Чтение онлайн

В тот день на берегу он украл перстень не потому, что ему понравилась фея. А потому, что понравился перстень. Ли Тэ Ри был потомственным ювелиром из семейства эльфов, где все кругом слыли гениями и великими мастерами.

Его младшие сестры-близняшки стали отчаянными лётчицами. Они напропалую изобретали летательные аппараты и пропадали в своем ангаре от рассвета до заката. Старший брат занялся исследованием микрочастиц и погряз в изучении устройства природы, за что вскоре удостоился какой-то там премии. Мать ударилась в кулинарию, а отец и дед скрупулёзно прививали Ли Тэ Ри любовь к ювелирному делу, в чём весьма преуспели.

Очень скоро Ли Тэ Ри с головой ушёл в это непростое искусство. Он днями напролёт кропотливо разрабатывал дизайн, отливал украшения из золота и серебра, полировал, чеканил, наносил гравировки и напыления. И казалось, ничто во всем мире не способно отвлечь его от столь захватывающей работы.

…Пока однажды Ли Тэ Ри, чистокровный эльф из знатного рода, не полюбил обычную женщину (что вообще-то, не поощряется). Женщина мало чем отличалась от прочих представительниц рода человеческого. Ни какой-то дивной красоты, ни таланта в ней не было. Разве что богатый внутренний мир да необузданная страсть к путешествиям.

И вот ради того, чтобы путешествовать с нею вместе, эльф и бросил свое ремесло. Дед и отец, само собой, горячо возражали, но куда их доводам против юношеского максимализма?

Любовь Ли Тэ Ри не была ни подделкой, ни каким-то мимолетным увлечением. Он привязался к Обычной Женщине искренне, всем сердцем. И оставив в мастерской оборудование с инструментами, рванул в кругосветное странствие.

Приблизительно в то же время, на одной из вечерних прогулок по набережной, ему довелось познакомиться с шефом организации под забавной аббревиатурой АРГХ.

Шеф — тонкая, грациозная дамочка неопределенного возраста с амбициями выше среднего — как-то на удивление быстро склонила его к сотрудничеству и втянула в проект по добыче энергии. В детали она не вдавалась и, как именно будет вестись добыча энергии, не уточняла.

Но было в ней нечто неуловимо-гипнотическое, отчего Ли Тэ Ри хотелось безотлагательно согласиться на любую авантюру под ее авторством. А звали ее Джета Га. Чудн о е имечко, ничего не скажешь.

В лабораторию АРГХ он взял свою возлюбленную (не исключено, что тоже по совету Джеты).

Там-то и случилась беда.

АРГХ представляла собой летучую модернизированную станцию, которая состояла из нескольких частей. Первая часть болталась в далеком космосе, вторая висела на орбите, ну а третья — гигантский дирижабль в тускло-зеленых тонах — парила в нижних слоях атмосферы, над каменистой равниной, пустой, голой и враждебной.

— Мы намерены выкачивать энергию из космических черных дыр, — гордо сообщила Джета Га, когда они с Ли Тэ Ри и Обычной Женщиной поднимались к дирижаблю в воздухоплавательной камере, шарообразной и прозрачной, как мыльный пузырь. — Наша цель — использовать силовые линии магнитного поля внутри горячей плазмы, которая окружает черные дыры.

Ли Тэ Ри плохо себе представлял, что под этим подразумевается. А вот Обычная Женщина неожиданно прониклась, уловила суть и, оказавшись далеко не дилетанткой, принялась доказывать Джете, что ее затея с дырами — полный бред.

Джета спорить не стала, но затаила нешуточную обиду. Подумать только! Какая-то пигалица вздумала ее учить!

Наверное, поэтому в лаборатории сразу всё пошло не так.

Глава 8. Глупый эльф. Умный эльф. Безумный эльф

Внутри обитого металлом дирижабля отчетливо пахло наукой и сумасшествием. Сплавленные воедино, они, как правило, дают плачевный результат.

В капсулах, пройти к которым можно было лишь по шатким железным мостикам, зрели чудовищного вида химеры, автоматоны двойственной природы. Человек и машина, живое и неживое, соединенные в равных пропорциях.

Обычная Женщина поразилась до икоты, но мысли о том, что такие эксперименты по меньшей мере негуманны, решила придержать при себе и в слова не оформлять.

Они втроем шли по дребезжащему мосту, их шаги гулко отражались от стен дирижабля, а внизу чернели жуткие пропасти, где наверняка варились в резервуарах части будущих монстров. Воображение у Обычной Женщины работало на износ. Она в красках представляла себе безобразные сцены, которые могли бы сочетаться с чавканьем, хлюпаньем и скрежетом там, на дне. Хваталась за холодные перила мостиков — и леденела сердцем.

Ее спутник оказался куда менее впечатлительным. Похоже, его пленил голос Джеты Га. А может, перспектива разжиться энергией из космического пузыря, который поглощает всё, что попадает в поле его гравитации.

А может, и то, и другое.

Экспериментальный образец, черная дыра, расположенная за десятки тысяч световых лет отсюда, отображалась впереди, на сверхчувствительном экране высотой в два человеческих роста.

— Мы за ней наблюдаем, — коротко сообщила Джета. — Исследования идут полным ходом. Хотите подключиться? Стать частью команды…

— Нет! — выкрикнула Обычная Женщина. — Он не станет! Мы возвращаемся.

— Да кто ты такая, чтобы решать за него? — вскинулась на нее глава станции. — Ты, ничтожное земное создание, куда тебе тягаться с вечными эльфами? Лучше испарись, не лишай его счастья.

Судя по всему, не Джета наблюдала за черной дырой. Черная дыра молча и зловеще наблюдала с экрана за Джетой.

Стоило ей распалиться, выпустить злость из-под контроля, как активизировалась и бездна на экране.

Космическая воронка улавливала речь избирательно.

"Испарись", — услышала она.

"Лишай счастья", — вняла приказу она.

И первое, и второе в понимании черной дыры были вещами вполне совместимыми. И она начала испаряться. От нее сквозь экран прорвались облака копоти. А прорвавшись, обратились уродливыми аспидными головастиками. Пиявками, чьи челюсти напоминали акульи и были снабжены исключительно острыми белыми клыками.

Джета обмерла, но быстро сориентировалась, вооружилась лучевой пушкой и прикончила пиявок. Почти всех. Одна из них извернулась и впилась клыками в затылок Обычной Женщины.

Поскольку Женщина была обычной, она ничего не увидела и не почувствовала. От кого так яростно отстреливается Джета Га? Почему Ли Тэ Ри замер, как изваяние, с глазами, потемневшими от страха?

Она спускалась с дирижабля в "мыльном пузыре" и недоумевала. Расспросить эльфа у нее не хватало духу — он был бледен и испуган. И смотрел на нее с таким состраданием, что она чуть было сама себя жалеть не начала. Справлялся о самочувствии. Интересовался, не болит ли где.