Любовь сквозь границы
Шрифт:
Когда Альп подъехал к двухэтажному дому, который явно пустовал, она была слегка удивлена. Еще больше её удивило то, что он заехал внутрь и спустя пол часа выехал оттуда в костюме тройке и на Ferrari.
— Ни фига себе! Чем ты занимаешься, Альп Яман?
Девушка поехала следом за ним. Он остановился у дорогого ресторана. Войдя внутрь молодой человек направился к столику, за которым сидели двое мужчин. Они были арабами, о чем свидетельствовала их внешность и одежда. Ягмур спряталась в одной из кабинок, чтобы следить за ними. Она встала у занавеса, что скрывал её от чужих глаз. Альп её даже не заметил. Девушка пыталась прислушаться к их диалогу, но ничего не выходило. Они разговаривали слишком тихо.
Ягмур долго промучилась прежде чем Кылыч закончил встречу и ушел из ресторана. Её удивляло то, как он держался рядом с арабами. Словно он не зверь, которого видела она, а чистокровный аристократ. Прямая спина, хорошо выглаженный костюм, а манеры...еще бы голос услышать. Он такой же низкий и рычащий? Почему-то Ягмур была уверена, что голос у него такой же.
Когда Альп вновь вернулся в тот дом и поменял свою одежду, автомобиль, Ягмур ни капельки не удивилась. Он явно скрывал свою вторую сторону. Хотя она уже знала, что он рос в Дубае. Она прекрасно знала его второе имя. Но почему-то это все её настораживало. Чем же он здесь занимался?
Ворвавшись в лесной дом Альпа второй раз за день, Ягмур собиралась задать ему только один вопрос. Её появление его не удивило. Он стоял рядом с камином сунув руки в карманы и пристально смотрел на нее. Альп будто ждал Ягмур.
— Ты совсем не умеешь следить за людьми, — ухмыльнулся Альп.
— Ты заметил меня?
— Сразу же.
— Кто ты такой? — спросила Ягмур, делая шаг навстречу Альпу. В её глазах было столько дерзости и нахальства.
— Что ты хочешь услышать, Ягмур? — низко прорычал Альп. Она подошла слишком близко и её запах сильно путал его мысли.
— Ты живешь в лесу со зверьми, но я видела тебя в другом доме. У тебя есть не только поддержанный внедорожник, но и Ferrari в твоем дворе. Ты ходишь в костюме тройке на встречу с арабами. Ты следишь за мной оставаясь при этом незамеченным. Кто ты такой? Ты не Альп Яман Кылыч.
— Все правильно. Я не Альп Яман Кылыч, Ягмур. Есть иная личность. Я Рашид Мухаммед Аль Ахмад. Я шейх из Дубая и владелец миллиардного состояния. Я не обычный человек. Я кто-то за пределами твоего разума.
— Что ты скрываешь, Альп Яман?
Молодой человек изогнул бровь, забавляясь дерзостью Ягмур. Она явно нарывалась на неприятности. В её глубоких карих глазах не было страха. А раньше она его побаивалась. Взгляд Альпа скользнул с её глаз на шею. Запах девушки сводил его с ума. Он еле как держался. Молодой человек проклинал свое чуткое обоняние.
— Уходи Ягмур.
— Ты не ответил на мой вопрос.
— Уходи. Я сейчас не хочу разговаривать.
— Ты что-то проворачиваешь и не хочешь говорить. А я должна рассказывать тебе все, что узнала?
— Почему ты лезешь ко мне? Я ведь не лезу в твою жизнь.
— Ты постоянно следишь за мной, — возмутилась она.
— Я уже говорил, что не доверяю людям.
— А я не доверяю тебе, — гордо заявила Ягмур.
— Мне нужна информация, а не твое доверие, — прорычал Альп. Он был на грани взрыва. Парень так сильно сжимал кулаки, что его костяшки начали хрустеть.
— Да пошел ты!
Ягмур развернулась, чтобы уйти, но тут же оказалась прижата к твердому телу Альпа. Его руки крепко держали её за талию. Горячее дыхание парня обожгло ей шею и он снова её укусил.
Ягмур даже не успела среагировать. Все произошло так внезапно. Она вцепилась в руки Альпа, пока он вдыхал её аромат и царапал своими зубами и щетиной.
— Ягмур, — прорычал он её имя.
Альп резко развернул девушку к себе и посмотрел ей в глаза. Одна его ладонь накрыла её щеку. Он боролся с собой, но проиграл. Губы парня вцепились в её. Язык ворвался в рот Ягмур. Она схватилась за его плечи и застонала. Последние крупицы терпения Альпа растворились в ней. Молодой человек привык вести себя, как зверь, но целовал он её подобно котенку. Очень нежно. Очень медленно. Мучительно медленно.
— Ягмур, — мурлыкал он между поцелуями.
Девушка будто горела в горячих руках Альпа. Она чувствовала себя свечкой, а его огнем. Его твердые мышцы под её руками еще больше заставляли терять контроль.
— Твой запах сводит меня с ума, — прошептал он ей на ушко.
Ягмур уже знала это. Девушка специально душилась теми же духами. Пользовалась тем же гелем для душа. Ей и самой нравилось, что он так реагирует на нее.
Как бы ей этого не хотелось, Ягмур прервала поцелуй. Она сделала шаг назад и уставилась на Альпа. Он смотрел на нее затуманенным взглядом и сжимал кулаки. Молодой человек пытался вернуть себе контроль.
— Сегодня кое-кто из нашего клана пытался напасть на Элиф.
Альп нахмурился. Его взгляд тут же прояснился.
— Арда пошел остановить их, но в автомобиле находилась не Элиф, а Ипек. Кажется, она работает в доме Кылычей. Её ранили.
— Ближе к делу, — грубо произнес он.
— Орхан был там. Он пришел спасти её. А еще, он ходил. Сам!
Ягмур больше ничего не сказала. Она просто ушла, оставив Альпа с той информацией, которую ему предоставила. В груди немного кольнуло. Как быстро он мог из нежного человека превратиться в грубияна.
***
Ипек уже две недели лежала в больнице. Ей пересадили новую почку и девушка была сильно удивлена тому, что донором стала Зилан Кылыч. Врачи сказали, что её почка идеально ей подошла. Но еще больше девушку удивило то, что она жива. Ей с трудом в это верилось. Она все еще помнила, как близко к ней подобралась смерть. А самое главное, что она помнила Орхана, который шептал ей на ухо: «Не покидай меня, принцесса». Он называл служанку принцессой, которой ей никогда не стать.
— Ипек, — раздался рядом его голос.
Он приходил к ней каждый день и справлялся о её самочувствии. Однако теперь Орхан держался на расстоянии. Что-то изменилось между ними. Молодой человек возвел между ними стену, как между господином и служанкой.
— Да, — слегка улыбнувшись ответила она. Девушка все еще не могла привыкнуть к тому, что он стоит рядом без инвалидного кресла.
— Завтра тебя выписывают. Но все же врачи советуют, чтобы ты соблюдала постельный режим, — пока Орхан говорил, его взгляд был равнодушным. Чужим.