Любовь в облаках
Шрифт:
Только вот в этом плане кое-кто недоучёл одного — Мин И не играла по чужим правилам.
Но в их плане была одна проблема: наблюдая за огнём с безопасного берега, они и не заметили, как огонь… исчез с горизонта.
Спрятавшись в густой траве, бойцы Синьцао осторожно прощупывали местность юань, надеясь обнаружить противников, как вдруг по их спинам пронёсся ледяной ветер тревоги. Один из них резко выхватил меч — как раз вовремя, чтобы отбить внезапный удар сзади.
Звяк! — лезвия столкнулись, но мощь удара была слишком велика: меч противника пошёл трещинами.
Фань Яо, не давая времени опомниться, обрушил следующий удар. Клинок с хрустом отбил вражеское оружие прочь, вышибая его из рук.
Увидев, что засада раскрыта, остальные бойцы Синьцао тут же вскочили, пытаясь перестроиться, выстроить оборону. Но когда им оставалось всего несколько шагов, чтобы сомкнуть ряды — путь перед ними преградила сверкающая, ревущая тёмная драконья форма, созданная из сгущённой юань.
И вот в этот самый момент Луо Цзяоян с торжествующим криком обрушил ладонь на шею одного из врагов.
Глаза того закатились, и прежде чем тело коснулось земли, оно уже было поглощено областью мрака — моментальная элиминация.
— Вот оно как! — закричал Луо Цзяоян, возбуждённый. — Бейте по шее! Это точно работает!
Но не успел он договорить, как прямо за его спиной из высокой травы поднялась чья-то тень. Мгновение — и чья-то рука с силой обрушилась ему на шею.
Глава 119. Ты предала Чаоян
Цзи Боцзай был полностью сосредоточен на противнике впереди и не заметил, как Луо Цзяоян оказался в опасности.И когда он, наконец, понял, что нужно спасать, было уже поздно — потому что Мин И каким-то образом уже стояла перед Луо Цзяояном, точно и бесшумно.
Она глядела прямо в лицо надвигающейся тени и без лишних слов нажала на скрытый механизм артефакта Синьхэ Ложжи.
Из устройства вырвался поток ослепительно белой юань — плотный, вязкий, как утрамбованная глина. Какой бы силой ни был наделён удар врага, он просто захлебнулся в этой защите, даже не задев Луо Цзяояна.
Тот распахнул глаза, в которых отразилось лицо Мин И — сосредоточенное, холодное и абсолютно уверенное. Глядя в эти глаза, он невольно пробормотал:
— Вот это да… такая… грозная…
Мин И: «…А?»
Скривившись, она развернула его за плечи лицом к противнику:
— Хватит глазеть! Бей уже!
— Да, госпожа! — вытянулся Луо Цзяоян и бросился в бой.
Люди из Синьцао оказались вовсе не слабаками. Даже потеряв одного бойца в самом начале, они продолжали оказывать мощное давление: Чу Хэ и другие с трудом сдерживали натиск.Но Цзи Боцзай, как ни в чём не бывало, в одиночку держал сразу троих, давая остальным шанс прорваться.
В конце концов, соотношение сил всё-таки дало о себе знать — бойцы Му Сина один за другим окружили противника и завершили бой, заставив энергию миньюй поглотить очередного выбывшего.
Оставшихся троих Цзи Боцзай не щадил. Его чёрный дракон взметнулся и обвил их тела, а затем одной хлёсткой волной юань ударил по затылкам — все трое рухнули под напором.
— Уходим, — коротко бросила Мин И, пробегая взглядом по раненым. — Надо найти место, где можно перевести дух.
Хотя они и попали в засаду, в глазах официальных правил всё было честно: бойцы, войдя в зону, вступили в бой — никаких жалоб.Тем более, с точки зрения воспитания характера и навыков, Цинь Шанъу, их наставник, всё время стоял в стороне. Он не вмешался ни на секунду.Он просто наблюдал.
И в этом наблюдении кое-что его удивило.
Мин И видела всё. В то время как даже Цзи Боцзай, сколь бы искусен он ни был, в пылу сражения порой упускал, что происходит у него за спиной, она…Она будто держала в уме всю картину.В любой момент знала, кто где, кто как дышит, у кого ранение, у кого на исходе силы.
Это был навык. Навык того, кто привык вести за собой команду, держать её целиком.
Но она — девушка. И к тому же — кузнец.Таких в боевых отрядах берегут, а не полагаются на них в тактике.Откуда у неё такой навык?
С этими мыслями он последовал за ними в укрытие — в дупло старого цветущего дерева.
Стоило Мин И активировать щит и отгородить их от внешнего давления, как она тут же обернулась к Чу Хэ и сказала сдержанно, но чётко:
— Руку надо перевязать. Если снова пойдёт бой — рана откроется, и ты начнёшь терять концентрацию.
Чу Хэ протянул руку. На сгибе локтя зияла глубокая, почти в чи длиной рана — и из неё продолжала сочиться чёрная кровь.
Мин И уже потянулась было за перевязкой, но Цзи Боцзай поднял руку, преградив ей путь. Присев на корточки, он спокойно сказал:
— Это яд от хвостового шипа. Я сам.
Не дожидаясь ответа, он достал из-за пазухи бумажный пакет с порошком, аккуратно высыпал его на рану, а затем собственноручно принялся бинтовать.
Никакой нежности в его действиях не было — ни капли.Чу Хэ аж зашипел от боли, зубы сжал, но ни звука не выдал — только, чтобы отвлечься, пробормотал:
— Уважаемый господин даже травы с собой носит… удивительно.
Цинь Шанъу, всё это время, не спускавший глаз с Мин И, наконец отвёл взгляд, мягко усмехнулся:
— У Боцзая не только юань сильна — он и в ядах разбирается. У него в карманах всегда полно этих «безделушек».
Раньше он считал это пустой тратой времени, прихотью.Но сейчас…Вещь, как оказалось, весьма полезная.
Когда перевязка была закончена, Мин И уже успела активировать несколько своих артефактов-разведчиков.Маленькие, почти невидимые, они скользили над травой с невероятной скоростью — лёгкие, как пух, острые, как клинки. В пути им попадались бойцы других городов, но благодаря размеру и ловкости им удалось обойти все угрозы.
Но стоило одному из артефактов Мин И пролететь над зарослями пионов, как из глубины трав вылетела короткая игла Эмэй-цзы, сверкнула — и с точностью хирурга пробила артефакт насквозь.
В дупле под деревом Мин И вздрогнула. Лицо побледнело, будто кровь в ней в одночасье ушла под землю.
— Что случилось? — Цзи Боцзай спросил её небрежно, почти лениво, будто случайно. — Ты ранена?
— Я… — губы Мин И дрогнули. В теле будто появилась дрожь, непослушная, тянущая изнутри. — Я хочу выйти. Сейчас. Немедленно.