Чтение онлайн

— Серьезно?

— Вполне. И нет, там не живет Василиск.

Я прям чувствую как наполняюсь детским восторгом. Нам определенно будет о чем поговорить.

— Голодная?

Утвердительно киваю.

— Доставка или сходим куда-нибудь?

— Сходим! — не раздумывая, выбираю я. — Только мне бы в душ…

— Я подожду, не спеши.

Руслан показывает мне, где что лежит и уходит. А я ничего не могу с сбой поделать и, когда остаюсь одна, начинаю пританцовывать на месте. Мы идем вместе завтракать! Или обедать, но это не суть…Главное — вдвоем!

Перед выходом созваниваюсь с Женей, дабы успокоить нервы. Мне не нравится врать ему, но по-другому никак: если вдруг у нас с Русланом не сложится, то эта ложь спасет их дружбу.

Спускаемся вниз, сворачиваем на проспект и медленно прогуливаемся вдоль домов. Из множества заведений выбираем кафе грузинской кухни.

— Точно все? — спрашивает Руслан после того, как мы сделали заказ.

— Да, я много не ем, — объясняю свой скромный выбор и отдаю меню официанту.

Как только он уходит, помимо моей воли возникает неловкая пауза. Мне комфортно с этим конкретным мужчиной, я сама по себе довольно общительный человек, но совершенно некстати в голове застряла одна-единственная тема. А я не хочу говорить о Паше, пусть меня от любопытства разорвет, но он не станет объектом обсуждения.

— Не нервничай, Ви, — говорит Руслан. — Я не буду увиливать и о вчерашнем…

— Не надо! — прерываю его, выставляя руки вперед для большей убедительности. — Может, когда эмоции улягутся, а пока я не способна адекватно воспринимать то, что он натворил. Пытаюсь придумать как отвлечься.

— Расскажи о своей семье, — предлагает Руслан и пересаживается ко мне на диванчик. — Я очень заинтригован высказываниями Жени.

— Предупреждаю заранее, я никогда ни с кем не откровенничала. Женя не в счёт, он учасник многих событий. Возможно, все будет звучать как одна бесконечная жалоба.

— Если есть на что, то дерзай, — это подбадривание плюс готовность Руслана слушать срабатывают, и я расслабляюсь.

— Мой семья состоит из мамы, отчима и маминого брата, Женин папа. Была бабушка, но она умерла год назад. Отца я даже на фотографиях не видела, хотя он жил с нами какое-то время. А потом уехал за границу на заработки и через месяц написал, что не вернется. Мы с мамой справлялись нормально насколько я помню. Денег хватало, работа ее не изматывала…в отличии от постоянного поиска мужа. Она казалась одержимой, когда заводила очередные отношения. Если мне доводилось знакомиться с ее ухажером, то я обязана была играть роль идеального ребенка. Обычно выходило сносно, а с годами я вообще поднаторела в актерстве. Не безупречно, конечно, но получаемые упрёки и рядом не стояли с теми, когда я по-настоящему прокололась,

— И что произошло? — с живым интересом уточнил Руслан.

— Мне было лет пять. Я как обычно получила строгие инструкции: что сказать, как улыбнуться, куда сесть. А потом пришел наш гость. Огромный бородатый дядька с громким голосом, активной жестикуляцией… Я испугалась, расплакалась, он поржал, посидел немного, пока я пряталась в комнате, потом свалил. А я выслушивала весь вечер, какая я тупая, все испортила. Знаешь, это хуже крика, когда человек зол, но не срывается. Он занимается обычными делами и при этом движения, слова, мимика — все выражает бешенство. И ты находишься в ожидании, что вот-вот рванет. Лучшими периодами были расставания. Плохо, наверно, звучит, но, разочаровываясь, мама сосредотачивалась только на мне.

— Звучит больше ненормально, чем плохо, — говорит Руслан и приобнимает меня. — Хоть иногда у нее случались просветления.

Облокачиваюсь на мужскую грудь и продолжаю свой рассказ. Так даже легче, сразу ощущается поддержка и внимание.

–  Игорь появился, когда мне было восемь. Обычный работяга, лысеющий, с брюшком. Не скажу, что невзлюбила его с первого взгляда, я его не воспринимала как нечто долговременное, поэтому не оценивала. Но вскоре он поселился с нами. С тех пор все пошло хуже некуда. Для меня лично. Мама была счастлива, особенно когда они расписались…И постепенно Игорь утвердился как глава семейства. И, черт…ничтожней мужа найти сложно. Он такой мелочный, жадный, примитивный, словно вышел из типичного анекдота. Пришел с работы, поел и сел смотреть футбол, правда, в его случае передачу про рыбалку. Брюзжит по любому поводу, обо мне в особенности: одеваюсь отвратно, дружу с кем попало, занимаюсь херней и так далее.

— А мать поддакивает, боясь потерять свое сокровище, — правильно догадывается мужчина.

— Не то слово! Он ведь чуть что драму закатывает. И не ценят его, и не любят, грозится уйти. Жалкое зрелище. Меня только Женя и спасал в этом дурдоме. Когда он приезжал, я жила у него, лет с семи так повелось. Покупал путевки в детские лагеря, санатории, чтобы я отдыхала от родственников. Однажды тур в Японию подарил, но меня не пустили.

— Дай угадаю, — прерывает Руслан. — Жаба задушила.

— В точку. С подачи Игоря наше с Женей общение стало осуждаться. То он меня баловал, то приобщал к незаконным вещам, то вообще использовал, чтобы досадить ему. И не докажешь ведь обратное, человек вбил себе в голову чушь и распространяет. Женя даже пытался подружиться с ним, чтобы меня в шестнадцать отпустили в Питер. Он бы с колледжем для вида договорился и все было бы ок. Времени кучу потратил, обхаживая Игоря, ломал себя, лицемерил, но бестолку. И самое обидное, что мешала я им, кормить ведь надо, комнату занимаю, но из вредности не пустили. Хотя мама почти согласилась, это Игорь в позу встал, чтобы самоутвердиться.

— Да твой семейный анамнез может посоревноваться с моим, — шутливо выдает Руслан, и я решаю поддержать его игру.

— Вряд ли, я же не приобрела никаких наклонностей. Так что ты бесспорный победитель.

— Да ладно, — теплое дыхание щекочет шею. — Я твоя самая страшная наклонность.

Мужская рука уверенно проникает под майку и ложится на мой напряженный живот. Но на достигнутом не останавливается, движется выше и выше, прямо до чашечки лифчика. Мне одновременно неловко и интересно, ведь я впервые позволяю мужчине такие откровенные действия.

«То ли еще будет», — ехидно шепчет внутренний голос.

Некстати начинаю нервничать: мы же в людном месте! В поле моего зрения посетителей нет, но кто-нибудь может видеть наши «обжимания». Усилием воли отбрасываю ворох мыслей о приличиях и заставляю себя расслабится. Тем более нежные поглаживания приятны настолько, что хочется дополнить их поцелуями. Не мне одной, как оказалось. Руслан склоняется легко касается моих губ своими. Тянет вниз мою майку, тем самым оголяя верхнюю часть груди.

— Так лучше, — говорит, обводя пальцем край декольте.

Внезапно все прекращается. На мне поправляют одежду, и через несколько секунд подходит официант с нашим заказом.

— Ешь. Потом отвезу тебя домой.

Расстраиваюсь, так как рассчитывала, что мы проведем вместе остаток дня.

— Во сколько завтра заканчиваются пары? — одной фразой Руслан поднимает мое настроение.

— В три! — не скрывая улыбки, отвечаю я.

— Значит, жди в три.

Первый раз за долгое время готовлю полноценный ужин. Мясо, гарнир, салат, а на десерт купила пирожные. Долго стояла у витрины, раздумывая: взять любимый наполеон Руслана или что-нибудь другое. Дилемма века, из-за которой я почувствовала себя крайне глупо. В итоге выбрала наполеон и теперь чувствую себя еще глупее. Прям заботливая жена, ждущая мужа с работы. Проблема в том, что мы непонятно кто друг другу. Любовники? Временно помирившиеся бывшие? Поэтому мои старания меня саму раздражают. Руслан может подумать, что я стремлюсь все вернуть. Но это чушь! Да мы и не поговорили толком о наших отношениях, а если начнем, то, уверена, разругаемся в считанные секунды.