Любовь ради любви!
Шрифт:
— Очень рад знакомству, — улыбнулся он и игриво посмотрел на Яну.
— Ну-ну, ты давай полегче, это моя женщина, — шутливым тоном произнес Добров.
Яна вскинула на Филиппа глаза, он смотрел на нее, и его обожающий взгляд имел горделивый оттенок. Она взглянула на Щеголева и перехватила его оценивающий взгляд, выражающий полное удовлетворение знакомством.
— Может быть, приступим к делу? — непосредственным тоном спросила она.
Добров рассказал Щеголеву суть дела и изложил просьбу об охране Яны.
— Все понял, начинаем с сегодняшнего дня? — спросил он.
— Думаю, да. Рабочий день заканчивается в восемнадцать часов, — продолжил Добров.
— Хорошо, в восемнадцать часов наш сотрудник встретит вас у поста охраны, проводит до нашей машины, машина привезет вас до дома, сотрудник доставит вас до квартиры. Завтра в восемь утра наши сотрудники заберут вас из квартиры и привезут на работу. И так будет до тех пор, пока не отпадет необходимость в охране, — разъяснил Щеголев.
— Я надеюсь, все будет хорошо, и продлится это недолго, — спокойно сказал Добров.
— Надеюсь, — упавшим голосом произнесла Яна. — Я, с вашего позволения, отправлюсь на рабочее место, — обратилась она к Доброву.
— Конечно, — ответил он.
— До свиданья, Борис Сергеевич, — Яна снова протянула ему ручку.
— До скорой встречи, Яна Вячеславовна, — сказал он и склонился, припав губами к ее руке.
Она не стала отнимать руку, решила насладиться редкой галантностью кавалера.
— Оставь мою женщину в покое, — услышала она голос Доброва, — ишь ты, раскланялся тут. Смотри, радикулит разобьет.
Филипп стоял за спиной Яны. Обняв за плечи, он вывел ее из кабинета.
— Машина будет тебя ждать в тринадцать часов на внутреннем дворе, обедаем вместе, — прошептал он ей на ухо.
Яна не успела дойти до кабинета, как услышала голос Киры.
— Ян, ты где сегодня целый день ходишь?
— Ой, Кира, вся в заботах. Работать некогда, — ответила она подруге.
За чаем Яна рассказала обо всем Кире. Та поохала, поахала.
— Ты, Янка, — голова. Какой ребус разгадала! Ну, Подгорнов, ну, сволота. Это же надо, брать под тебя деньги, да еще и разбойников на тебя насылать.
— Кир, только все между нами. Это только мои предположения, точно еще ничего не ясно, — остановила подругу Яна. — Расследование завершится, тогда будешь восторгаться.
— Ладно. Ты с обедом как, охрана будет? — спросила она.
— Меня Филипп, — осеклась Яна, — Филипп Максимович пригласил на обед. Охрана прибудет только к окончанию рабочего дня.
— Филипп, значит, — прищурилась Кира, — отношения стремительно развиваются?
— Да нет, — слукавила Яна, — просто последние события нас сблизили. Он не знает, что для меня он уже Филипп. — Яна вспомнила его поцелуй и покраснела.
— Уж вижу, подруга. Ян, не заигрывайся, он, престарелый Казанова, тебе голову морочит, а ты ведешься, — назидательно говорила Кира.
— Ой, Кира, я готова за ним по лесу в одних тапках бегать. Слушать его, видеть его, только быть рядом, — сказала Яна.
— Ну и ну! С Робертом, значит, только на шпильках и только по тротуару, а с этим в тапках по лесу… Все понятно, — задумчиво произнесла Кира. — Бедный Роберт!
— Никакой он не бедный, ему все достается. Даже больше, чем раньше, — смутилась Яна.
— То есть? — заинтересовалась подруга.
— Кир, Добров звонит мне. Мы с ним подолгу разговариваем. — Яна не стала углубляться в рассказе подруге об истинных отношениях с Филиппом. — Он такой умный, добрый, сильный, у него такой сексуальный голос. Всю нерастраченную энергию я дарю Роберту. Он даже насторожился как-то.
— Насторожишься тут. Роберт ведь тоже не дурак, а интуиция у него обостренная, забыла? — напомнила Кира подруге.
— Забыла, я в последнее время о Роберте вспоминаю нечасто, — грустно ответила Яна. — Кстати, надо ему позвонить, сказать, чтобы вечером не приезжал. Добров организовал мне охрану.
— Вот это правильно, на обед мы тоже под охраной пойдем? — спросила Кира.
— Ты не обидишься, если на обед пойдешь без меня? Охрана меня будет привозить на работу и доставлять домой. Обедать буду здесь пока, — ответила Яна.
— А у тебя есть сегодня что поесть? — уточнила Кира. — Может, мне в магазин сходить?
— Нет. Сегодня на обед меня пригласил Добров, — улыбнувшись, сказала Яна.
— Конечно же, как не заесть такие потрясения, — съязвила Кира. — Роберту позвони, малахольная. — Кира ушла.
Яна позвонила Роберту. Он выслушал ее. Было понятно, что он не очень доволен сложившейся обстановкой. Делать, однако, было нечего, и он смирился.
— Дома, так дома, — сказал он.
— Целую тебя, — закончила разговор Яна.
Настало время обеденного перерыва. Яна внимательно слушала Доброва, который рассказывал ей о доме, который недавно построил. Он поочередно описывал комнаты, интерьеры и обстановку. О саде он говорил с особой любовью. Во всем угадывались продуманность и практичность. Яна поняла, что такой прекрасный дом можно построить только для семьи, которую любишь.
— Мы туда съездим с тобой, когда здесь все уладится. Не возражаешь? — вдруг спросил он.
— Расскажи мне о своей семье, — предложила Яна.
— О семье? — Филипп задумался. — В моей семье только девочки. Жена, дочь и внучка. Был зять, но не выдержал конкуренции и сбежал.
— Ты очень любишь свою семью, это видно, — заметила Яна.
— Люблю, это точно. Особенно внучку. Она такая милая, нежная, беззащитная. Ей десять лет. Удивительно, но девочки похожи. Дочь в юношеском возрасте мне напоминала жену. Глядя на внучку, я вижу дочь. Мне нравится о них заботиться. Добиваться для них всего, чего они заслуживают: хорошая квартира, интересная работа, обучение в лучших учебных заведениях города, отличный отпуск. Зять, видимо, не настолько сильно любил их, вот и удрал, — грустно сказал он.
— Может быть, у него не было столько возможностей? — предположила Яна. — В тридцать пять все это ты уже мог дать своей семье? И потом, когда уже все есть, к чему стремиться? И зачем, когда есть такой тесть? — засыпала вопросами Яна.
— Ты рассуждаешь, как моя дочь. Она все еще любит своего непутевого мужа. Я считаю, что именно любовь и дает возможности. И чем ее больше, тем устремления шире и разнообразнее.
— Ты, пожалуй, прав. — Яна вспомнила своего мужа, но говорить о нем не стала. — Мужчина может многое дать, если он любит. Дом, наверное, твоим девочкам особенно по душе?