Чтение онлайн

– Как его хоть зовут?

– Не помню. То ли Игорь, то ли Егор, да хрен его знает.

– Даа, Кир, тебя хоть в разведку посылай, – разочарованно покачал головой Максим.

– Да что ты панику нагоняешь? Нормальный парень, представительный такой, сказал, что староста в их группе. Старосты – они ведь супер-ответственные, так? Так что повода для беспокойства нет.

– Почему она тогда до сих пор мне не перезвонила? Ты номер мой ему оставил? – снова встревожился Макс.

– Все я ему передал. И номер, и про отца рассказал, и что ты приедешь сразу же, как только все образуется. И позвонить попросил. Так и на парах она сейчас, наверное, поэтому не звонит.

– Могла бы сообщение написать. Нет, тут что-то не то. Я поеду к ней домой вечером.

– Ой, делай что хочешь. А я пошел. К Леониду Станиславовичу все равно сейчас не пускают. Передавай ему от меня привет.

– Передам, – рассеянно отозвался Костров.

Кирилл забрал вещи, игриво подмигнул проходящей мимо симпатичной медсестре и зашагал к выходу.

Уже ближе к вечеру, убедившись, что отец окончательно пришел в себя и никакой угрозы больше нет, Максим засобирался домой. Надо хотя бы переодеться и перекусить, перед тем как отправляться к Лиле. А то на нем уже два дня одна и та же рубашка. Да и щетина отросла. Негоже появляться в таком виде перед девушкой, которая нравится. Хоть в этом и нет его прямой вины.

Настроение было прекрасное, хотя он все еще немного переживал, потому что Лиля до сих пор так и не вышла на связь.

Дома его ждала очередная проблема. Неужели все сговорились против него?

Оказалось, что его затопили соседи сверху. Соседка, точнее. Некритично, но повозиться пришлось. Пожилая Ольга Васильевна из 129й квартиры – той самой, что находилась этажом выше – сто пятьдесят раз извинилась. Мол, прости, милок, оставила непоседливого внучка-подростка на час дома одного, а он ишь чего учудил. Обещалась все из пенсии компенсировать.

– Окститесь, Ольга Васильевна, какая пенсия. Тут ущерба-то всего ничего, ничего не испортилось, – успокоил ее Максим. Не хватало еще с бедной старушки деньги трясти. К счастью, ремонтные работы оплатить он был в состоянии и сам, из своего кошелька.

Одним словом, пока разобрался со всеми делами, на часах было уже начало десятого вечера. Поздно, конечно, было в такое время заваливаться к Ивановой, но терпеть он больше не мог. Может, ему повезет, и получится до ее окна как-то достучаться. Она обмолвилась во время свидания, что живет на третьем этаже. Осталось только квартиру вычислить.

Ага, ты еще камешки во все окна подряд начни бросать – в голове вдруг прозвучал ехидный голос Воронова.

Захватив ключи от квартиры и машины, новый телефон и наспех нацепив найки, уже собрался запирать дверь, как вдруг на лестничной площадке нарисовалась Стася.

– Стась, ты не вовремя, – честно сказал подруге. – Я спешу.

– Макс, ты просто обязан меня спасти, – с порога выдала она.

Костров только сейчас присмотрелся и заметил, что у подруги зареванные глаза.

– Что опять стряслось у тебя? – он тяжело вздохнул. Кажется, его планы в очередной раз за день рушились. Доедет он когда-нибудь до Лили?

– Вот скажи, почему мне так не везет в личной жизни? На мне что, проклятье какое-то висит? Или я что, такая страшная? – завела свою шарманку подруга.

Стася Василевская, дочь папиного лучшего друга, с самого детства ходила хвостиком за ним. А точнее, за ним, Кириллом и Вадимом – собственным братом. Старшая сестра в семье Васильевских, Алевтина, из-за существенной разницы с братом и сестрой, проводила с ними совсем мало времени в детстве. Когда родился Вадик, ей было уже 12 лет, когда Стася – целых 14. Не до этих сопляков ей было. У нее была своя компания, а вскоре уже и своя личная жизнь. Поэтому младшие часто тусовались с Максимом и Кириллом.

С девочками Стася почему-то никогда не ладила, а вот с противоположным полом очень легко находила общий язык. Все детство пробегала с ободранными коленками. И неудивительно: вместо кукол играла в казаков-разбойников, догонялки и вышибалы.

Макс к Стасе относился исключительно как к младшей сестренке, которой у него никогда не было. Всегда оберегал и помогал. Так же, как и остальные мальчишки в их маленькой, но дружной компании. Стася тоже очень любила ребят, но к Кострову у нее было особое отношение. Она ему даже о всех своих влюбленностях рассказывала, стеснялась говорить о таких вещах Вадику. Тот, хоть и души в ней не чаял, слушать совсем не умел, часто рубил сгоряча и грозился надрать задницу любому, кто смел обидеть его любимую младшую сестренку. Очень уж душил своим контролем. Кирилл – балагур, к такому с личными драмами тоже не подойдешь, засмеет ведь только. А вот Макс всегда был готов выслушать, совет дать.

В общем, когда у Стаськи случалось любовное переживание, она в первую очередь бежала делиться именно с ним.

Вот и сейчас – явно поссорилась с очередным «тем самым». Как его, Антон, кажется?

– Я ведь думала, он совсем не такой. Только отошла от предательства Игоря.

– Ты можешь толком рассказать, что произошло?

– Произошло то, что все мужчины – козлы! – высокопарно заявила Стася. – Кроме тебя, конечно, – стушевалась она.

– Совсем недавно ты нас с Кирой кобелями обозвала, так что говори уж как есть, – заметил Костров.

– Ну вы, конечно, тоже не образчики благородства. Но ты хотя бы честен со своими пассиями.

Максим закатил глаза. Да уж, слава бежит впереди него.

– Короче, мне нужна твоя помощь.

– И что же я должен сделать? Набить твоему Антону морду? Так ты Вадика позови, он с радостью.

– Дорогой Максик, – пародируя Лерку Каримову, противным тонким голосом пропела Стася, – фу таким быть. Не все решается кулаками. Мне Даша из 12 группы сказала, что видела Антона с ее сокурсницей, они вместе гуляли в центре. А еще у их группы, то есть у Даши и этой швабры, сегодня празднование окончания зачетной недели. В клубе.

– Так тебе не о чем беспокоиться, – заверил подругу Макс.

– Почему это? – озадачилась Стася.

– Кто ж человека со шваброй в приличный клуб пустит? – изобразил натуральное удивление Костров.

Стася на пару секунд зависла, а потом, когда врубилась, что Макс над ней попросту издевается, сердито ударила его кулачком в живот.

– Ай, больно! – возмутился тот. – Если ты таким образом надеешься заставить меня тебе помочь, то методы влияния у тебя так себе, хочу сказать.

– Макс, хватит клоуна изображать. Мне вот, веришь, вообще ни капельки не смешно. Не хочешь подругу выручить, так и скажи. Пойду к Воронову, – обиженно засопела блондинка.

– Ну все-все, рассказывай давай, что я должен делать.

Стася благодарно улыбнулась, а Костров с тоской распрощался с намеченными планами на вечер.

Было очень жарко. Музыка гремела так, что раскалывалась голова.

А может, он просто отвык за эти пару дней от такого типа шума. Больничная тишина, в которой он провел весь вчерашний день и сегодняшнюю половину дня, создавала ощущение, будто он находился в какой-то альтернативной реальности, где спокойствие и тихие, вполголоса, разговоры с врачом и медсестрами прерывались лишь редкими постукиваниями входных дверей и далекими невнятными голосами с первого этажа, куда привозили пациентов, пострадавших в результате очередного несчастного случая.