Чтение онлайн

— Ты не брал незаконных кредитов?

Лу Юйцзян злится:

— Е Цзинчжи, почему ты всегда думаешь обо мне худшее?

Он встаёт и садится подле меня. Я отчего-то начинаю нервничать. Не знаю отчего, но меня всё время мучает дурное предчувствие. Возможно, дело в том, что когда он делает доброжелательное лицо, у меня начинаются проблемы.

— Я не разрешала садиться со мной рядом. Садись на другой край.

Он покорно подчиняется.

Так странно. Обычно, если я говорила ему идти на восток, он специально поворачивал на запад. А уж после развода всеми правдами и не правдами старался меня разозлить. Отчего он сегодня такой тихий?

Может, он заболел? Может, я реально повредила ему мозги той пепельницей и теперь должна ответить по всей строгости закона?

Решаю взять инициативу на себя:

— Я не хотела тебя бить, но кто тянул тебя за язык. В общем, я тебя ударила, мы квиты. Ребёнок мой, так что даже не пытайся мне помешать.

 — Цзинчжи, — произносит он тихим тоном, — неужели в твоих глазах я настолько плохой человек?

— Кто заставлял тебя говорить, что ты хочешь избавиться от моего ребёнка!

Одно упоминание об этом пробуждает во мне столько злобы. Убийца! Палач! Изувер! Хотел убить родную кровь и плоть. Пусть это только голые слова, я его не прощу!

Он несколько минут ничего не говорит, просто сидит и смотрит. За окном поздняя осень. Его силуэт целиком залит солнечным светом, даже на пушистые ресницы лёг золотой ореол. Он смотрит на меня, бархатные ресницы слегка трепещут, как крылья бабочки. Даже с перебинтованной головой он такой красавец, но как бы ни была хороша его внешность, она не скроет холода его ледяного сердца. Я полюбила не того человека.

— Я тебя везде искал, но у тебя выключен мобильный. Твой отец сказал, что ты в командировке, но вчера Чи Фэйфань сказал мне правду…

Значит Чи Фэйфань предал меня. Неудивительно, что Лу Юйцзян смог меня найти здесь. Что эти двое хотят от меня?

— Зачем ты меня искал? — возмущаюсь я. — Хочешь положить на операционный стол? Скажу так, за такую бесчеловечную идею в прошлый раз ты отделался слишком легко. Сегодня я тебя кастрирую, чтобы ты сдох без всяких наследников!

Он чешет перебинтованную голову и криво усмехается.

— Цзинчжи, ты всегда была сильной.

 — Будешь тут сильной, иначе ты меня со света сживёшь.

— Цзинчжи, дело не в том, что я не хочу этого ребёнка, — тихо произносит он и надолго замолкает. — Я не знаю, что тебе сказать.

Поверить не могу, что он посмел об этом заговорить. Я так зла, что готова его придушить.

— Само собой, такое признание далось тебе нелегко.

Он смотрит на меня, но из-за солнечного света я не вижу его лица, но сердце разлетается на кусочки. Он так удивлён, словно никогда не знал меня настоящую, и от этого мне становится невыносимо грустно. Его глаза темны, точно беззвёздная ночь, точно самый глубокий океан. Он смотрит на меня, и я тону в пучинах этого океана. Он никогда так раньше на меня не смотрел, так серьёзно, так сосредоточенно…

И тут наконец я слышу его голос:

— Цзинчжи, я люблю тебя.

Я чуть не лишаюсь чувств. И хотя я так долго мечтала услышать признание от Лу Юйцзяна, я никогда не думала услышать эти слова в реальности. Но я не счастлива ни на йоту. Он хочет убедить меня избавиться от ребёнка, поэтому, не колеблясь, прибегнул к стратегии красавицы. Подлец! Зубы сжимаются от ненависти, но лицо ничего не выражает, наоборот я улыбаюсь ему:

— Если любишь, тогда почему не хочешь нашего ребёнка?

Бью по самому слабому месту. Если он прибегнул к стратегии красавицы, я отвечу ему тем же. Он молчит несколько минут, а затем принимает решение, и передаёт мне конверт. Я заглядываю внутрь и вижу сёстринский снимок КТ. Когда она лежала в больнице, мне часто доводилось смотреть на снимки её головного мозга, пока лечащий врач указывал на серые зоны и рассказывал, насколько сильно распространилась опухоль. Перед лицом неизлечимых болезней современная медицина бессильна, врачи лишь могли попытаться уменьшить боль моей сестры и дать ей умереть в другой день.

Но этот снимок принадлежит не моей старшей сестре, потому что на нём нет страшной серой зоны. Я достаю снимок и с сомнением смотрю на Лу Юйцзяна. Он говорит низким голосом, словно пытается сдержать эмоции, хотя возможно, мне только так кажется.

— После смерти сестры ты плакала так сильно, что лишилась чувств. Доктор оказал тебе первую помощь, но ты так долго не приходила в сознание, поэтому врачи решили провести осмотр и в результате обнаружили крошечную опухоль в основании черепа…

Взгляд машинально опускается на снимок, и в конце концов я нахожу чёрную точку в основании черепа. Если не всматриваться, то и не заметишь. Я смотрю на крошечное зёрнышко, и чёрные крапинки вселяют в меня ужас. Не знаю, когда у меня начали дрожать руки, но я лично видела, как небольшая опухоль в голове моей сестры постепенно выросла и яростно поглотила её жизнь. От воспоминай о её последних днях у меня кружится голова, а к горлу подкатывает тошнота.

— Положение очень плохое, в самом важном нерве. Врач сказал, что если провести операцию, то велика вероятность, что ты станешь овощем. Если опухоль не стимулировать, при нормальных обстоятельствах она незлокачественная.

Он берёт меня за руку, и я понимаю, что мои руки холодны как лёд, как и у него.

Я никогда не видела Лу Юйцзяна таким, в его глазах стоят слёзы.

 — Цзинчжи, ты энергичная и непослушная. Когда врач рассказал мне о рисках, я не захотел делать операцию, потому что если она закончится неудачей, ты будешь лежать на этой постели, ничего не видя и не слыша. Ты больше не попробуешь своих любимых блюд и не сможешь пошевелиться. Ты пролежишь куклой всю свою жизнь, а я знаю, что для тебя такая судьба хуже смерти. Врач сказал, что без гормонального стимулирования, велика надежда, что опухоль никогда не разрастётся. А пока она не растёт, кроме временных головных болей, ты сможешь жить как обычный человек. Я проконсультировался со всеми китайскими и иностранными специалистами в области неврологии, и они сказали, что пока у тебя не будет детей, ты в безопасности. Поэтому… поэтому я эгоистично сделал выбор за тебя, я не хотел, чтобы ты жила в страхе. После смерти сестры ты была убита горем. Если бы ты узнала о диагнозе, то до смерти бы перепугалась, поэтому я хранил всё в тайне. Цзинчжи… — Его горячие губы касаются тыльной стороны моей ладони. — Пожалуйста, прости меня. Прости мой эгоизм.

Я дрожу, всё тело в ознобе, меня словно окунули в ледяную воду. Я не слышу, что он говорит. Я сжимаю снимок КТ. Перед глазами несётся сцена смерти сестры, как опухоль поразила её нервы, и она не смогла ничего видеть, как исхудала, что от неё остались кожа да кости, как у неё выпали все волосы. Я никогда не забуду, как она сделала последний вдох. Стоит мне подумать о ней, как я трясусь. Я правда боюсь, панически боюсь повторить её судьбу. Я трусиха, я боюсь смерти, жизнь такая хорошая, а мир такой красивый. Я правда очень сильно хочу жить.