Любовь ради любви!
Шрифт:
— То, что вы вчера сделали или, вернее, не сделали, подняло вас на такую высоту в моих глазах, что я не смогу вам больше говорить ты. Но вы сегодня мне намного ближе и роднее, чем это был ты вчера.
Он улыбнулся и поцеловал ее в губы. Она поцеловала его в ответ.
— Пора работать, — сказала она. Остановившись в дверях, она вдруг вспомнила, что забыла ему сказать важное: — Я согласна преподавать на курсах повышения квалификации. И диссертацию тоже согласна писать, если вы мне станете помогать.
— Вот и славно, девочка моя, — улыбнулся он.
На следующий день Яне позвонили из деканата факультета повышения квалификации, сообщили о необходимых документах, согласовали с ней темы лекций и семинаров, а также расписание занятий. Оказалось, что ее занятость будет определяться четырьмя академическими часами один раз в неделю.
— Не так уж это и много, — говорила она Роберту, когда тот вернулся из командировки. — К лекциям я уже подготовилась, пока тебя не было. И это дополнительный заработок, между прочим, — продолжала парировать Яна.
— Ты же сказала, что все уже решила. О чем теперь говорить-то? — ответил он. — Мне интересно, а кто предложил тебе диссертацию, курсы? — вдруг спросил он.
— Это имеет какое-то значение? — спросила Яна.
— Имеет. И кто же?
— Филипп Максимович Добров, — как бы недоумевая, ответила Яна.
— Он, наверное, и научным руководителем станет? — с издевкой подметил Роберт.
— Если потребуется, станет. А в чем дело-то? — прищурилась Яна.
— Слишком часто в последнее время я о нем слышу, как-то это подозрительно выглядит.
— Не придумывай. Просто он умный, грамотный, мудрый, веселый, мне с ним интересно, — начала было Яна, но, вспомнив, что говорит это все своему мужу, добавила: — обсуждать рабочие моменты.
— И не только рабочие, я полагаю, — ухмыльнулся Роберт.
— Думай, как угодно, разубеждать не буду, — зло ответила Яна. Ей действительно не хотелось его ни в чем разубеждать.
«Пусть думает, что хочет. Я ему не изменяла, пусть будет этому рад. А уж с кем, о чем и сколько я разговариваю, не его ума дело», — так думала Яна.
Из отпуска вернулась Кира. Яна была рада ее возвращению. Теперь она сможет поделиться своими переживаниями.
— Привет, дорогая моя. Как я по тебе соскучилась, — входя в кабинет, говорила Кира.
— Кира, я еле дождалась, когда ты выйдешь из своего отпуска, — ответила Яна и встала навстречу подруге.
Они обнялись, постояли обнявшись, внимательно посмотрели друг на друга и рассмеялись.
— Ну, давай кофейку, что ли? — предложила Кира.
— Я за тобой поухаживаю, сама чай буду, — сказала Яна. — Как отдохнули? Все нормально?
— Да, все хорошо. Погода теплая, даже купались. А в целом, ничего нового. У тебя-то как дела?
— А у меня новостей полно. На следующей неделе я в первый раз иду на занятия, подготовилась уже. Я согласилась начать диссертацию.
— Научным руководителем Филипп Максимович, небось, выступит? — с сарказмом сказала Кира.
— Ну ты, прямо как Роберт, он точь-в-точь так же мне сказал, — с неменьшей иронией ответила Яна.
— Роберт? А что, он про Филиппа знает? — удивилась Кира.
— Я, как он сказал, слишком много времени уделяю общению с Филиппом Максимовичем. Я ему ответила, что тот прекрасный руководитель. Ну и ему ничего не стоило догадаться, что именно Филипп Максимович является моим идейным вдохновителем.
— Только идейным? — переспросила Кира и, весело прищурившись, посмотрела на подругу.
— Кир, ты-то меня не цепляй. Я же не виновата, что он стал мне дорогим человеком, — в сердцах выпалила Яна.
— И насколько дорогим он стал за время моего отсутствия? — обратилась с интересом Кира. — Вы что, слились в экстазе?
— Представляешь, именно в нем, в экстазе, мы и слились, но только в душевном. Был момент, когда мы очутились у края, за которым было счастье только для нас двоих. Но мы оказались не готовы сделать несчастными тех, кто с нами рядом и кем мы дорожим. И мы остановились, оставив все, как есть. — Яна не стала рассказывать Кире всю правду до конца, выдав решение Филиппа за их общее решение. — Но с этого времени Филипп Максимович, единственный мужчина, с кем моя душа отдыхает. Роберт своей ревностью сводит меня с ума. Любой разговор с ним заканчивается одним и тем же — претензиями ко мне по поводу моего слишком тесного общения с руководством. А меня это бесит! Я ему не изменяю, и пусть этому радуется, а общаться с Филиппом он мне не запретит. И не его дело, кто мне звонит.
— Ну, да, конечно, не его. Тебе бы тоже не было дела, если бы какая-то баба звонила твоему мужу, и он лялякал бы с ней по телефону, — покачав головой, сказала Кира. — Ян, Филиппу изменять-то, наверное, уж нечем, а ты себе картинки нарисовала.
— Кира, у него с этим все хорошо. Просто он человек с очень высокой нравственной планкой. И я рада, что мне судьба дала возможность любить такого человека.
— Любить? — оцепенела от удивления Кира.
— Да, именно любить. Любить так, что захватывает дух. И давай закончим этот разговор. — Яна встала, подошла к окну и, отвернувшись от Киры, устремила взгляд на улицу.
Повисла пауза.
— Ну а лекции как? Ты волнуешься, наверное, — переведя разговор на другую тему, спросила Кира.
— Лекции? Не знаю. Я же не читала никогда. На следующей неделе увидим, — дружелюбно ответила Яна. — Я, знаешь, хотела у тебя спросить? У нашей Жанны какие-то проблемы с экзаменами. Артур сказал, что вплоть до отчисления. У тебя никого нет, чтобы ей как-то помочь?
— Помочь Жанне? Только для Артурчика. Я там декана хорошо знаю, позвоню ему: сможет — поможет.
— Спасибо, Кирочка, — улыбнулась Яна.
— Не за что пока, — ответила Кира. — Ладно, пойду, я тебе перезвоню.
К концу дня Кира позвонила и сообщила, что Жанне предоставят все возможности для успешной пересдачи экзамена.
Глава 24
Дни шли за днями, складываясь в месяцы. Близился Новый год. На работе все было в порядке. Случай с Подгорновым сильно подстегнул дисциплину в отделе. Сотрудники работали четко и слаженно, как швейцарские часы. Яна начала читать лекции, и это ей очень понравилось. Ей импонировало, что она в центре внимания, а глаза слушателей полны интереса к ней и восхищения ее знаниями. До диссертации руки не доходили пока. Она обдумывала тему. Филипп Максимович предложил ей несколько тем, и она не могла определиться, какая из них ей наиболее интересна. Да ей особенно и не хотелось об этом думать. В редкие минуты, когда они оставались наедине с Филиппом Максимовичем, ей хотелось с ним просто поболтать и посмеяться. Иногда они выезжали в ресторан пообедать. Средством их плотного общения стал телефон, вот там они и отрывались.