя на террасу, Лея приподнялась на носках и Эмин, подхватив ее одной рукой прижал к себе.
— Что ты хотела мне сказать, любовь моя?
— Что я очень сильно люблю тебя, — она поглаживала ладошкой его скулу и он едва не мурчал от этой ласки. — Будь пожалуйста, осторожен.
— Почему? — удивился он.
— Ты не говоришь правду, но я догадываюсь, что что-то случилось. Поэтому прошу, будь осторожен?
— Какая же ты лисичка, любовь моя, — он усмехнулся, целуя ее в губы. — Всегда все знаешь лучше меня.
— Я ведь твоя жена, Эмин, — шепнула она.
— Будь добра, не выходи никуда сегодня, хорошо?
— Хорошо, — улыбнулась она, замечая с каким нетерпением на них смотрит Джамиль.
— Может хватит уже нежностей? Поехали!
— Поговори мне еще, — буркнул на него Эмин.
— Иди-иди, — подтолкнула его Лея. — Люблю тебя.
Как только они уехали, госпожа Марьем позвала их с Ирадой в гостиную, чтобы решить насчет блюд. Отправив людей за продуктами, они решили, что будет лучше, если они накроют стол на террасе с другой стороны особняка.
Как только все было обговорено, Лея руководила процессом установки стола и стульев, тогда как Ирада сидела в кресле и, попивая лимонад, махала руками, корректируя действия Леи.
Украсив веранду лампочками и огоньками, Лея проверила их в действии и радостно хлопала в ладоши, предчувствуя какая красота будет вечером, когда солнце сядет и наступят сумерки.
— Подсветку у бассейна нужно оставить. Не дай Бог кто-то упадет пьяным туда, — сказала Ирада и Лея кивнула.
Скатерть была расстелена и даже начали расставлять посуду и фужеры, когда госпожа Марьем вышла все проверить.
— Какая красота! — восхитилась она.
— Да, последний день будет запоминающимся, — вздохнула Ирада и Лея внимательно посмотрела на нее.
— Переживаешь?
— Джамиль все время на работе, а мне одной скучно. С тобой я совсем не замечала времени.
— Не переживай, думаю, что три-четыре месяца ты выдержишь без нас.
— Ты же говорила меньше?
— Это на случай, если нас что-то задержит.
— Надеюсь этого не будет, и вы прилетите через пару недель. Это максимум, — ставила условия Ирада.
— Месяц в лучшем случае, — улыбнулась Лея.
Перед ужином Лея приняла ванну, выбрав телесное вязаное платье в пол на тонких бретелях. Волосы она убрала наверх, открывая шею. Решив, что косметики на ней сегодня не будет, она наносит увлажняющий крем и проводит бальзамом по губам.
Эмин встречает ее в дверях восторженным возгласом, и она улыбается.
— Дождись меня, я быстро.
После душа, он надевает черные брюки и такую же рубашку, оставив верхние пуговицы расстегнутыми.
— Выглядишь потрясающе, любовь моя, — говорит он и целует ее в шею. — Я с ума схожу от твоего запаха.
Она смеется, чувствуя, что его руки скользят по ягодицам, оглаживая их и сжимая.
— У нас нет времени на это, — пресекает его шалости Лея.
— Пару минут, — просит он, не отрываясь от нее и делая глубокий вдох. — Если я умру, то хочу, чтобы меня похоронили здесь, — он провел рукой по ее шее, поднимаясь к ушку. — Вот здесь.