Чтение онлайн

Она может это сделать, верно?

***

С Мэл что-то происходило, но по какой-то причине она не говорила об этом, что сводило Хантера с ума. Почти два часа они разъезжали на гольф-каре, и все, что ему удалось вытянуть из нее, связано с работой. Любая попытка подразнить или пофлиртовать приводила к быстрой смене темы и снижению температуры.

Сейчас было где-то минус тридцать.

Нет, она не была грубой, но всего лишь строго-профессиональной, милой и соблюдающей дистанцию. Ему это совсем не нравилось, от этого все происходящее между ними стало еще более неловким.

Он хотел утреннюю Мэл, уютную и очаровательную, которая заставляла его сердце отскакивать быстрее, чем шарик в пинбольном автомате. Эта Мэл заставляла его нервничать и сомневаться, и, стоит признать, быть неуверенным в себе. Боже, да он строил планы, и все они были связаны с ней. Сейчас же он не был уверен, что любой из них сработает.

Этот капризный фотограф с ехидными ответами и теплыми улыбками захватил его мысли с удивительной скоростью. Он счастлив позволить ей это, но надеялся, что с ней его жизнь будет протекать более гладко. Убеждая ее день за днем в своей искренности и возможности доверять ему.

Он наблюдал за ней, пока она щелкала фотоаппаратом только что отремонтированный коттедж, не в силах сдерживать улыбку, когда она бормотала что-то себе под нос. Хантер уловил еще несколько ее выдуманных ругательств, о которых ранее его просветил Дэн, сделав мысленную пометку расспросить ее о них попозже. Если они будут в дружеских отношениях, конечно.

– Ладно, – наконец сказала Мэл, повернувшись к нему лицом. – Думаю, здесь мы закончили. Что дальше?

Он потихоньку исправил свою улыбку на вежливую и неискреннюю, которую использовал для своих клиентов, большинства сотрудников, некоторых партнеров и друзей.

– Недалеко отсюда есть небольшой классический коттедж, – сказал он, указывая ей, чтобы она вернулась к машине. – Менеджер, Ральф, считает, что он может понравиться клиентам, которые предпочитают деревенский стиль.

Мэл скривилась, затем кивнула.

– Я встречалась с Ральфом, помнишь? В этом есть смысл. Кто-то хочет побыть в одиночестве, тишине, – она села на свое место и встретила его взгляд, намекая на улыбку.

Это был самый дружелюбный жест за весь день, и он согрелся в его лучах.

– Именно, – сказал он, занимая водительское место. – Многим людям нравятся «так много деревьев», есть апартаменты, которые позже можно для них отснять.

Она широко улыбнулась, но улыбка быстро угасла, а вместе с ней и его надежда на день.

– Сделаю все необходимое, – прошептала она. – Ральф сообщил, что на курорте много мест для хороших кадров. Все зависит от того, какой вы хотите результат и как хотите его использовать.

Хантер вздохнул и направился к коттеджу.

– Мне кажется, что тебе следует все сделать так, как ты видишь, Мэл. Я могу дать тебе представление о домах, элементах курорта и так далее, но ты – художник.

Она отвернулась от него, не то, чтобы она особо смотрела до этого, и кивнула.

– Звучит неплохо.

Он внутренне застонал. Будет катастрофа, трагичная и, возможно, романтичная. Наверное, ему не стоит этого делать. Ей это не нужно, верно?

Его более рациональная часть пнула его. Конечно, ей понравится, и он должен это сделать. Она будет невозможной до конца недели, если он этого не сделает. В конечном счете, она будет счастливее, даже если он покажется самонадеянным.

Это и есть его самонадеянность.

Он был любопытным, настырным, властным и корыстным, независимо от его благих намерений. Но Хантер надеялся, что это не сработает против него.

В конце концов, если что-то пойдет наперекосяк, она знала, где его можно найти.

Он взглянул на нее, подъезжая к дому, и заметил, как изменилось ее поведение. Она засветилась, появилась первая искренняя улыбка во второй половине дня. Он подавил улыбку, позволив восторгу победы омыть его.

– Идеально, – пробормотала она, когда машина остановились. – Я бы сделала фотографии подобного места.

Хантер долго смотрел на нее. Это было одно из его любимых мест на курорте, не потому, что оно понравилось Мэллори. Или не потому, что оно теперь заставляло его думать о ней. Или не потому, что он мог представить ее здесь.

Он любил его до сегодняшнего дня.

Но сейчас еще сильнее.

– Хочешь зайти внутрь? – спросил он тихо, завязывая беседу.

Она посмотрела на него широко раскрытыми глазами.

– А можно?

Ему пришлось улыбнуться.

– Я владелец, – напомнил он, склонив голову. – И могу получить любые ключи, которые захочу. Ты сможешь осмотреть любой дом.

Девушка возбужденно усмехнулась, выскакивая из гольф-кара, оставив его с затаенным дыханием.

Займет немного времени, чтобы все отснять. Первый этаж был с большой гостиной и просторной кухней в деревенском стиле. Однако почти вся задняя стена представляла собой панорамное окно с захватывающим видом. Хоть и не самый выдающийся, но открывался обзор на деревья возле ручья, и если подойти достаточно близко, то можно мельком увидеть озеро сквозь лес.

– Невероятно, – сказала самой себе Мэл, но достаточно громко, что Хантер тоже услышал. Она направилась к задней двери, чтобы выйти на палубу, остановившись, чтобы сделать снимок чего-то за окном.

– Это твое, – выпалил Хантер.

Мэл замерла, раздался щелчок, потом опустила камеру. Медленно, она повернулась к нему лицом, находясь практически в ужасе.

– Что ты сказал? – уточнила она, едва контролируя голос.

Хантер нервно почесал затылок.

– Ну, не твое, не в том смысле. Я не дарю дом... Это было бы нелепо. Но если хочешь, то могу. Если нужно...

– Хантер...

Он вздохнул и спрятал руки в карманы.

– Я зарезервировал его для тебя. Можешь остановиться здесь, – он пожал плечами, не спуская с нее глаз. – Думал, тебе понравится.

Она моргнула один раз, потом еще, и положила руки на бедра, таращась в пол.

– Мои вещи ведь уже здесь?

Он поморщился.

– Да. В главной спальне внизу.

– А Дженна?

– Я сказал ей, что тебе нужно уединение и личное пространство для работы, а также более легкий доступ к различным местам курорта, но ты не хотела ничего ей говорить, чтобы не расстроить ее, – он проницательно на нее посмотрел. – И все это правда, если что.

Она бросила на него взгляд зеленых глаз, которые стали более изумрудными благодаря ее топу.