Любовь ювелирной огранки
Шрифт:
Если бы она на своих крыльях взлетела, это была бы удача. Но Пелагею подбросило — причем аккурат навстречу активированной западне. «Золотая Сеть» — какое говорящее название!
Сеть накинулась на незадачливую фею, наскоро затянувшись вверху тугой петлёй. Дальнейшая судьба Пелагеи теперь была в прямом смысле подвешена в воздухе.
Ли Тэ Ри примчался, как угорелый. С горящим взглядом, где прослеживался страх вперемешку с гневом.
— Брось, что ты там лишнего взяла! — потребовал эльф.
— Шкатулку? И не подумаю, — отрезала Пелагея, болтаясь в золотой сетке у него над головой. — Давайте, я лучше кольцо брошу.
— Только попробуй! — пригрозил тот. — Мы сюда ради него пришли. О-о-о! Гланды простуженного моржа!
Он вдруг стиснул виски в ладонях и принялся лихорадочно кружить по пятачку под сетью, попутно наступая на разбросанные цепи. Брови у Пелагеи поползли вверх. Она никогда раньше не слышала, чтобы шеф так витиевато ругался.
— Мне сообщили, что сюда идет комиссия с несколькими учениками, — скорбно доложил он. — Если они увидят тебя в ловушке, даже не представляю, как их убедить, что ты не срезалась на экзамене.
— Какой экзамен? Я не готовилась! — вспыхнула Пелагея, ощутив по всему телу противные липкие мурашки. — Вы чего-то не договариваете, да?
Ли Тэ Ри с досадой хлопнул себя по лбу. Его подвел прагматизм. Он, как обычно, хотел совместить приятное с полезным. Чтобы Пелагея и экзамен экстерном сдала, и колечко добыла, а потом под чутким присмотром куратора зачаровала перстень на нужные свойства. Старое испорченное кольцо феи для этого не годилось, в нем было много всего перепутано и намешано. Проще начать с нуля.
Ли Тэ Ри возлагал большие надежды на сегодняшнюю вылазку в шахту.
Но Пелагея традиционно пустила планы коту под хвост.
И теперь надо было каким-то образом замять инцидент с ловушкой, чтобы никто не прознал, что Пелагея завалила экзамен. Потому что стажёрам давалась всего одна попытка. Малейший промах — и гуляй, неудачник!
Несмотря на то, что Ли Тэ Ри был в организации главный, он едва ли мог повлиять на решение комиссии. Пелагея не должна вылететь, ни в коем случае не должна.
— А почему вы сами не можете забрать кольцо? — нарушила она тревожную тишину. — Взяли бы да поделили. Я забираю шкатулку, вы — перстень.
— Не могу. У пещеры сокровищ особые настройки. Она благосклонна только к новичкам. Отсюда можно взять лишь одну вещь и всего раз в жизни.
— А нельзя настройки поменять?
— Их прорабатывал целый консилиум ювелиров, — возразил Ли Тэ Ри. — Они не одобрят, сколько заявлений им ни строчи. Я, думаешь, не пробовал?
— А что такого ценного конкретно в этом кольце? — не унималась Пелагея. — Вы, вон, у себя в мастерской сто штук таких сделать можете.
— Оно отличается энергетикой, оно обработано чарами очень могущественных даровитых эльфов. Я хотел сделать из него замену твоему перстню феи.
— Но память всё еще при мне.
— Зато функция обогревателя и датчик-телепортатор сдали позиции.
— Датчик-телепортатор?
— Ты не знала? Меня переносило к тебе всякий раз, как над тобой нависала угроза.
— Вот так новости! — опешила Пелагея. — То есть, вы не только следили за мной, но еще и преследовали, даже не давая шанса выкрутиться самой?
Куратор отчетливо скрипнул зубами и в изнеможении запрокинул голову к золотой сети, откуда одна фея-мучительница собиралась доконать его вопросами. И осознал: если он сейчас что-нибудь не предпримет, эту маньячку торжественно выпрут из организации.
Он метнулся в дальний конец хранилища, схватил ритуальный нож и полоснул им себя по ладони над ритуальной чашей. В чашу закапала кровь. Золотой капкан с содержимым в виде остолбеневшей Пелагеи начал медленно, со скрипом опускаться.
— Вы это зачем сделали? — охрипшим голосом спросила она, когда куратор вернулся, бинтуя руку краем шлафрока.
— А как тебя по-другому освободить, если ты вцепилась в свои сокровища? — с укоризной ответил тот. — Я был вынужден пойти на крайние меры. А теперь давай-ка бегом отсюда!
Пальцы его здоровой руки категорично сомкнулись у Пелагеи на запястье. Стоит ли говорить, что побег удался? Два отчаянных сумасброда только что успешно попрали правила пещеры сокровищ и теперь быстрым шагом удалялись прочь по бесконечным кривым коридорам. Причем запястье своей ученицы Ли Тэ Ри из захвата так и не выпустил.
— Простите. Вы из-за меня пострадали, — спустя долгое время выдавила она под аккомпанемент собственных гулких шагов.
— Так часто бывает, — отозвался куратор. — Из-за чужой жадности страдают совершенно непричастные эльфы.
Из-за жадности. Пелагея смолчала, хотя могла бы полноправно возмутиться. С вышеупомянутым человеческим пороком ее поступок не имел ничего общего. Да и насчет своей непричастности куратор явно загнул.
Он отдал ключ рогатой девице и навис над конторкой с крамольным видом.
— Нас здесь не было, понятно?
— Так точно, шеф! Усекла, шеф! — бодро отозвалась девица и отдала честь, отчего все ее бубенцы хором зазвенели.
Теперь Ли Тэ Ри и Пелагея направлялись к трамвайным путям, и куратор то и дело затравленно озирался. Пока наконец не услышал голоса и топот ног.
— Сюда! — среагировал он и молниеносно свернул куда-то за угол, впившись пальцами Пелагее в плечи и впечатав ее лопатками в стенную нишу.
— Ох! — только и сказала Пелагея.
— Тс-с-с! — сказал куратор.
Мимо прогрохотала каблуками целая делегация. Наверняка та самая комиссия, которой эльф пугал Пелагею в хранилище. Только бы они ни о чем не догадались. Ловушка уползла и затаилась до лучших времён, здесь проблем быть не должно. А вот ритуальная чаша… В чаше осталась его кровь. Какой же он, в самом деле, идиот! Если комиссия ее заметит и возьмет на экспертизу, жди беды.
Впрочем, ту, ради кого была пролита эта кровь, Ли Тэ Ри даже под пытками не выдаст. Так что Пелагее ничто не угрожает.