Любовь сквозь границы
Шрифт:
— Если бы силу любви можно было измерить то я первым бы это сделал.
Я вдруг осознала, что если Арда окажется сыном Сулеймана, то ему придется смириться с тем, что Элиф его сестра. Это будет конец их любви. Конец истории, которая даже начаться толком не успела.
— Тогда скажи, кто она для тебя? — спросила я с щемящей болью в сердце.
— Солнце, вокруг которого вращается мое сердце.
Этого ответа было достаточно, чтобы описать его чувства. Она больше чем мир. Элиф для его Вселенная. Она его космос. Любовь парящая выше небес.
Я вышла из дома забрав пару вещей для того, чтобы сделать тест ДНК. Как бы сильно я не была взволнованна, надежда на то, что Арда мой родной брат не угасала. Я верила в это, но не переставала молиться.
— О Аллах, не разлучай моего брата с Элиф. Прошу, не разбивай его сердце, — прошептала я про себя, когда сдала зубные щетки медсестре.
***
— Брат!
Кара вошла в комнату Серхата и открыла шторы, которые не давали свету просочиться. Комната парня и так была темной, а так становилась еще чернее.
— Кара! — зарычал молодой человек, закрывая лицо.
— Пора вставать!
— Я еще немного посплю.
— Не время спать, брат. В клане столько всего произошло. Папа пытается помочь дяде Юсуфу, а ты даже не заглянул к ним.
— Мне глубоко плевать на проблемы клана.
— Только не говори об этом папе. Он разозлится. Ты и так постоянно испытываешь его терпение.
— Я не виноват, что старик невзлюбил меня.
— Браат, — возмутилась Кара. — Вставай уже. Я на работу опаздываю, а папа просил разбудить тебя.
— Как же это бесит, — раздраженно произнес он. — Сейчас иду.
Кара кивнула и вышла из комнаты брата. Серхан встал с кровати направился в ванную. Он прошелся рукой по своей двухдневной щетине и нагнувшись схватился за умывальник. Его взгляд снова был прикован к шраму на щеке, которые еще больше бесил его с утра. Умывшись, он вышел из ванной и схватил первую попавшуюся футболку с полки. Его тело, сложенное как у греческого война было покрыто несколькими шрамами. Они сразу бросались в глаза. Особенно самый длинный, что шел от шейного позвонка до середины спины.
Серхат вышел из комнаты и сразу направился в кухню. За столом его ждал отец.
— Что? — грубо спросил его парень.
— Присядь, — вежливо произнес Тарык.
Серхата бесил этот тон отца. Ему не нравились эти нудные разговоры по утрам. Однако выбора не было. Парень сел за стол.
— Что? — снова спросил он.
— Я хочу, чтобы сегодня ты пошел со мной в офис.
— Я не могу. У меня тренировка.
Серхат профессионально занимался боями. Он все время уделял спорту и не любил посещать фирму Айдынов.
— Это важно, сынок. Не заставляй меня уговаривать тебя.
— Я сказал нет! Это тебе приелось быть шестеркой Айдынов. Я таким не буду!
— Перестань! — разозлился мужчина. — Как ты разговариваешь? Имей хоть каплю уважения ко мне!
— Не буду. Теперь оставь меня в покое. Неужели это так сложно? Просто отвали от меня!
— Какой же ты неблагодарный. Ты не можешь проявлять уважение к собственным родителям. На что тогда ты годишься?
— Уж точно не на место бесхозного материала. Я не буду служить бронежилетом Айдынов.
— Они всегда помогали нам. Они радовались твоим победам и поддерживали тебя в трудные минуты. Неужели ты забыл об этом?
— У спортсменов короткая память, — усмехнулся Серхат.
***
Арда пришел на работу не обращая внимания на свои раны. Никто в участке не знал о том, что с ним произошло, кроме начальника и Умута. Оба были крайне недовольны его появлением. Они считали, что ему нужно больше времени для отдыха. Однако Арда не разделял их мнения. Он сразу приступил к делам.
— Перевозчики похитили двоих, — сказал Умут, усевшись в кресло напротив Арды. — Кажется, Ночной Охотник не сильно их напугал. И мы не можем его найти. Его преступления остались безнаказанными.
Арда уже привык, что в участке часто упоминают Ночного Охотника. Он и сам говорил о второй стороне своей личности, как о чужом человеке.
— Пока он препятствует похищению девушек, мы можем его не трогать. Хотя крови на его руках больше, чем у преступников с пожизненным сроком. Он убил несколько важных шишек, не считая трупы перевозчиков, которыми он разбрасывается направо и налево.
— Вы не думали о том, кто может оказаться Ночным Охотником? — Умут провел пальцами по подбородку, немного задумавшись над своим же вопросом.
— Думал...немного. Но это ни к чему не привело.
Арда встал из-за стола и подошел к карте, которая висела на стене. Он не хотел продолжать говорить о себе самом. Это порой утомляло.
— Я постоянно о нем думаю. С одной стороны, вроде бы он герой, но с другой стороны нет.
— Будем надеяться, что он не герой.
— Почему? — удивился его помощник.
— Потому что жизнь не сказка, Умут. В жизни у героев не бывает хорошего конца.
Парень задумался над словами комиссара. Они казались странными, но правдивыми. В этом мире героев ждет почетная грамота, медаль, всеобщее признание. Но за это им приходится платить жизнью.
— Посмотри на эту карту, — сказал Арда, отвлекая парня от глубокий раздумий. — Что ты видишь?
— Я вижу Анталью, — ответил Умут.
— Это взгляд обычного человека. Посмотри как полицейский.
— Много улочек и мест, где можно легко похитить девушек. Город полон туристок и это дает больше возможностей. Есть порт. Можно вывозить их через него. Этот способ самый лучший.
— Ты прав, — довольном произнес Арда.
— А что видите вы, когда смотрите на карту? — спросил Умут.
— Я вижу три части города, где орудуют разные группировки. Одна отвечает за вывоз девушек. Они — портовые. Вторая — за похищения. Это перевозчики. Третья — за продажу. Торговцы. — Арда скрестил руки на груди и посмотрел на помощника, который внимательно его слушал.
— Перевозчики похищают девушек и передают портовым. Портовые увозят их, а торговцы потом их продают, — сказал Умут.