Чтение онлайн

На руку бандитам было то, что они хорошо знали эти места и отлично ориентировались даже ночью, да и сапоги их гораздо больше подходили для подобных пробежек, чем сапоги герцога, предназначенные для верховой езды.

Они все бежали и бежали, и наконец, когда уже стали задыхаться, а голоса, казалось, становились все ближе, они увидели мост через ущелье, а на другой стороне — церковь.

Высокое прямоугольное здание неясно вырисовывалось в темноте, и они, собрав последние силы, устремились туда, понимая, что только там они смогут укрыться от преследователей, которые наверняка их увидели, так как гнались за ними прямо вниз по холму, что-то крича.

И они были уже совсем близко.

Вбежав в церковь, герцог и Селина оказались в широком квадратном помещении, окружавшем алтарь. Горели небольшие свечи, зажженные у лика Девы Марии.

Селина успела заметить на стенах какие-то картины, рисунки и письма. Но надо было торопиться, ведь до них уже доносились шаги и голоса их преследователей.

Когда они добрались до алтаря, стало ясно, что свет шел не только от свечей, но и от лампады, зажженной над алтарем.

На ступенях алтаря на коленях, спиной к ним, стоял священник.

Держась за руки, герцог и Селина поспешили к боковому нефу, и, когда они приблизились к священнику, он встал с колен и повернулся к ним.

— Святой отец, нас преследуют, — задыхаясь, произнес герцог, — бандиты, которые захватили нас на дороге и требуют выкуп. Помогите нам.

Священник, казалось, был несколько удивлен, и, когда Селина тревожно обернулась назад, сказал:

— Спрячьтесь здесь, быстро.

Он провел Селину и герцога в алтарь и приоткрыл занавес.

Не дожидаясь объяснений, Селина, а за ней и герцог проскользнули за занавес и оказались в маленькой пустой нише за алтарем.

При слабом свете свечей и лампады, проникающем сквозь ажурную позолоченную решетку, они могли видеть друг друга, и Селина, испуганно повернувшись к герцогу, прижалась к нему. В эту же минуту они услышали, как бандиты вошли в церковь.

Ворвавшись, они остановились у входа, оглядывая помещение. Без сомнения, они искали беглецов.

Герцог и Селина услышали голос священника:

— Чем я вам могу служить, дети мои? — спросил он спокойным, ровным голосом.

Ответа не последовало. Через некоторое время они услышали, как священник медленно прошел к боковому нефу.

— Время уже позднее, — сказал он. — Ты, Пьер, должен быть дома с женой, ведь она ждет пятого ребенка. А тебе, Этьен, стоило бы проведать своих животных.

Опять не дождавшись ответа, священник продолжал:

— А твою матушку, Андре, очень беспокоит то, что ты очень поздно возвращаешься домой, ты ведь так рано принимаешься за работу.

Он помолчал и добавил уже тверже:

— Когда вы, трое Готье, в последний раз оказались в тюрьме, я заботился о ваших семьях. Они бы жестоко бедствовали, если бы церковь не помогла им. В следующий раз Господь вряд ли будет столь великодушен.

— Мы вам очень благодарны, святой отец, — прошептал один из бандитов.

— Так проявите же на деле вашу благодарность, — отрезал священник, — и не грешите больше.

В этот момент он, должно быть, увидел и остальных трех, стоявших немного в стороне от того, кого герцог считал главарем, наглого Ромео, над которым Этерстон одержал победу, и третьего, очень непохожего на горца.

— Я вижу трех незнакомцев, — сурово сказал священник. — Они пришли из Ниццы развращать и сбивать с пути истинного простых людей, живущих в окрестностях Ла Турби. Но я больше не намерен это терпеть.

Помолчав, он добавил как можно убедительнее:

— Возвращайтесь туда, откуда пришли! Оставьте в покое мою паству, а я узнаю, как вы выполнили мой наказ, у префекта полиции Монте-Карло и Ниццы.

Не дождавшись ответа, он произнес:

— И вот что я еще хочу сказать: все украденное вами должно завтра рано утром лежать у моей двери. Мелкое или крупное, все должно быть возвращено.

Он, вероятно, увидел неудовольствие на лицах тех, с кем говорил, потому что продолжил довольно резко:

— Когда ваши руки очистятся, я готов буду выслушать вашу исповедь. Но до тех пор ни вы, ни ваши семьи не будут допущены в церковь.

Один из них произнес почти жалобно:

— Наши семьи ничего не знают о наших делах, святой отец.

— Тем хуже, если узнают, — отрезал священник и добавил: — Ты, Пьер, очень многим обязан церкви. Монахи учили твоих детей, и нога твоего второго сына была вылечена, кажется, чудом. Неужели ты так неблагодарен? Как ты можешь нарушать заповеди Бога, приняв от него столько милостей?

— Конечно, святой отец. Я об этом не думал раньше.

— Так иди домой и подумай, — резко сказал священник. — Это относится ко всем.

Бандиты, шаркая ногами, вышли из церкви, а священник, должно быть, пошел за ними. Было слышно, как он читает молитву, проходя по коридору к выходу.

Селина облегченно вздохнула, и вздох этот, казалось, шел из глубины ее души. Только теперь она осознала, как ей было страшно. Она ясно отдавала себе отчет, что, если бы их поймали, то бандиты, разгневанные их бегством, обошлись бы с ними очень грубо. Ведь как бы ни был силен герцог, он ничего бы не смог сделать один против шестерых.

Но, благодаря его силе и уму, они спасены!

Она подняла глаза и посмотрела на него, понимая, что никакими словами не сможет выразить свою благодарность. Герцог все еще держал ее в своих объятиях, и вдруг, почти непроизвольно, их губы слились в поцелуе. В первую секунду девушка очень удивилась. Ей показалось, что ее осенило прикосновение Бога, и, только услышав, что священник идет к ним по боковому нефу, герцог поднял голову.

Дрожа от восторга, который он в ней вызвал, девушка молча спрятала лицо на его плече. Герцог так же молча по-прежнему держал ее в объятиях.

Священник открыл занавес и спокойно произнес:

— Теперь вы в безопасности. Можете выходить.

У Селины было такое чувство, что ее спустили с небес на грешную землю, и все же ощущение святости того, что она пережила, не покидало ее, ей казалось, что ее окутала неземная аура.

Машинально, не отдавая себе отчета в том, что делает, она направилась к алтарю, а герцог последовал за ней.

— Я вам очень благодарен, святой отец, — сказал герцог. — Я герцог Этерстон, а это моя подопечная, мисс Селина Греттон. Мы были захвачены этими людьми на главной дороге в Корниш.