Чтение онлайн

— Это потому, что ты не выставил свой самый неловкий момент на всеобщее обозрение перед всеми учениками, — мягко ответила Сьюзи.

Мэтту хватило такта содрогнуться.

— Честно говоря, я не думаю, что вы, ребята, выглядели так уж плохо. Сьюзи, все говорят о том, что ты тайная тусовщица…

— Что является неправдой, — вставила она.

— А Марго… — Его уверенность немного пошатнулась, когда он почесал затылок. — Ну, теперь все знают, какая ты горячая, так что…

Я проигнорировала его благосклонное отношение к этому и пристально посмотрела на него.

— Да, потому что это именно то, о чем я хотела, чтобы люди говорили. Мои сиськи.

Мэтт вздрогнул.

— Ты права. Ты совершенно права. Но… — Он поднял руки, чтобы никто из нас не перебивал. — Я должен указать на несколько ключевых моментов. — Отмечал он на пальцах. — Во-первых, мы не знаем с абсолютной уверенностью, кто стоял за розыгрышем.

— Розыгрышем? — Вмешалась я. — Подушка-пердушка — это розыгрыш. А это был не розыгрыш.

Мэтт продолжил, как будто я ничего не говорила.

— Вы же не хотите пойти и отомстить не тому человеку, не так ли?

Сьюзи и я обменялись взглядами. Она выглядела нерешительно, но я была непреклонна. Я точно знала, кто был виновником, большое спасибо. Мы все знали.

— Во-вторых, — продолжил Мэтт, — если тебя поймают, у тебя могут быть проблемы посерьёзнее.

Теперь это заставило меня задуматься. Сьюзи и я обменялись взглядами, и я знала, что она думает о том же. Мы не могли позволить себе вляпаться в ещё большие неприятности.

— И, в-третьих, — сказал Мэтт, подняв средний палец. — Плохо уже то, что хэштег стал вирусным, если вы будете нагнетать, он может обрести собственную жизнь. Если вы забьете на него, всё утрясется само собой. Так всегда с такими вещами.

Я поджала губы, а затем сделала долгий выдох и обменялась еще одним долгим взглядом со Сьюзи.

— Наверное, он прав.

Ее недовольный тон совпадал с моим.

— Да, полагаю.

Я потянулась и похлопала ее по руке.

— Хотя это было бы здорово.

Ее лицо немного просветлело.

— Девушка может помечтать, правда?

— Абсолютно, — сказал Мэтт. — Я бы хотел увидеть их самодовольные лица, если бы эти фотографии вдруг вышли на свет.

Я переводила взгляд с одного друга на другого.

— Ой-ой. — Я схватила Мэтта за плечо. — Только не говори мне, что мы тоже потеряли тебя на темной стороне. Я думала, ты должен быть голосом разума.

Он ухмыльнулся, но это выглядело натянуто.

— Эй, ты в порядке? — Спросила я.

Он быстро кивнул.

— Да, да, конечно. Просто… — Он покачал головой, выражение его лица немного прояснилось. — Да так, глупость, вот и все. Хотел бы я, чтобы был какой-то способ исправить это.

Сьюзи склонила голову набок, мило улыбаясь.

— Тебе ничего не нужно делать, — сказала она. — Это не твоя вина. — Она потрясла руками, чтобы смахнуть крошки чипсов, выражение ее лица было смиренным. — Кроме того, ты был прав — во всем, но особенно в последнем. Это пройдет, да?

Я кивнула с большей уверенностью, чем чувствовала.

— Конечно, — сказала я. — Это просто еще один глупый тренд, и он скоро пройдет.

Она решительно кивнула.

— Ты права.

— Определенно, — добавил Мэтт.

Решено. Мы были уверены — это обязательно пройдет и скоро закончится.

Я просто не была уверена, что кто-то из нас действительно верил в это.

Две недели. Вы могли бы предположить, что через две недели наши одноклассники устали от всей этой темы #ГикиУходятВОтрыв. Но нет. Называйте это ребячеством или вините в этом скуку, но хэштег стал популярнее, чем прежде.

Он зажил своей собственной жизнью, став чем-то совершенно другим. Издевательский квест. Виртуальная игра в салки среди старших и младших классов.

Справедливости ради, не всё было таким уж подлым и жестоким, что, вероятно, было единственной причиной, по которой родители и учителя не вмешались, чтобы положить конец кибербуллингу. По большей части это не было травлей. В девяти случаях из десяти хэштег использовался как шутка, где один друг отмечал другого, когда тот делал что-то глупое, был пьян или под кайфом, или что-то типа того. Это стало ловушкой для неловких ситуаций и идиотских моментов, для туповатых друзей и для заклятых врагов, надеющихся превзойти друг друга.

Но были и такие редкие придурки, которые заходили слишком далеко. Например, когда приятель Джоэла Райан запостил фотку бедного Хоуи, одного из парней из аудиовизуального клуба, с открытым ртом и стекающим по лицу потом на уроке физкультуры. Идиотский поступок, как ни посмотри. В этом не было ничего смешного.

Так что да, время от времени такие фото проскальзывали вместе с безобидными тегами друзей. После той фотографии с Хоуи я вмешался. Наверное, мне следовало сделать это раньше, но я искренне думал, что это прекратится. Я имею в виду, насколько скучно должно быть этим людям, что это все, чем они могли заниматься в свободное время?

Хотя, кто я такой, чтобы судить их, когда Марго все еще явно осуждает меня. Я вроде как хотел сказать ей, что обратился к футбольной команде. Я прочел им лекцию о том, как они рискуют командой и нашим сезоном каждый раз, когда переходят черту в социальных сетях с этим дурацким хэштегом.

Я выслушал некоторые позиции парней, но смысл они поняли. Никто не хотел, чтобы дисквалификация помешала нам выиграть в этом сезоне, даже дегенераты, которые находили Джоэла и его друзей забавными.

Этот глупый тренд посеял хаос в нашей школе. Не в прямом смысле — ребята не ввязывались в драки и не получали отстранения. По крайней мере, пока нет. Но в воздухе витало напряжение, и исходило оно не только от Марго.

Эта новая «игра», если можно так выразиться, превращала заклятых врагов в настоящих врагов, разжигала неприязнь между людьми, которые редко, если вообще когда-либо, взаимодействовали. Например, друзья Хосе и друзья Джоэла. Когда-то они едва ли знали о существовании друг друга. Но теперь появились разногласия — взгляды, перешептывания и смех. Смех не в хорошем смысле слова.